Ледяное Небо
Пролог
Февраль 1943 года, где-то над Курской дугой
Небо в феврале сорок третьего было таким, каким Мария запомнила его на всю жизнь — выцветшим, белесым, будто выстиранным до дыр. Холод пронизывал насквозь, пробирался сквозь летные перчатки, сковывал пальцы, заставлял дыхание вырываться облачками пара даже в гермошлеме. Она ненавидела это небо. И любила его. С той же яростной, почти болезненной силой, с какой любила свою машину — Як-1, с которой не расставалась уже больше года.
Истребитель слушался ее пальцев, дрожал от напряжения, когда она выводила его из крутого пике, закладывала вираж, уходя от очереди вражеского «мессера». В такие моменты Мария забывала обо всем. О том, что ей двадцать три. О том, что она старший лейтенант Иванова, дочь генерал-полковника Иванова, сестра полковника Иванова. О том, что отец и брат до сих пор не знают, где она. И что мать, Марина Ивановна, каждую ночь, наверное, ставит свечи в московской церкви, молясь за неё.
О том, что Миша… нет. О Мише она не думала. Никогда.
«Старший лейтенант Иванова, вас в штаб!»
Она услышала голос техника сквозь шум ветра, когда уже заруливала на стоянку. Мария кивнула, глуша мотор. Выбралась из кабины, стянула шлемофон — короткие светлые волосы намокли от пота, прилипли ко лбу.
— Что там? — спросила она у пробегающего мимо сержанта.
— Говорят, новый командир прибыл, — сержант пожал плечами. — Капитан Бесстужев. Из резерва.
Мария ничего не ответила. Новый командир. За год она видела их достаточно — одни приезжали, других увозили в цинковых гробах. Она научилась не привязываться. Не ждать. Не надеяться.
Она шла к штабной землянке, и ветер трепал полы ее летной куртки. Где-то за линией фронта грохотало — глухо, тяжело, будто земля вздыхала. Мария знала: скоро опять вылет. Скоро опять в это ледяное, безжалостное небо.
Она не знала, что капитан Бесстужев изменит всё.
Отредактировано: 21.06.2026
Добавить в библиотеку 