Ледяной род

1. Дикий северный подарок.

– Ласилаэ, следи за задницей!

Вжалась плотнее в землю, над пятой точкой пронеслась хворостина, и я поползла дальше. Еще одна стена, по ней взобраться, потом, раскачаться на верёвке и перепрыгнуть яму. Ничего сложного, если бы не скорость. Есть хочется, интересно, что у нас на обед?

– Не отвлекайся! – строгий окрик, и выкинув все мысли из головы, ползу, выкладываясь изо всех сил. Другого Соользен не признаёт. Только так, на грани возможностей, и надо тренироваться. Пролетаю над ямой и, совсем не изящно, плюхаюсь на землю.

– Над приземлением надо поработать.

– Я, и так, стараюсь.

– Знаю. Надо стараться больше.

– Ты меня готовишь, в одиночку держать осаду крепости? Какая нападающим разница, шлёпнулась я или красиво приземлилась на мысочки? – насупившись, смотрю на этого изверга.

– Я хочу, что б ты выжила, – прилетел подзатыльник, не больно, но обидно, - Рассчитывай траекторию, держи равновесие, возможно, приземлиться надо будет на пятачок, размером с ладонь.

– Сол, не злись. Я всё понимаю.

– Нет, пока, не понимаешь. Мы живем очень уединённо, именно для того, что б подготовить тебя к жизни за пределами этой пещеры. Если ты облажаешься, то умрёшь или станешь безвольной игрушкой, более сильных и умелых. Ты этого хочешь? Второго шанса не будет.

– Да, кому я нужна?

– Ошибаешься, дорогая, когда о тебе узнают в свете, будет такой взрыв, что мало никому не покажется. На тебя начнется охота, взвоешь ещё о нашем убежище, – он так злорадно улыбнулся, что мурашки на спине устроили танцы, – Так что, поднялась, и на канат, дорогая. Отрабатывать приземления. Сейчас ты плюхаешься, как жаба, а должна бабочкой летать! Встала, и полетела!

С завистью, вздохнула, у меня не получается, пока, так улыбаться, что б позвоночник в трусы сразу сыпался от страха. У него сотня улыбок, и все разные, каждая мышца на лице живет своей жизнью. Поднял уголок рта на пару миллиметров, и меняется весь контекст того, что он говорил. Приподнял бровь - вопросы сами испарились, чувствуешь себя последней идиоткой, из-за того, что сама не додумалась, и задаю глупые вопросы. При этом, всё лицо неподвижно. Класс! Ничего, я научусь также! Почему так стараюсь? Соользен меня спас. Конечно, у него свои планы на меня, но мы ещё посмотрим, подойдут ли они мне...

Моя история началась, когда Соользен Алеант'тар меня нашёл. Эту встречу помню, хоть и была совсем маленькой. Первое воспоминание – я, с белыми волчатами в лесу. Как там оказалась одна, где мои родители, почему меня не сьели – не знаю. Может, потому, что такая же белая, как и они? Я плохо стояла на ногах, и всё время падала. От дерева к дереву, шла на слабых ногах, плюхалась на зад, и снова, упрямо поднималась на ноги.

"Я должна хорошо ходить, иначе, так и останусь в лесу, а мне надо куда-то идти", - это единственное, о чём я думала, в тот момент. Куда, пока не знала. Волчата бегали вокруг и искали съестное. Мне не было страшно, они меня знали и не трогали. Вот такую тренировку, и застал Соользен.

– Кен ё се ту? Илиса? – он спросил кто я и откуда, это я потом поняла, и присел передо мной на корточки.

Не понимала звуков, что издаёт этот большой черный дядя с белыми волосами и спокойными серыми глазами, но потянулась за фляжкой у него на поясе. Пить хотелось, а из неё пьют, я это откуда-то знала. Он отдал фляжку, подхватил на руки, завернув в полы плаща, и унёс из леса к себе домой. Дом оказался довольно просторной пещерой, с небольшими отнорками - спальней и кухней. Для меня он освободил комнату, натаскал камней и сплавил их, делая мне кровать с бортиками. Завороженно наблюдая за магией, творящейся прямо у меня на глазах, подползла чуть ближе и уцепившись за его штаны, встала рядом. Было очень интересно, а страха не было совсем. Наверное, он скончался, когда в лесу была. Мы начали учить язык, что б я его понимала, и первые слова, что я выучила, были: опасность, враг, чужой, нельзя.

Примерно через неделю я узнала, что Соользен, законченный параноик. Как только он понял, что я воспринимаю жесты и веду себя, не как годовалый карапуз, а вполне адекватная личность, тут же выложил мне безопасную дорожку в пещере маленькими камушками, пометив проходы. Всё остальное пространство - это ловушки. Мне показали, что будет, если я сойду с дорожки. Мама дорогая! По пещере летали острые железяки, врезаясь в стены, выстреливали двухметровые языки пламени, сверху падали камни.

- Понятно, почему нельзя сходить с дорожки? - меланхолично спросил он.

Я сглотнула и закивала головой. Соользен назвал меня «Симласилаэ» – дикий северный подарок. Своего имени я не знаю. Дикий, потому что я кусалась, если мне не нравилось что-то. Первое время он всегда ходил искусанным, но надо отдать должное его выдержке, с упорством осла, терпеливо учил говорить, объяснял зачем мы что-то делаем. Довольно быстро, Соользен понял, что со мной проще договориться, чем заставить силой, я такой же упрямый осёл, как и он.

С памятью у меня странные вещи происходят до сих пор. Помню всё, что со мной случилось с годовалого возраста, каждый день, в подробностях, могу сказать, что лежало на столе или стояло у двери в определённый день, и куда потом делось. Иногда могу запомнить целые листы книг до буквы, а есть время, когда вылетает всё напрочь. Стали ловить такие моменты, с абсолютной памятью, и впихивать в меня знания. Научилась читать и говорить за две недели. Писать – за месяц, не могла привыкнуть к перьям, тяжело не ставить кляксы и писать красиво, особенно, когда рукам непривычно держать пишущую палочку или перо. Это целая наука, что даётся мне тяжеловато. Каллиграфия не мой конёк, признаю честно, ещё долго тренироваться. Вечерами, я читаю или слушаю рассказы и лекции Соользена. Книгу запоминаю за неделю, но это только вечером получается. Утром, у меня занятия. Рукопашный бой, тренировки с оружием, полоса препятствий, растяжка, верховая езда и последнее время, танцы. Они, порой, такие же тяжелые, как и тренировки. Я же должна быть изящной, как дриада, двигаться грациозно, а попробуй пару часов постоять в реверансе на шпильках и не навернуться с них, или прыгать, как воздушные сильфиды, выделывая пируэты, а потом ещё, летящей походкой пройтись по пещере мимо всех ловушек, да с меня пот градом льётся и ноги дрожат!