Ледяные оковы истинной

4

Глава четвертая: Взгляд Дракона
После знакомства с Линой, которая без устали трещала о расписании и самых опасных предметах, Кирина совсем забыла о двух парнях у стены библиотеки. Она с головой погрузилась в водоворот школьной жизни. Первые дни были наполнены лекциями, практиками и знакомством с новыми предметами. Кирина быстро адаптировалась, впитывая знания, как губка. Её мозг, не обременённый эмоциональными переживаниями, работал с удивительной ясностью.
Однако, избежать встреч с наследным принцем драконов оказалось невозможно. Кайрон, как выяснилось, учился на том же курсе, что и Кирина, и даже посещал некоторые из тех же занятий. Их пути пересекались в коридорах, на общих лекциях по древним рунам и даже в столовой.
Первое "настоящее" впечатление о Кайроне Кирина получила на практическом занятии по элементарной магии. Задание было простым: контролировать небольшое пламя свечи, заставляя его танцевать по прихоти ученика. Студенты старательно пыхтели, морщили лбы, пытаясь подчинить себе непокорный огонёк. Кирина, по обыкновению, выполняла задание безупречно. Её пламя было послушным, оно изящно вилось, послушно следуя каждому движению её пальцев.
Но Кайрон... С ним всё было иначе. Когда подошла его очередь, он даже не приложил видимых усилий. Просто вытянул руку, и свеча на его столе вспыхнула с такой силой, что пламя вытянулось до потолка, пульсируя золотистым светом. Оно не танцевало, а скорее ревело, заполняя собой всё пространство, неконтролируемое и величественное. Огонь был настолько горячим, что воздух вокруг Кайрона задрожал, а некоторые студенты инстинктивно отпрянули.
Профессор, старый маг с седой бородой, лишь покачал головой, но в его глазах читалась не то досада, не то восхищение. «Принц Кайрон, – произнес он, – ваше пламя... несколько избыточно. Цель задания – контроль, а не демонстрация силы».
Кайрон лишь усмехнулся, его темные глаза скользнули по аудитории, задерживаясь на Кирине всего на долю секунды. Он небрежно махнул рукой, и пламя, послушное, тут же сжалось до нормальных размеров, продолжая гореть ровно и безмятежно.
В этот момент Кирина отметила для себя: этот парень обладает невероятной, почти стихийной силой. Он не просто манипулировал огнём; он был его частью, его воплощением. В нём чувствовалось что-то древнее, дикое и необузданное, что-то, что выходило за рамки обычного человеческого понимания. Он был как затаившийся хищник, который лишь притворялся частью цивилизованного мира. И хотя это наблюдение не вызвало у неё никаких эмоциональных откликов – ни страха, ни восхищения, ни даже любопытства – она признала его особенность.
Он был непохожим. Не таким, как остальные студенты, которые старались, учились, иногда ошибались. Кайрон, казалось, существовал по своим собственным правилам, подчиняя себе не только магию, но и, возможно, сам воздух вокруг себя. Для Кирины, привыкшей к логике и порядку, это было просто интересным фактом, своего рода аномалией, требующей лишь фиксации. Она не пыталась разгадать его загадку, потому что в её мире таких загадок просто не существовало. Люди были людьми, драконы – драконами, и всё это было просто частью обыденности.