Ледяные оковы истинной

48

Глава сорок восьмая: Первый Шаг в Мир Чувств
Кирина лежала в лазарете, её синие глаза, теперь наполненные новым, неведомым ей доселе светом, медленно изучали каждого, кто был рядом. Она чувствовала. Это было ошеломляюще. Каждая эмоция, исходящая от Лириэля, Кайрона, их родителей, была словно волна, накрывающая её, но теперь она не тонула в ней, а лишь ощущала её присутствие.
От Лириэля исходили мягкие волны облегчения, нежной привязанности и глубокой заботы. Он был рядом, его рука держала её, и в его взгляде читалось неподдельное беспокойство.
От Кайрона исходили мощные, почти осязаемые волны вины, отчаяния, страха за неё. Под этим слоем она чувствовала его подавленную, но всё ещё пылающую любовь, которая теперь казалась не требовательной, а… больной.
От Королевы Эльфов Амалии Кирина улавливала сдержанную тревогу, примесь гордости за своего сына и какое-то болезненное сожаление о прошлом.
От Верховного Дракона исходила облегчение, но и глубокая усталость, а также мощная, но уже не агрессивная, а скорее защитная привязанность к своему сыну.
Кирина, впервые в жизни ощущая такую полноту восприятия, попыталась говорить. Её голос был слаб, но ясен.
«Я… я чувствую вас», — прошептала она, её взгляд скользнул от одного к другому. Она не знала, как это объяснить, но это было правдой. Она чувствовала их.
Лириэль и Кайрон, а также их родители, переглянулись. Они не знали, как реагировать.
«Что ты чувствуешь, Кирина?» — осторожно спросил Лириэль, его голос был полон надежды.
Кирина закрыла глаза, пытаясь систематизировать этот хаос. «Боль… — она нахмурилась. — Вашу боль. Мою… за маму». Это было всё, что она могла сформулировать.
Наступила тишина.
Затем Кирина медленно перевела взгляд на Кайрона. Её глаза встретились с его золотыми. И в этот момент она почувствовала его покаяние, его страх потерять её, его безграничную преданность.
«Кайрон, — произнесла она, и это было её первое сознательное обращение к нему после пробуждения. — Мне нужно понять. Почему ты так… сильно чувствуешь?»
Её вопрос был прямым, логичным, но теперь он был окрашен новым, глубоким любопытством. Она не осуждала его, она просто пыталась понять.
Кайрон вздрогнул. Он не ожидал такого вопроса. Его глаза наполнились новой, хрупкой надеждой.
«Это… это связь, Кирина, — хрипло начал он, его голос был полон волнения. — Между истинными парами. Это… это наша сущность. Мы чувствуем друг друга так глубоко, что… твоё безразличие… оно убивало меня. А теперь… твоя боль… я её чувствую. И это… это ужасно».
Кирина слушала его, обрабатывая информацию. Теперь она понимала его слова не только умом, но и сердцем. Она чувствовала его боль, и её собственное, только что пробудившееся сердце, не хотело причинять ему ещё больше страданий.
Она перевела взгляд на Лириэля. Она чувствовала его нежность, его спокойствие. Он предлагал ей мир и защиту.
Королева Эльфов и Верховный Дракон обменялись взглядами. Напряжение между ними было почти осязаемым, но сейчас их объединяла общая тревога за Кирину.
Кирина, сделав глубокий вдох, впервые почувствовала, что её выбор будет не просто логическим решением. Это будет выбор её пробуждающегося сердца.
Что Кирина скажет или сделает после этого нового осознания? И какой шаг предпримут Лириэль и Кайрон, чтобы повлиять на её решение?