Ледяные оковы истинной

44

Глава сорок четвертая: Логика Расколотого Сердца
Боль за мать, эта первая, острая, режущая эмоция, пронзила Кирину насквозь. Она не понимала, что это, но это было сильнее всего, что она когда-либо испытывала. Это был не холод, не пустота. Это было... что-то живое, тревожное.
Лириэль, стоявший перед ней с протянутой рукой, казался единственной опорой в этом внезапно пошатнувшемся мире. Его слова, его предложение, начали обретать совершенно новый смысл.
Её разум, теперь уже не такой абсолютно бесстрастный, как раньше, начал лихорадочно обдумывать предложение Эльфа.
«Выйти замуж за Лириэля…» — думала Кирина. — «Это действительно заставило бы Кайрона оставить меня в покое. Он не смог бы претендовать на меня, если я буду замужем за другим, да ещё и за членом другого правящего рода. Это было бы окончательным решением проблемы с его настойчивостью».
Она посмотрела на Лириэля. Он был добр. Он был вежлив. Он уважал её выбор. Он не пытался принуждать её. Он был логичным выбором.
«И в принципе, он мне нравится…» — эта мысль была новой, странной. Она не чувствовала той всепоглощающей страсти, о которой читали в книгах, но его присутствие было комфортным, его прикосновения – приятными, его манеры – безупречными. В нём не было той разрушительной энергии, что исходила от Кайрона.
«Все равно рано или поздно за кого-то нужно будет выходить замуж, — продолжала её мысль. — Он самый подходящий вариант. Он избавит меня от страданий, от этого безумия, что причиняет мне Кайрон. Он защитит меня».
Кирина подняла взгляд на Кайрона, который стоял, словно окаменевший, его лицо было бледным от шока и боли, услышанной правды. Она увидела его страдание, но теперь оно было омрачено новым осознанием: он был сыном того, кто причинил боль её матери. И эта боль, эта несправедливость, теперь ощущалась ею самой, хоть и опосредованно.
В её синих глазах, где только что промелькнула первая боль, застыла холодная, но решительная ясность. Она видела путь к своему спокойствию, к завершению этой бесконечной драмы, к защите от того, кто разрушил её семью.
Кайрон и Лириэль, затаив дыхание, ждали её решения. Ледяная броня сердца Кирины дала первую трещину, и через эту трещину пробивалась не любовь, а решимость, основанная на новой, болезненной логике.
Что Кирина ответит Лириэлю? И как это решение повлияет на судьбы всех троих, а также на отношения между эльфами и драконами?

Боль за мать, новая и острая, пульсировала в груди Кирины. Она подняла взгляд на Лириэля, его рука была протянута к ней, а глаза полны надежды и заботы. Рядом стоял Кайрон, бледный, его тело едва заметно дрожало от осознания того, что он, сын убийцы её матери, пытался её завоевать.
И её решение, вызванное этой новой, жгучей болью и холодной логикой, было принято.
«Да, Лириэль, — произнесла Кирина, её голос был ровным, но в нём появилась несвойственная ей до сих пор твёрдость, которая заставила Лириэля вздрогнуть. — Я согласна. Я выйду за тебя замуж».
Лириэль облегчённо выдохнул, его лицо озарилось непередаваемой радостью. Он сделал шаг к ней, чтобы взять её руку, но в этот момент произошло нечто ужасное.
Слова Кирины обрушились на Кайрона как тысячи раскалённых клинков. Согласие. Она согласилась. Не с ним, её истинной парой, а с эльфом. Сыном той, кто ненавидела его род. Сыном того, кто только что обвинил его отца в смерти её матери. Эта мысль, что она предпочла его, была для Кайрона не просто болью, это было полное уничтожение его мира, его души, его надежд.
Ревность, теперь уже смешанная с агонией и безумием, взорвалась внутри него. Он чувствовал, как его драконья сущность кричит, протестует против этого неприемлемого союза, против этого предательства. Его тело начало неконтролируемо меняться.
Глубокий, раздирающий душу рык вырвался из груди Кайрона. Его глаза загорелись яростным, безумным золотом, а затем стали пустыми, слепыми от ярости. Его тело начало раздуваться, кости хрустели с оглушительным звуком, чешуя проступала сквозь одежду, разрывая её в клочья. Мышцы разрывались и росли, его форма искажалась, превращаясь в нечто огромное и устрашающее.
«НЕТ!» — прорычал Кайрон, его голос уже исказился, становясь похожим на рычание зверя. Его руки превратились в мощные, когтистые лапы.
Это был неконтролируемый оборот, ещё более яростный и стремительный, чем предыдущий. Он не пытался его сдерживать. Его разум был полностью поглощён болью и ревностью.
Воздух вокруг него завибрировал, а земля задрожала. Мощные, кожистые крылья начали прорезаться из его спины, разрывая остатки одежды и сотрясая коридор. Глаза Кайрона, теперь полностью превратившиеся в вертикальные зрачки, пылали чистым, неконтролируемым пламенем. Он был уже не принцем, а диким, разъярённым драконом, готовым уничтожить всё на своём пути, лишь бы не допустить того, что он считал предательством.
Что произойдёт теперь, когда Кайрон полностью потерял контроль и превращается в дракона на глазах у Кирины и Лириэля? И как на это отреагируют Королева Эльфов и Верховный Дракон?