Легенда о Двуликом

Глава 1. «Змеевик»

Пожалуй, идея заказать пинту шехерского пива была славной. Едва ли шехерцы умели делать что-то столь же искусно, как подбирать вкусы и выводить новые сорта этого прелестного напитка. Иви смаковала сладкий привкус ирисок, проводя языком по пухлой верхней губе. Она не отводила глаз от открытого окна, возле которого расположилась, чтобы не прозевать встречу. Ей нравилось, что в «Садоке» не царил балаган, присущий большинству таверн по вечерам. Светлое одноэтажное здание вмещало всего порядка пяти столиков и массивную барную стойку – зал не был рассчитан на ораву. Она успела позавидовать бармену. Парнишке и не снились её адские смены в «Бродячем Паки». Злачное местечко, начиная от дурацкого названия в честь Паки – эдаких упырей, порождённых ведьмами, которые проводили обряды на горячительных напитках. Если уж до конца верить фольклору, то Паки давно сгинули, убивая друг дружку за бутылку, хотя Иви могла бы приписать к рядам маленьких пьяниц добрую половину Гринбира.

Жёлтый свет играл на её тёмно-коричневой коже. Откинувшись на спинку стула, девушка взъерошила коротко подстриженные чёрные волосы. Становилось душно. И скучно. Ожидание затягивалось, и она искренне надеялась избежать участи проторчать здесь всю ночь.

– А давайте про «Пышную дамскую юбку»? – воскликнул с соседнего стола работяга противным пьяным голосом.

Не давайте.

Иви закатила глаза. Если ей опять придётся слушать эту похабную песенку, то даже изумительное пиво из ирисок не заставит её задержаться.

– Не петь про юбки надо, а заглядывать под них! – взревел его сосед, стукнув по столу своей кружкой и расплескав пиво по всей деревянной поверхности.

– Чья юбка с твоей-то рожей поднимется! – А что же юбка твоей жёнушки?

– Ещё хоть слово про мою Лэйси, и я вырву твой гнилой язычок!

Как очаровательно. Иви уже порывалась обернуться и насладиться зрелищем назревающей драки, как вдруг за окном что-то изменилось. Будто ветер едва уловимо завыл, и его гул прокатился по дороге, сопровождая крадущуюся звериную тень. Иви осушила пинту одним большим глотком и подхватила сумку. Находу выудила из кармана туники несколько монет, бросив их на стойку улыбающемуся миловидному бармену. Она слегка пригладила взбившуюся причёску и вышла из таверны, обходя её полукругом, чтобы незаметно завернуть за угол, где её уже ждали. Невзирая на то, что улица пустовала, Иви всё же осмотрелась по сторонам, прежде чем неспешно пройти дальше.

Полнолуние освещало силуэт обнажённой девушки, поднимавшейся с колен. Густые тёмно-рыжие волосы закрывали почти всю её спину, как накидка. Она совсем не ёжилась от холода. Лишь медленно повернула голову через плечо, взглянув на Иви своими большими янтарно-карими глазами. Даже в человеческом обличии в её внешности оставалось что-то хищное. Вздёрнутый нос с россыпью редких бледных веснушек так и стремился задраться наверх, а маленький рот с не выделяющимися на лице угловатыми губами изогнулся в кривой ухмылке.

– У тебя вся губа в пене.

Фыркнув, Иви утёрла рот рукавом и расстегнула сумку. Она достала из неё свёрнутые плотные коричневые штаны и изумрудную тунику.

– Не хочешь пойти на встречу прямо так? – вскинула она бровь. – Я уверена, наш будущий проводник оценит такой подход к делу, а, Элис?

– Заткнись. – Девушка быстро оделась, и Иви бросила ей под ноги кожаные полусапожки. Пускай её подруга и предпочитает ходить босиком, сейчас им не до прихотей.

– Как думаешь, Яков сильно обидится, что с тобой пошла я, а не он?

– Думаю он простит тебя, если ты оплатишь ему завтрак в «Золотом Гусе».

– За вас обоих очень не выгодно платить. – В тебе говорит твоя схиадская жадность?

Иви прищурилась, подавая ей ленту в цвет туники. Элис собрала волосы в низкий хвост, как делала это всегда. Её вообще редко можно было увидеть с распущенными волосами. Иви со своей кривой стрижкой под мальчика могла не волноваться о таких вещах, как причёска, – и радовалась этому всякий раз, когда урывала несколько минут сна перед подъёмом на смену.

– Идём, – Элис кивнула вперёд, закончив приводить себя в надлежащий вид.

Девушки выдвинулись по той же дороге, и Иви достала карманные часы, сверяясь со временем. Выйдя на освещённую фонарями узкую улочку, первые два квартала они шли в умиротворённой тишине, слушая лишь собственные шаги по мостовой. Это не продлилось долго. Несмотря на то, что за глаза Гринбир называли провинциальным городком, каждый, кто был здесь хоть раз, назовёт его скорее бедламом, чем местом, где можно культурно отдохнуть. До простых людей доходила мода столицы, но местные работяги, в попытке выделиться, не до конца понимали её концепцию, чем превращали город в столицу полной безвкусицы. На рынках продавали штаны и рубахи, сотканные из лоскутков разных тканей, ремни усеивали фальшивыми драгоценными камнями, а перья на шляпах окрашивали в кислотные пёстрые цвета. Чего только стоили башмаки с загнутыми мысами! Иви как-то прихватила себе парочку, на что её молодой человек тактично промолчал. В отличие от Якова, который потом всю неделю откровенно насмехался над ней. Так и хотелось дать ему под зад этим острым кончиком.

Перебравшись в Гринбир из Схиада, где люди только и делали, что пахали на полях как проклятые, Иви поражалась количеству разноплановых заведений. То тут, то там обязательно будет очередной бар, таверна или лавка с безделушками. Сейчас на самом пике продаж были новомодные жемчужные броши и пахучие мыла. Если с первым всё и так понятно, то лично Иви куда больше интересовали самодельные мыла разных форм, с добавлением специй, масел и даже шоколада. В основном запахи получались удачными и довольно пленительными, но бывали среди них и убийственные экземпляры, от которых и до обморока недалеко. За три года, что Иви прожила в Гринбире, она повидала многое, но никогда не жалела о своём переезде из Схиада. Она и пожить по- человечески не успела за семнадцать проведённых в нём лет, поэтому попытала счастье здесь и таки урвала своё. Судьба подарила ей любовь и друзей, а скоро подарит и деньги, чтобы жить так, как пока ей доводилось лишь мечтать. Не работая в навозной яме «Бродячей Паки» и не живя в спичечном коробке в здании той же таверны.