Ледяной поцелуй фэйри

Глава 1

Я пришла в себя не в лекарне и не в темноте леса. Первым делом я услышала музыку. Она была слишком громкой, слишком живой для места, где мне полагалось умирать.

Струнные заливисто звенели, а ударные отдавали в рёбрах. Высокий, почти детский смех танцевал в воздухе, и в нём было что‑то неестественное, инфернальное. Потом пришёл запах: пряный дым, сладкий, густой, будто на празднике любили корицу и сушёные апельсины… и мороз, хлёсткий, почему-то с привкусом соли.

Я попробовала вдохнуть глубже и тут же поняла, почему не могу.

Под рёбрами давило холодное лезвие. Что‑то было во мне, и оно стужей расползалось внутри, как если бы мне в грудь вогнали кусок зимы. Странно, но я оценивала все это также холодно. Как будто все происходило где-то со стороны и как будто совсем не со мной. Непонятно…

Я попыталась пошевелиться. Не получилось.

Тело не слушалось, стало только хуже: словно меня прибили к земле и сверху набросили ледяное одеяло. Но я чувствовала пальцы ног, а значит, не полностью парализована. Чувствовала язык — значит, могу сказать слова. Если хватит воздуха. Если я сейчас потеряю сознание, я проснусь… где? Или вообще не проснусь.

Я все-таки заставила себя не смотреть на грудь.

Раз. Вдох короткий. Два. Выдох ещё короче. Три. Вдох резь в боку. Четыре. Выдох и вкус крови во рту.

Считать, значит держаться. Я моргнула.

Мир расплывался и снова становился резким, как лёд на лезвии. Я вдруг осознала: надо мной не небо.

Там, в музыке, дрожали огни: гирлянды из маленьких синих и белых огоньков, подвешенные между чёрными стволами деревьев. Они мерцали так, словно каждая искра была живой и дышала.

По краю зрения начали двигаться силуэты. Плащи. Маски. Гладкие, белые, как вырезанные из кости лица без выражения. Иногда звериные морды, иногда геометрические, с острыми линиями. Праздник. У границы.

Я знала это так же ясно, как знала, что если в приюте дети вдруг замолкают, значит, кто‑то что‑то натворил. Здесь было то же: музыка, смех, дым, но под всем этим лежала натянутая, невидимая струна. Я была ошибкой на их празднике.

Я попыталась повернуть голову. Слева темнее, там виднелся лес, который уходил в тень. Справа светлее, там огни и движение. И прямо передо мной, в нескольких шагах, торчали два камня, как клыки гиганта: высокие, чёрные, с белыми прожилками. Между ними воздух дрожал, хоть и еле заметно. Но все-таки он дрожал, как над горячей печью. Только здесь было наоборот: будто сама реальность подмерзла и трескалась. И тут до меня наконец дошло.

Граница.

Я в мире фэйри.

Я бы рассмеялась, если бы могла.

Это было настолько неправильно, что мозг пытался вышвырнуть это из понимания как дурной сон. Фэйри — это жуткие сказки, которыми пугают детей, чтобы те не убегали в лес. Это истории, которые шепчут девушки, когда им хочется чего‑то опасного, но только лишь в фантазии.

Но теперь я лежала на снегу, под магическими огнями, и в груди у меня был кинжал.