Ледяное дыхание

Глава 14.

Влад.

— Нам нужен диджей, — произносит Ксюша с паникой в голосе. Она говорит так быстро, что сначала я даже толком не понимаю, что случилось, и прошу её объяснить по порядку.

Оказывается, у них в университете сегодня мероприятие, где она главный организатор, а диджей сломал ногу и слёг в больницу. Ксюша не знает что делать и почти умоляет меня помочь. Нужно только переключать музыку и один номер сыграть на гитаре на сцене. Соглашаюсь, не думая. И ради личной выгоды (всё-таки надеюсь, что мне зачтётся моя помощь в карму перед Ксюшей), и, конечно, ради неё, так как если я не соглашусь, она будет волноваться и искать другие варианты.

Быстро собираюсь: натягиваю джинсы, футболку, пихаю гитару в чехол. С утра сидел дома, смотрел футбол и лениво ел пиццу, так что настроение было сонно-безмятежное, но после звонка Ксюши будто кто-то нажал кнопку «турбо». Через десять минут я уже за рулём.

Подъезжаю к универу, паркуюсь почти у самого входа, хватаю гитару, закрываю машину и бегом внутрь. В холле — толпа студентов. Все нарядные: кто-то в костюмах, кто-то с папками, кто-то с цветами. Воздух плотный от духов, смеха и разговоров. Пахнет праздником и нервами.

Пробираюсь сквозь них, ориентируясь на шум и обрывки музыки, которая где-то играет. Ксюша встречает меня возле гардеробной, и я на пару секунд зависаю от её вида. Она в том самом бордовом костюме, который мы покупали вместе, а ещё на высоких каблуках, в которых она достаёт мне почти до носа, но всё равно остаётся на пару сантиметров ниже.

— Господи, спасибо тебе, что выручил. Опять, — быстро произносит она и ведёт меня в гримёрку.

— Ну, конечно, не Господи, но пожалуйста.

— Кислов, когда закончится мероприятие, шути хоть сколько, можешь даже по-дурацки, а сейчас, пожалуйста, пошли быстрее.

Поднимаясь по лестнице, Ксюша оступается на своих шпильках и чуть не падает назад, но я ловлю её за талию. Всё-таки каблуки — зло, на них и ноги, и руки переломать можно.

Сегодня у Ксюши на губах очень яркая красная помада, которая манит сильнее обычного, но я стараюсь держать себя в руках и отпускаю её. Всё-таки она и так нервничает, не стоит бесить ещё сильнее. В гримёрку заходим под взгляды девчонок, обращённые на меня, но Ксюха ещё быстрее проходит мимо всех и тянет меня за собой к выходу на сцену.

— Вот, смотри, — показывает мне всё и даёт в руки текст и аккорды песни «Хлопья летят наверх». — Эту песню тебе нужно будет сыграть в этот момент. Не переживай, Соня будет за сценой с тобой и скажет, когда выходить. Тебе поставят микрофон, нужно будет спеть. Сможешь? Ребята будут вальс танцевать.

Я просматриваю аккорды, киваю.

— С песней повезло, я её знаю. Играл когда-то. Всё сделаю.

— Влад, пожалуйста, не подведи, ладно?

— Ксюх, не переживай, — говорю спокойно, слегка обнимая её за плечи. — Всё будет прекрасно. Я потренируюсь и спою как надо. Обещаю.

Ксюша мне благодарно улыбается и даже договаривается с кем-то, чтобы мне сейчас выделили отдельную комнату, где я мог бы отрепетировать.

Время проходит быстро, я успеваю прогнать песню три раза точно, и на четвёртый играю без запинок. Заглядываю в гримёрку, каждый там занят своим делом, а Ксюша, походу, делает всё и сразу. Пишет что-то в блокноте, помогает девчонкам застегнуть костюмы, выслушивает чью-то реплику из сценки, одновременно ругается на некого Олега, который играет в сценке принца. Подхожу к ней сзади и аккуратно наклоняюсь. Сама меня не замечает, зато вот ребята замолкают и с любопытством смотрят на нас.

— Ну, чего замолкли? — поднимает голову от блокнота и вздрагивает, видя меня через плечо. — Ага, ясно. Ребята, это Влад, он сегодня будет главным за музыку вместо Пети. Стойте, а где у нас Соколова? Она вроде крутилась тут две минуты назад, а сейчас вдруг пропала.

Ксюша, как будто забыв о моём присутствии, начинает метаться по гримёрке, выкрикивая имя Соколовой Жени. Видно, что она на пределе, и любая мелочь может ее окончательно вывести из равновесия.

— А, Влад, ты что-то хотел?

— Песня полностью готова.

Ксюша останавливается и оглядывается по сторонам.

— Сонь, Оксан, проверьте всё у ребят, пожалуйста. Я посмотрю на песню. И найдите мне Соколову!

Ксюша идёт впереди меня в ту же самую комнатку, и там устало садится в кресло и прикрывает глаза, вдыхая.

— Устала? — спрашиваю, настраивая микрофон.

— Нет, полна сил, — распахивает глаза и широко улыбается. — Послушаю твою песню.

Начинаю петь, глядя ей в глаза. Она тоже смотрит на меня, но потом облокачивается на спинку кресла и закрывает глаза. К концу песни открывает.

— Это очень красиво, Влад. Я даже не знаю, что бы мы делали сейчас, если бы ты не приехал…

— Наверное, Ксюша, ты бы сама ещё и за диджея отработала, — усмехаюсь. — У тебя же талант всё тянуть на себе.

— Не начинай, — фыркает она. Но в голосе уже нет напряжения.

Дальше я сижу в гримёрке вместе со всеми, Ксюша орёт на ту самую Соколову, потому что она пришла без костюма. По её словам, костюм остался дома.

— Женя, это шутка? — голос у неё почти срывается. — Ты понимаешь, что через двадцать минут выход?!

И мне так жалко Ксюшку из-за того, что решать всё приходится ей. Соколова хлопает глазками с невинным лицом. А потом, когда в гримёрку заходит какой-то парень, и Ксюша снова на него орёт, Женя быстренько выходит к нему и шепчет что-то на ухо.

— Это что ещё за цирк? Здесь только участники, а не гости!

Поймав грозный взгляд Ксюхи, ухмыляется и возвращается к ней, закрывая дверь за парнем.

А потом мы начинаем. Я сижу за кулисами, рядом со мной девочка Соня, которая помогает сориентироваться и вовремя включить музыку. Ксюша же ведёт мероприятие и объявляет номера. Издалека вижу, как нервничает, но держится железно. Она объявляет первый номер, второй… время тянется, но не в плохом смысле — просто всё идёт своим чередом.

Соня шепчет:

— Твоя песня через два номера.