Ледяной поцелуй страха

16

Андрей с Никитой уже ожидали их в столовой за тем же столиком, что и накануне.

– Все то же, что и вчера, но свежее, – прокомментировал Андрей, указывая взглядом на лотки с едой. Полина взяла чистую тарелку, но Настя вдруг, миновав ряд столов, направилась к видневшейся в противоположном конце зала двери. По пути она расчехлила камеру и сделала несколько снимков, направив объектив на стойки с едой, в пустой угол, а затем сфотографировала зал. Полина шепотом пояснила Андрею, для чего все это.

– Хорошо бы еще скинуть снимки в ваш компьютер и как следует рассмотреть тот, на котором видны люди, – ответил он, ставя перед сыном тарелку с гречневой кашей и омлетом. Никита, мельком окинув горку рассыпчатой крупы, скривился и заявил, что желает завтракать печеньем. Андрей твердо заявил, что печенье будет только на десерт. Никита закапризничал. Отец вздохнул, наклонился к сыну и принялся что‑то ему вполголоса говорить. Полина поставила тарелку на стол Андрея и отправилась к Насте.

– Ну что? – спросила она. Взгляд скользнул по помещению, отметив пару работающих промышленных холодильников и корзину с немытыми фруктами, поставленную на отдельный небольшой стол.

– Да пусто! Хотя все оставлено так, будто помещение покинули минут десять назад. Холодильники работают, продукты в них, похоже, свежие. Я даже глянула даты на пакетах с молоком: сегодняшнее.

– Сегодняшнее? – переспросила Полина. – Получается, сюда кто‑то еще и привозит продукты с фабрики, которая должна находиться поблизости. И этот завоз был утренним.

– Молоко могли разлить и вчера, но даты проставить сегодняшние. Не знаешь, что ли, как это может делаться? – пожала плечами Настя. – Но ты права в том, что продукты должны были привезти. Как – мы это не видели, потому что искали дорогу.

– Привезти и разгрузить продукты – это тебе не тетрадь подкинуть… Скорей всего, это и правда сделали в наше отсутствие. Есть тут что еще интересное?

Они прошли в соседнее помещение и увидели две огромные плиты. Огонь зажжен не был, но поверхность одной из плит оказалась теплой.

– Как они все успевают делать? Приготовить незаметно, накрыть столы и… спрятаться? – спросила, наводя на плиты камеру, Настя.

– Если мы это узнаем, то, думаю, и из поселка сможем выйти.

– А тебе не кажется, что нас могли взять в плен? В свете той записи в тетради, прозвучавшей не то как угроза, не то как предупреждение. Обращаются с нами пока неплохо: кормят и номера убирают. Но что будет дальше – неизвестно.

– Да я уже и не знаю, что думать, Настя. Эта мысль мне тоже приходила в голову. Ладно, пошли к Андрею, покажем ему тетрадь. Кстати, надо снимки с камеры перекачать в мой компьютер и как следует рассмотреть.

Они вернулись за стол, за которым Никита уже как ни в чем не бывало, без капризов, что‑то оживленно рассказывая отцу, наворачивал десертной ложкой гречневую кашу и запивал ее молоком. Андрей поднял вопросительный взгляд на присевших за столик девушек, и Полина кратко пересказала ему разговор, а затем продемонстрировала тетрадь.

– Вот что я думаю: либо мы опять идем всеми теми дорогами, которые прошли вчера, и пытаемся отсюда выйти методом тыка, как Геннадий. Либо пытаемся разобраться во всем. И, исходя из того, что нам откроется, искать выход.

– Поддерживаю, – сказала Полина. – Второе мне кажется более верным.

– Значит, начнем с исследования поселка и поиска тех, кто тут обитает.

– Мы с Настей можем это сделать вдвоем, – предложила Полина, бросив взгляд на подругу, которая уже успела занять мальчика разговором. – А вы с Никитой отдохните: мальчик хоть и чемпион, но все же ребенок.

– Я вас одних не отпущу, – не согласился Андрей. – Мы находимся в незнакомом месте, в котором непонятно что происходит. Как я вас, девушек, отпущу одних?

– Вот именно потому, что мы не знаем, чего ожидать, лучше не вмешивать в поиски вашего сына, – строго возразила Полина. Настя усмехнулась и поспешила вмешаться:

– Андрей, вы можете идти вместе с Полиной, а я посижу в номере с Никитой. Мы с ним, кажется, нашли общий язык.

– О! – обрадовался мужчина. – Так и поступим.

После завтрака Настя увела мальчика в номер, а Полина с Андреем вышли на улицу.

– Чувствую себя героиней фильма «День сурка», – сказала она, переводя взгляд с памятника Ленину на дорогу.

– Пусть лучше будет «День сурка», чем «Другие», – отозвался мужчина.

– Думаете, мы ехали в маршрутке, попали в аварию и уже… того? – спросила Полина, за усмешкой постаравшись скрыть то, что ей стало не по себе.

– Надеюсь, что нет. Всему происходящему найдется объяснение. Вы ваши книги тоже не оставляете без развязки? Не читал их, но, обещаю, если выберемся из этой передряги, куплю и прочту!

– Мне не нравится ваше «если»…

– Да, прозвучало как‑то безнадежно. Вы правы. Когда мы выберемся…

– Вот, это уже лучше! – улыбнулась Полина и махнула рукой в сторону здания администрации. – Предлагаю начать оттуда. Оно мне кажется более оживленным. Развевающийся флаг внушает надежду.

Андрей согласился, и они поднялись на крыльцо. Полина опасалась, что здание администрации окажется закрытым, но стоило ей лишь толкнуть выкрашенную в белый цвет дверь, как та поддалась.