Ледяная рыбка

Глава 5. Сестра

Уже на второй день платье было в шкафу. Либена ловко спрятала его так, что никто ничего и не заподозрил. Весь день прошел в делах и заботах, но Либена делала все быстро и умело, с хорошим настроением. Девушка предвкушала, как вечером обрадуется Луцие, мысль о том, что у нее теперь есть сестра грела душу.

Когда дела пошли плохо и бедность стала у порога их дома, все подруги Либены куда-то испарились, и ей не хватало легкой, непринужденной женской болтовни, обычного девчачьего общения. Либене очень хотелось подружиться с Луцие, так что платье – сущий пустяк по сравнению с искренними чувствами близкого человека.

Сестру Либена не видела весь день, та будто избегала встречи. Но вечером все должно было измениться. Платье должно было стать ключиком к сердцу Луцие.

Вечером в радостном предвкушении Либена достала платье из шкафа и замерла, не веря своим глазам: на подоле расползлись два безобразных пятна, будто темные страшные пауки, что водились в подвале.

Либена так и осела на пол, не в силах пошевелиться от расстройства и неверия в происходящее. Как же так? Платье же было абсолютно чистым!

– Что, не удался твой план, сестренка? – прозвучал злой голос. Луцие стояла у входа в комнату, ее губы искривились в безжалостной усмешке. – Думала сойдет с рук твое самоуправство? Конечно, мама тебе и платье бы простила, да все, что угодно! Теперь ты ее любимая дочь, а я лишняя в вашей семье! – Луцие начала почти кричать, слезы стояли в ее зеленых глазах.

– Это ты сделала, глупенькая? – шепотом произнесла Либена.

– Не докажешь! – прошипела Луцие.

– Это же твое платье!

– Как мое? – девушка удивленно заморгала.

– Эх, что же теперь делать? – вопрос прозвучал глухо, безнадежно.

– Но я думала…

– Неужели я дала тебе повод считать меня такой коварной? – Либена пристально всмотрелась в глаза сестры.

– Нет, но… Я тебе чужая, а теперь и мама стала для меня такой далекой, все носится с вами, а до меня и дела нет.

– Иди сюда, – Либена указала на место рядом с собой, и Луцие нехотя присела, недоверчиво поглядывая на расстроенную девушку, все еще ожидая гневных слов. Вопреки ожиданиям Либена обняла сестру и проговорила: – Зря ты думаешь, что лишняя, как родной человек вообще может быть лишним? Когда мамы не стало, мы остались с отцом совсем одни на этом свете и нам пришлось не сладко, а, когда я думала, что потеряю и отца, сердце мое разрывалось от горя. С вашим появлением появилась надежда, а затем и вера, и любовь. Не представляешь, как я рада, что мы теперь семья! Не по крови, но по духу. И мне очень хотелось бы, чтобы мы стали самыми родными. Я люблю тебя всем сердцем!

– Правда? – в вопросе послышалась робкая надежда.

– Правда! – Либена улыбнулась. – Мне бы хотелось, чтобы твоя мама стала и моей, а мой отец твоим, но это не значит, что мы забудем наших настоящих маму и отца, их память всегда с нами. И для мамы ты всегда будешь ее светом, неужели ты думаешь, что для нее есть что-то или кто-то важнее тебя?

Луцие взглянула еще раз на Либену, потом на платье и разрыдалась, как маленькая девочка, которая очень сожалеет о своем поступке. Либена обняла бедняжку, и сама заплакала, но вовсе не горько, а счастливо, чувствуя, что в этот миг ее пустили в сердце и любви у нее стало еще больше.

– Что тут за потоп? – на звуки рева пришла Петра. – Что произошло, девочки? Ах! – женщина заметила платье, лежащее золотистым кулем у ног девушек. – Откуда оно?

– Либена купила то самое платье, которое мне так хотелось, а я его испортила! Специально! Прости, мама! – Луцие заревела еще громче.

– Ох вы же мои горемычные, ну ничего, впредь запомните, что не нужно что-то выдумывать и додумывать, мы на то и семья, чтобы всем делиться, особенно важно делиться любовью к ближнему, ее тогда в сто крат больше становится! Ничего-ничего, ложитесь спать, а завтра что-нибудь придумаем.

Утром, когда сонные девушки вышли в гостиную, на цветастом диване они увидели то самое золотистое платье, при этом совершенно чистое. Рядом же было не уступающее ему по красоте белое платье с мириадами разноцветных искорок, оно было будто из снега и льда.

Девушки одновременно ахнули.

– Мама, как у тебя получилось вывести пятна? – удивленно проговорила Луцие.

– Откуда такая красота? – осторожно касаясь белоснежной легкой ткани спросила Либена.

– Пятна вывести – не хитрая задача, сейчас столько волшебных средств для этого, – усталая, но довольная произнесла Петра, – а вот второе, мое свадебное. Не хотела я, чтобы кто-то из вас одевал его, фасон-то не модный, да и старое оно, хоть и красивое. Но теперь другого выхода нет, тем более твои серебристые волосы, уверена, будут смотреться еще ярче с этим платьем.

– Что ты, крестная, это самое прекрасное платье на свете! Его правда можно надеть на бал? – Либене не верилось, что она попадет на лучший праздник, да еще будет такая красивая.

– А для чего же я достала его и привела в порядок? – по-доброму усмехнулась Петра и продолжила: – Девочки, нужно устроить примерку, у меня уже кончается терпение, так хочется на вас посмотреть! Кыш одеваться!

Девушки весело подхватили наряды и выпорхнули из комнаты словно две птички.