Ледяное дыхание

Глава 9.

Влад.

Боже, я сойду с ума с этой упрямой девчонкой! Но мне снова на это плевать.

Зову врача в панике, потому что Ксюша снова упала в обморок. И она собиралась уйти домой?

Константин Михайлович говорит, что Ксюша переволновалась, что при болезни нельзя.

— Скажите, а могу я забрать её к себе домой? Она будет под моим присмотром. Боюсь, она не сможет устоять и всё-таки попробует сбежать. Со мной такого не будет.

Врач задумался.

— В принципе, можете. Но нужно будет каждый день приезжать к нам на осмотр.

— Конечно, мы будем.

Константин Михайлович обещал привести Ксюшу в чувство и сейчас написать все рекомендации. В палате пахло нашатырным спиртом.

Когда Ксюша открыла глаза, я сидел рядом с ней.

— Радуйся, ты не будешь тут лежать.

Говорить, где она будет лежать, я пока не стал, потому что она точно не согласится и придумает что-то еще более бредовое, чем сбежать из больницы.

— Правда? Я сейчас соберу вещи.

Она и правда поднялась на локтях, почти спустила ноги с кровати… Какая упрямая. Хорошо хоть, что доктор согласился отпустить ее под мою ответственность. Домой она рвется, а о себе совсем не думает. Зачем вообще так надрываться? Новый год подождет, главное — здоровье. Хотя, кто я такой, чтобы ее учить? Знаю ведь, что бесполезно. Она все равно сделает по-своему. Страшно представить, что бы она сейчас делала, если бы я не пришел в больницу. Наверняка, уже бегала бы по универу, раздавая указания и срывая голос. А так хоть немного отдохнет. Я за ней присмотрю, буду таблетки давать, чай с лимоном заваривать. Все, как положено.

— Уже собрал. Лежи. Я помогу тебе одеться.

— Ещё чего, — буркнула Ксюша.

Еле уговорив Ксюшу, чтобы я её довёз (она-то думает, что едет к себе домой), мы вышли из больницы. Ксюша вдохнула морозный запах и сразу закашлялась. Я взял её под руку, упадёт ещё, голову разобьёт.

В машине ехали молча, она переписывалась с подружкой. Когда глянула в окно, а мы уже подъезжали к подъезду моего дома, она спросила:

— Где мы?

— Мы едем ко мне. Поживëшь и полечишься у меня, иначе я уверен, что уже завтра ты побежишь учиться и работать.

— Нет. Влад, нет. Я не поеду к тебе.

— Уже едешь.

Да что с ней не так? Нет, чтоб сказать спасибо, что хоть кто-то о ней заботится, так она еще и выпендривается. Мало того, что в больнице чуть кони не двинула, так еще и дальше гнет свою линию. Прямо сейчас готова выскочить из машины и по сугробам домой побежать. Только бы не к Кислову. А я вот думаю, где ее мозги в этот момент? Совсем о себе не думает! Ладно, ничего, перевоспитаем. Будет знать, что значит спорить со мной, когда я пытаюсь ее спасти от самой себя. Думает, что если сейчас героически выкарабкается, то мир перевернется? Да мир и без нее обойдется, а вот она без него – вряд ли. Особенно в таком состоянии.

— Ксюша, это не обсуждается. Не переживай, живу один, собак, кошек нет, никто тебя не съест.

Она фыркнула, но спорить дальше не стала. Видимо, поняла, что я настроен серьезно. Да и слабость давала о себе знать.

Из машины она выходить принципиально не стала, пришлось нести её на руках. А как по-другому, если она такая?

— Кислов, кажется, у тебя есть девушка.

— Вот пристала с этой девушкой! — разозлился я. — Уже нет. Всё? Ревность в сторону?

На самом деле, Леся и не была моей девушкой. Точнее, я сразу обозначил рамки, а она себе надумала намного больше них. Мы «расстались» на следующий день после её дня рождения.

Пропускаю Ксюшу в квартиру, захожу сам и закрываю дверь.

— Пошли, провожу тебя в твою комнату и проведу экскурсию.

Ксюша цокнула, но идти все же пошла. Всю дорогу до комнаты молчала, только глазами сверлила. Ну и ладно, лишь бы слушалась.

— Располагайся. Сейчас принесу тебе чай и лекарства. И чтобы без глупостей! Лежи и отдыхай. Я буду неподалеку, если что.

Оставив ее в комнате одну, пошел на кухню. Чайник поставил, лимон достал, мед нашел. И лекарства, конечно. Без них никак. Заварил чай, все приготовил, отнес Ксюше. Она, как ни странно, лежала и смотрела в потолок. Видимо, совсем сил нет.

Она проглотила таблетку, поморщившись.

— Спасибо, — тихо сказала Ксюша.

Вот и славно. Может, хоть сейчас поймет, что я не враг ей. Что я просто хочу помочь.

— Отдыхай, Ксень. Если что – зови.

***

Деньги на лекарства бабушке нужно откуда-то брать. Сейчас в поисках работы, а пока пишу песню на заказ исполнителю. Рэп нужен.

Но рэп что-то не идёт.

Мысли о Ксюше мешают работе, слова путаются и на листе бумаги оказывается не текст на заказ, а текст о Ксюше.

Ты как город в час пик — не пробиться к тебе,

Но я всё равно привык замечать тебя в толпе.

Ты сильнее, чем твои все обиды на людей,

Ты упрямо всем кричишь: «Я буду сильней!»

Ты крепость, хранящая нежные тайны,

И раны людские – лишь шрамы на ней.

Но в сердце горит огонь непокорный,

И шепчет упрямо: «Я стану сильней».

Без понятия, как это вышло. И Ксюше это показывать не собираюсь, засмеëт. Кстати, о ней. Иду проверять. Стучусь в дверь на всякий случай, но разрешения войти не слышу. Потому что она спит, обняв мягкую гусеницу и полностью укрывшись одеялом. Спокойно выхожу и звоню маме, спросить у неё рецепт супа, который она мне варила в болезнь, так как твёрдое с больным горлом есть невозможно.

— Привет, сын.

— Привет, мамуль. Как вы?

Мама рассказывает о том, что у неё поступило сейчас много заказов и она почти ночует в мастерской. Моя мама — стилист и дизайнер одежды, её бренд одежды «Zoya Style» пользуется огромной популярностью и продаётся по всей России, а также некоторые товары есть во Франции и Англии.