Ледяная фантазия

Глава 28 - часть 1

[Настоящее время]

Ветхая калитка, на скорую руку состряпанная из тоненьких веток деревьев, что были связаны между собой старыми ненужными кусками ткани, легонько скрипнула – а точнее треснула – проскользнув по опавшему за несколько дней снегу. Ингрид с грустью окинула взглядом двор: весь он был засыпан осадками снега, что требовали немедленной уборки. Кое-как женщина пробралась сквозь белые насыпи, разгребая снег ногами. С трудностью открыла дверь, впустив стуженный воздух внутрь дома, а дом ей ответил таким же холодным воздухом. Печь окончательно погасла и надежд растопить её не было.

Пока Кай раскладывал вещи, Ингрид решила наведаться в дровницу. Конечно же, наколотых дров там было недостаточно. Женщина скинула жутко мешающую ей шапку, закатила рукава и принялась колоть дрова. Глухую окраину забытого богом городка у Границы разразил звук разрывающейся на части древесины.

• А куда это вы пропадали? – Раздался над ухом противный свистящий голос.

Ингрид вздрогнула, предвкушая тяжелый разговор.

– И вам доброго утра, – буркнула охотница, – Мирла.

– От тебя никакого уважения услышишь! – Фыркнула соседка.

Ингрид окинула старуху недовольным взглядом. Вот что ей понадобилось с утра пораньше?

Лицо старухи было усыпано морщинками, словно отпечатки дней, прожитых согласно природе времени. Глубокие складки на лбу и вокруг глаз кажутся историей, рассказывающей о ее бурной молодости и трудной старости. Взгляд ее глаз, окруженный тонкими морщинками, полон умиротворенности и в то же время тайны, будто знающий все сокровенные тайны мира.

Прическа женщины была скромна и строга, волосы седые, но локоны все еще живые и блестящие, словно нить жизни, которая продолжает ткать свою узорчатую ткань. Искривленный хребет, степенно идущие ноги – все это олицетворяет ее долгий путь, пройденный через года и века, сквозь радости и горести.

Легкость движений женщины ушла с годами, но в них все еще есть что-то грациозное и возвышенное. Она идет медленно, но уверенно, словно древний древесный ствол, корни которого уходят глубоко в землю, поддерживая вес своего века. В ее одежде нет праздности и роскоши, она предпочитает простые платья из грубого материала, да и могла была она предпочитать другое, ибо жители окраины окраинного городка не могли позволить себе больше.

Она одевается в длинное, потрепанное платье, мешковатое и простое, словно риза монахини, которая отреклась от мира и его суеты. На руках у нее надеты чуть выцветшие перчатки, словно защита от холода и времени, которое ускользает между пальцами, оставляя лишь память и тоску.

Голос женщины был низкий, слегка свистящий и с легким скрипом, словно звук старой расстроенной скрипки. Думалось ей всегда, что слова её мудры и спокойны, они пропитаны мудростью и испытанной многолетней жизнью, которая не щадила ее, но едва ли часто слова её были таковыми.

Внешность старухи была книгой, в которой записаны все страницы ее жизни, и каждая морщина, каждая складка – это глава этой вечной и неповторимой истории.

Каждый день соседка возилась по хозяйству: что-то да чинила, переставляла, красила; а в летнее время график её был плотно забит посадкой и сбором урожая. Хорошо она знала каждое дерево в саду, да и не только в своём, могла и посоветовать в какое время года и в какую погоду за какими сокровищами идти в лес: грибами после лёгкого летнего дождя, или спелыми ягодами во втором месяце лета. Вот только помощь её и советы чаще сопровождались упреками и недовольством, во всём она видела себя правой и донимала соседей своей необходимостью высказаться по любому поводу.

Вот и сегодня она лишь проходила мила, и даже мысли не возникло оставить Ингрид в покое – видит же, что та вся в работе.

– Знаете, я немного занята, – ответила на старичью претензию охотница.

– Вот все всегда заняты! И даже поговорить со старым человеком некому! – Возмутилась соседка. – Чего хмурая-то такая? Аль случилось что?

Старуха прищурила глаза внимательно изучая реакцию Ингрид.

– Неужто с этим ледяным у тебя не сложилось? – Еще больше подстегнула её гнев соседка.

– Вы что следили за мной? – Возмутилась брюнетка.

– Да боги с тобой! – Махнула рукой бабушка. – Что мне тут следить? У нас-то дома через метр стоят, тут и без слежки всё видно!

Ингрид тяжело выдохнула, а Мирла продолжила:

– А я вот всегда говорила, что люди ледяным не пара! Эти ледяные понадумали себя властелинами мира и командуют простым людом, хоть ничего и не дают взамен!

– Вам заняться нечем? – Не выдержала женщина. – У меня куча хлопот, вот если у вас их нет, то сидите и грейте косточки на печи!

В какой-то момент Ингрид показалось, что слова её были слишком грубы и сердце даже забилось чуточку быстрее в панике: портить отношения с соседями не входило в её планы. Но, к её глубоком удивлению, лицо старушки не изменилось, а как будто бы даже немного смягчилось и расслабилось.

– Не кипешуй ты, – чуть понизила голос она, – знаю я, что больно тебе, наверное, от того, что мечтания твои о красивой жизни в ледяном городе не сбудутся. Верно?

– Я о таком…