Ледяная метка

Глава 8

Сердце колотилось в груди, причиняя невыносимую боль. Кажется, на этот раз оно оказалось догадливее разума.

— Все кончено, ведь так? — тихо спросила я у него. — У нас с Женей ничего не получится.

Я медленно развернулась и пошла домой. Ветер хлестал по щекам, стирая дорожки от слез.

Женя… И отчего я удивилась его предложению?

Он всегда был эмоциональным. Пропадал на недели, а потом появлялся, словно ничего не произошло. На вопросы не отвечал, лишь хмурился и отворачивался, будто я спрашивала о чём‑то постыдном.

А потом были поцелуи, объятия, клятвы в любви… И я снова ему верила.

Я знала, что когда-нибудь наши отношения закончатся. Слишком многое он не договаривал. Наверное, я не внушала ему доверия. Не была той, кому можно было рассказать важные мелочи.

Я замерла на перекрёстке, ощущая, как сильно горят щеки.

— Я отпускаю тебя, Женя, — прошептала я морозному ветру.

Сердце больно кольнуло, и я поспешно повернула куда-то в сторону. Мне хотелось сбежать от самой себя, от мыслей, которые начали приходить в голову, от чувств, ранящих душу.

Мне нужно было разорвать привычный маршрут — так же, как и отношения, которые не могли привести ни к чему хорошему.

Правда была в том, что я жила в придуманной сказке. И он, возможно, тоже. Пора было признаться себе в этом.

Я шла все быстрее и быстрее, пока блаженная тишина не заполнила голову.

Взгляд блуждал по бесконечной заснеженной дороге. По краям громоздились сугробы. Снег налипал на ботинки, утяжеляя каждый шаг. Но я упрямо продолжала идти.

Мне было неважно куда. Лишь бы подальше от домов, шума, воспоминаний.

Не знаю, сколько прошло времени. Я слушала скрип снега и пыталась успокоить свое сердце. Оно стучало уже ровнее, только иногда его удары продолжали приносить боль.

Внезапно ветер стих, и все вокруг погрузилось в странную тишину. Снежинки, падая на землю, отливали необычным голубым светом. А сам снег превратился из пушистого в оледенелый.

Я огляделась по сторонам. Это было незнакомое место. Все вокруг утопало в белом свете, только в одном месте мерцал тёплый желтый огонёк.

Я прищурилась. Вдали стоял маленький дом, совсем обветшалый. Кажется, даже заброшенный. Но почему тогда внутри горел свет?

Я не стала думать. Просто ускорилась, не сводя с него взгляда. Мне казалось, что если я хоть раз моргну, то дом исчезнет навсегда. И почему-то сейчас это показалось самым страшным на свете.

Чем ближе я подходила, тем ярче переливался рисунок на стене дома. Некоторое время я всматривалась в него, а затем внезапно осознала, на что смотрю: часы с двумя циферблатами. Точь‑в‑точь как те, что были на руке моего спасителя.

Я резко остановилась. Под ногами хрустнул лед, и мое сердце почему-то успокоилось.

Я сглотнула. Те самые часы… Неужели это дом того парня?

Линии рисунка серебрились под моим взглядом, а стрелки бежали вперед, но не по первому циферблату, как тогда, а по второму.

Я выдохнула и решительно направилась к двери. Этот вечер становился все более странным. И я хотела получить ответ хотя бы на один из своих вопросов.

Я замедлила шаг перед дверью и осторожно постучала. Мне никто не ответил. Тогда я перешла к окну и заглянула внутрь. На деревянном полу примостился массивный стол, возле которого стояло два стула.

Я слегка наклонилась, надеясь увидеть что-то еще. И в этот момент по полу скользнула чья-то вытянутая тень.

Я испуганно отпрянула, чуть не свалившись в снег. В висках застучало.

— Зачем мне вообще туда? — прошептала я себе под нос.

Уже развернулась и хотела уходить, когда взгляд вновь наткнулся на таинственный рисунок на стене. Если это дом того парня, то он не тронет меня. Он... не злой.

На миг я сжала руки в кулаки, а затем, больше не думая, подошла прямо к двери и дотронулась до ручки. Замок щелкнул.

Я растерянно моргнула, и осторожно потянула дверь на себя. Она поддалась.

— Ладно... Ладно, — я облизала губы и осторожно шагнула внутрь.

Стоило моей ноге коснуться деревянного пола, как свет мгновенно погас. Я замерла на пороге, чувствуя, как по спине пробежали мурашки.

— Здравствуйте, есть кто‑то дома? — позвала я.

Голос эхом разлетелся по комнате, а затем вернулся в искаженном виде:

— Дома… Вы дома…

Я застыла, боясь пошевелиться.

— Кто это? И что значит «Вы дома»? — вновь спросила я.

На этот раз никто не ответил.

Я несколько секунд внимательно вглядывалась в темноту, и когда глаза привыкли к полумраку направилась вперед. Медленно, борясь с желанием бежать, стала осматриваться.

Надеялась увидеть уютную комнату, но она была совсем не такой. По полу клубилась пыль. Полки утопали в паутине. По стенам сновали мелкие жуки, оставляя за собой едва заметные следы. А с потолка свисала густая слизь. Она падала на пол с глухим стуком, оставляя масляные пятна.

Я отступила, поморщившись. В таком месте никто не мог жить. Наверное, просто лампа была сломана, вот и загоралась, когда сама этого хотела.

Я развернулась и уже хотела уходить, но внезапно взгляд зацепился за окно. Оно не было грязным или даже пыльным. Напротив, блестело чистотой. А по его стеклу медленно проступали морозные узоры, словно кто-то их рисовал прямо сейчас.

Я завороженно шагнула ближе, хотела дотронуться до них, но в этот момент за спиной хлопнула дверь.

Я подпрыгнула на месте, и бросила взгляд назад. На пороге стоял мой спаситель, но теперь он выглядел иначе.

Его синие глаза горели настороженно, руки были сжаты в кулаки. Кончики волос переливались ярко‑голубым светом, словно в них застряли осколки ночного неба.

— Как ты вошла? — спросил он.

— Было открыто, — пробормотала я.

— Неправда.

— Я потянула за ручку…

— И?

— Дверь открылась сама, — добавила я.

Он смотрел недоверчиво, но совсем недолго. Уже через секунду он опустил взгляд вниз, словно что-то его притягивало. Я посмотрела туда же и заметила сверкающую точку на своем запястье. «Неужели…» — я боялась закончить мысль и решила спросить прямо.