Ледышки для пышки

Глава пятая. В которой роза пытается разговорить айсберги

До обеда я монотонно выписывала заметки, чувствуя, как медленно, но верно каменею от скуки. Я каждые пять минут смотрела на свои новые часики – изящные, с бриллиантовыми метками. Их тиканье сегодня звучало как насмешка, отмеряя время, которое текло, словно густой кисель.

Внутри я уже мысленно посылала проклятия всем баронам империи и их бесконечным жалобам.

Но, наконец, стрелка встала на положенное место. Обед! Я с чувством освобождения отбросила перо, с звонким стуком закрыла чернильницу и встала, сладко и демонстративно потягиваясь.

Оба дракона подняли на меня глаза. Взгляды обоих были пустыми, как у статуй. Решила действовать в лоб.

— Ну что, коллеги? — улыбнулась мужчинам. — Где тут у вас вкусно кормят? Наверняка поблизости от дворца есть множество великолепных ресторанов. К тому же нам определенно надо познакомиться поближе, ведь нам еще работать вместе…

Алерт, рыжий, медленно отложил перо. Он не встал. Просто поднял на меня золотистые глаза. В них не было ни интереса, ни раздражения, скорее задумчивость. Мысленно он явно был еще в документах, которые он только что проверял.

— Для служащих есть столовая на первом этаже западного крыла. Уровень соответствует статусу служащих.

Это было сказано так, будто он зачитывал справочник. Я мысленно фыркнула его сухому ответу.

— О, звучит многообещающе! — не сдавалась я, делая глаза ещё больше и наивнее. — Так вы составите мне компанию? Или, — кокетливо наклонила голову, — боитесь, что моё общество отобьёт аппетит?

Бриан, блондин, даже не оторвался от документа, который изучал с помощью увеличительной линзы.

Я сделала паузу, ожидая, что хоть один из них улыбнётся моей шутке или проявит хоть каплю человеческой теплоты. Тишина. Только скрип пера Бриана.

Что ж. План «А» провалился. Переходим к прямому наступлению.

— Как грустно, — вздохнула я с театральной печалью. — Сидеть втроём в такой тесной комнатке и даже не пообедать вместе. Это же не способствует… командному духу! Я настаиваю. Хотя бы один из вас должен проявить рыцарские манеры и проводить даму.

Алерт наконец встал. Правда в его взгляде не было ни капли радости по этому поводу. Скорее уж раздражающая повинность.

— Вам показать дорогу? — спросил он всё тем же безжизненным тоном. Это был не вопрос, а констатация необходимости.

— Да! — ответила я с победоносной улыбкой, хотя победа была весьма условной.

Мы вышли. Мужчина шёл в двух шагах впереди, молчаливый. Я попыталась разговорить его.

— Здесь, наверное, очень интересно работать? Такие важные дела…

— Работа есть работа.

— А вы давно вместе с Брианом… то есть, работаете в паре?

— Достаточно.

— Наверное, скучно без женского общества в офисе?

— Работа не предполагает развлечений.

Каждая моя попытка разбивалась о каменную стену его односложных ответов. Даже взгляд его был устремлён куда-то в точку перед собой, а не на меня. Вздохнула, временно решив не лезть.
Не зря мама мне часто говорила о том, что голодный мужчина - всегда злой. А тут целый дракон! Может поест и станет разговорчивее?

Столовая оказалась просторным, шумным и душным залом. Запах дешёвой пищи ударил в нос. Я не смогла сдержать лёгкой гримасы, которую Алерт, кажется, заметил краем глаза, но никак не отреагировал.

Он молча взял поднос, взял стандартный набор: суп, жаркое, компот. Я, скрепя сердце, последовала его примеру. Мы сели друг напротив друга за небольшим отдельно стоящим столиком. Он тут же принялся есть, методично и быстро, не глядя по сторонам.

— Ну как? Вкусно? — спросила я, ковыряя вилкой в своём «жарком».

— Питательно.

— Вы всегда такой… немногословный? Или это только со мной?

Он поднял на меня взгляд. В нём не было ни злости, ни усталости. Была полная, абсолютная пустота.

— Я всегда говорю по делу, Лира фон Дарнель. Сейчас дело – обед. Его цель – утолить голод, а не поддержать светскую беседу.

Меня будто облили ледяной водой. Но сдаваться я не привыкла.

— Ах, вот как! — сказала я с преувеличенной лёгкостью. — Значит, за едой вы отключаетесь? Жаль. А я то думала, может, расскажете, что за интересные бумаги у вас на столах лежат. Не то что мои скучные жалобы.

Он отложил вилку. Звук был тихий, но отчётливый.

— Вы затронули служебную информацию. Это недопустимо. Ещё одно подобное любопытство – и я буду вынужден доложить вашему отцу о вашей несосредоточенности на прямых обязанностях.

В его голосе не было угрозы. Был холодный факт. Как будто он говорил о необходимости сменить чернила.

Всё. План «Б» был уничтожен на корню. Я почувствовала, как по щекам разливается краска обиды, но сжала зубы.

— Ясно, — процедила я, вставая, так и не притронувшись к еде. — Тогда я не буду вас отвлекать от такого важного процесса, как поглощение… питательной массы. И схожу за бутербродом для вашего товарища, раз уж он так погружён в работу, что забыл о базовых потребностях.

Я повернулась и пошла к выходу, не оглядываясь. У прилавка с бутербродами я выбрала самый невзрачный, сухой кусок, едва сдерживая желание швырнуть его куда подальше.

Вернувшись в кабинет, я бросила свёрток на край стола Бриана, так, что он слегка подпрыгнул. Он лишь на секунду оторвался от бумаг, кивнул с тем же безразличием, с каким смотрят на принесённую почту, и снова углубился в чтение.

Я села за свой стол, чувствуя непривычное жжение в глазах. Не от слёз. От злости.

Хорошо. Отлично. Они хотят войны на холодном безразличии? Они её получат. Но я, Лира фон Дарнель, буду сражаться до последнего.

Я заставлю эти ледяные статуи заметить меня. Хотя бы для того, чтобы потом стереть с их лиц это вечное, надменное спокойствие!