Ледышка для Ивана Царина

Глава 4. Шишиги, загадки и бедный Моховик

Я очутилась в сказке.

Лес покрыт толстым белым пуховиком. Деревья обледенели и звенят веточками, словно хрустальные. С коряг свисают витые сосульки.

Я жадно вдыхаю волшебный воздух.

Каждый вдох пробуждает мою сказочную сущность в крови. Магия хлещет по венам. Мудрость и сила растекаются по жилам.

Душа просыпается от дрёмы. Интуиция на пределе. Сердце возбужденно колотится.

Как же я люблю зиму! Люблю сказку! Люблю свои древние корни!

Здесь в лесу такая свобода! Кажется, что у меня вот-вот распахнутся крылья, как у жар-птицы!

Любое дело мне по плечу!

– Для начала нужно найти Царина, – шепчу сама себе. Изо рта струится дымчатый пар, как из чайника.

Оглядываюсь вокруг, чтобы сообразить план.

– Так-так-так, – размышляю вслух. – Если Антон Кощеев заколдовал этот лес, чтобы никто не прошёл… то надо просто двигаться к центру зарослей. Рано или поздно на пути возникнут магические стражи. Они-то и подскажут дорогу.

Я зашагала по тропинке, плотнее кутаясь в пуховик. Не прошла десяти шагов, как под ногой хрустнула ветка.

Хрясь!

По земле прокатился сигнал, похожий на землетрясение. Он всколыхнул пласты снега и сбил ледышки с деревьев. Даже стая ворон испуганно разлетелась в стороны, истошно каркая.

Ещё миг – и передо мной вынырнул целый отряд шишиг!

– Стоять! – преградили они путь ветвистыми руками.

– Моя тактика сработала, – шепчу радостно.

Шишиги смотрят на меня, а я – на них.

До чего же причудливые существа! Шишиги похожи на леших, обросших ветками и мхом. Они словно живые пеньки, покрытые растрескавшейся корой. Вместо рук и ног – коряги. Вместо волос – торчащие сухие ветки. Вместо носов – крючковатые сучки.

– Не пропустим дальше, пока не отгадаешь три зимние загадки! – объявили шишиги. – А если вздумаешь проскользнуть – отхлестаем сухими ветками!

Позади шишиг выросла стена из ледяных кирпичей, а на её верхушке – частокол из острых ледяных шипов!

Стена окончательно отрезала путь в лес. Сквозь мутную толщу ничего не разглядеть.

– Я согласна на загадки, – киваю в ответ.

Шишиги зашушукались, шурша ветками.

Самая здоровенная шишига – с шишкой вместо носа – выступила вперёд.

– Первая загадка!

Искусный художник рисует красиво,

Увидишь на окнах ты сказки-картины.

Но станет теплее – они пропадут,

Как же художника люди зовут?

– Мороз! – быстро отвечаю я.

– Правильно, – кивает шишига. Ветки на её голове колышутся.

– Теперь я! Теперь я загадываю! – вперед вырвался шишиг с замерзшей паутиной на лбу. Он локтями растолкал собратьев и обратился ко мне:

– Вторая загадка!

Под крышами она сияет

И на солнышке блистает.

Зимой шустро вырастает,

А весною исчезает.

– Сосулька! – улыбаюсь я.

Ощущаю себя девочкой-снежинкой на утреннике в детском саду. Жаль, что за разгадки не дадут шоколадных конфет или пачку фломастеров.

– Третья загадка! – выступает ко мне следующая шишига. У неё в волосах-ветках дремлет снегирь! – Моя загадка самая сложная!

Вьются по низу, как змеи,

Снегом застилают ели.

В трубах воют и шумят,

К нам в окно попасть хотят!

– Метели! – говорю без запинки.

Шишиги возбужденно шепчутся, хрустя ветками и мшистыми боками:

– Какая умная девочка попалась! Все загадки отгадала!

Ко мне подбегает маленький шишигёнок и тычет веточками-руками в карманы моего пуховика:

– А ты точно сама разгадала? – пищит он. – У тебя нет шпаргалок в рукавах?

– Я Елена Премудрая. Зачем мне шпаргалки? – отвечаю спокойно.

– Елена Премудрая! – прокатывается волна шепота по шишигам. – Что ж ты раньше не сказала? Не тратили бы время на загадки.

– Проходи! – торжественно разрешает шишига со снегирём на голове.

Ледяная стена лопается трещиной и разъезжается в стороны, образуя проход.

– Благодарю, – кланяюсь шишигам.

Иду по тропинке, а потом оборачиваюсь:

– Кстати! А до меня тут проходил парень? Высокий такой. Плечистый. С растрепанными волосами и квадратным подбородком.

– Проходил-проходил, – недовольно шипят шишиги.

– Неужто все загадки разгадал? – сомневаюсь я.

– Как бы не так! Ни одной! – сообщает шишига с носом-шишкой.