Легенда о Двуликом

Глава 5. Пепел, дым и яркие краски.

– Святая Эльке, – пробормотала Иви, выглядывая из- за угла их укрытия. – Если у нас не...

– Всё получится. – Элис обвела скопившуюся на площади толпу медленным взглядом. Если охрана губернатора заметит неладное, им придётся потратить время, чтобы пробиться через зрителей. – Ник на месте?

– Да, – отозвалась Сейди за её спиной.

Яков шагнул ближе к Элис. Его дыхание коснулось её затылка.

– Ты точно уверена, что Йох не разыграл тебя? – шепнул он.

– Уверена. Иначе нас бы тут не было.

– Предупреждаю сразу, – резко сказала Иви. – Если этот смертник окажется не тем, кто нам нужен, и мы рискуем шкурами из-за обычного преступника, я прикончу его, а затем выпотрошу Йоха прямо на кухне «Золотого Гуся».

Если дело выгорит, Элис с удовольствием предоставит ей такую возможность. Однако, как бы заманчиво не выглядел отрубленный язык Джерарда на разделочной доске, Элис надеется, что старый сплетник ничего не напутал. Она неотрывно наблюдала за шумной толпой перед эшафотом. За людьми, которые заворожено ждали чужой казни. В сгустившемся воздухе Элис ощущала исходящее от них острое возбуждение на грани безумия. Площадь полнилась настоящими дикарями. Им не хватало только вил и горящих факелов в руках. Среди них присутствовали даже дети. Дети!

Неужели у них не было выбора? Неужели у самого истока своего взросления они должны смиренно смотреть на смерть? Будучи ребёнком, Элис играла с другими детьми, окружённая вниманием старших братьев и родителей. Она забиралась на спину к отцу и зарывалась пальцами в густую чёрную волчью шерсть, пока он катал её по лесу. Искренний восторг в ней вызывало только ожидание своего десятилетия. Первое обращение, знакомство со второй ипостасью. То лёгкое покалывание, будто разряды электричества в пальцах рук и ног. Вспоминая своё детство, Элис всматривалась в совсем юные лица, которые не сводили глаз с эшафота. Понимали ли они, что должно случиться, или же для них это было игрой?

Все окружающие площадь дома опустели. Из некоторых окон торчали пришитые к спицам Аргонианские флаги. Пурпурно-чёрные, с изображением Королевской короны, ободок которой обвивает змея, как символ мудрости правящей династии, – и держит в зубах цветок незабудки. Зрители продолжали собираться на площади. Элис и троица её друзей стояли поодаль от чужих взглядов. Они скрывались за углом небольшой продуктовой лавки, хозяин которой ещё четверть часа назад присоединился к толпе. Люди объединялись во имя акта справедливости.

Её друзья тихо перешёптывались между собой. Иви смотрела на эшафот и прикусывала ноготь большого пальца. Элис понимала причину её волнения. Её и саму внутренне подмывало, но она демонстрировала непоколебимую уверенность в их плане. Уверенность в себе. Казалось, что свободная жизнь начинается только сейчас, и это был её первый действительно серьёзный поступок. Вернее, пока он был лишь впереди.

Сейди теребила переброшенный через руку мешковатый чернильный плащ, который Яков заботливо украл для неё с рынка. Вместе с плащом он принёс себе, Элис и Иви по маске, чтобы скрыть нижнюю часть лица. Чёрный поясок удушливой ткани болтался у Элис на шее. При обсуждении плана не заходило речи о масках, но Яков прогулялся по рынку один, и некому было придержать его ловкие ручонки.

Солнце неумолимо начинало клониться к закату. Раскалённый диск медленно опускался к горизонту, окрашивая небо в оранжево-жёлтые цвета. Должно быть, вид с обрыва в эту минуту открывался потрясающий. Не верится, что люди могли совершать казнь, стоя под таким красивым небом и совершенно не замечая его красок. Элис почти залюбовалась им, когда Иви настойчиво потрепала её за плечо и кивнула вперёд.

На эшафот поднималась рослая фигура палача в плотной бордовой маске с маленькими прорезями для глаз. За ним следовали двое мрачных охранников, сопровождающих на эшафот высокого связанного мужчину. Его лицо скрывал наброшенный на голову мешок. Коричневые штаны все заляпаны пятнами грязи, а штанина на правой ноге оборвана под коленом. Серая засаленная рубаха некогда белого цвета висела на подтянутой фигуре. Растрёпанная шнуровка на груди обнажала линию ключиц и небольшой участок кожи под ними.

Босые ступни заключённого шагали по деревянному помосту, пока его выводили в центр. Его походка была лёгкой и небрежной, словно он обычный прогуливающийся турист, а не приговорённый, бредущий на собственную казнь. Охранники едва доставали ему до подбородка. Ростом не менее шести и четырёх футов, он чем-то напоминал Николаса. Тот был таким же высоким, но более массивным и шире в плечах. Элис убедилась в схожести их роста, когда палач приблизился к заключённому и рывком сдёрнул мешок.

Молодой человек тут же прищурился хлынувшему свету, а затем вскинул тёмные брови, окинув взглядом собравшуюся толпу. Волосы цвета угля растрепались на макушке, но даже выглядя, как оборванец, и стоя на эшафоте со связанными за спиной руками, он смотрел на толпу так, словно собирался выступать перед ними с песней. Разве что мешал кляп.

Охранники неспешно удалились с помоста. Люди стали расталкивать и пихать друг друга, оттесняя близ стоящих, чтобы пробиться в первые ряды. В противоположной стороне площади, восседая на балкончике, заключённого сверлил глазами губернатор. Милан Леусен был одет по последней моде в костюм из традиционного пурпурного бархата, расшитого на груди и плечах драгоценными камнями рубина и цитрина, а парик цвета жидкого серебра украшала эгретка с пучком перьев. Он сморщил свой длинный крючковатый нос, подставляя под свет зашлифованное мерцающей пудрой лицо. Толпа притихла, когда губернатор медленно поднялся, возвышаясь над ними подобно разукрашенной статуе.

– Кейдан Блейд Хаммонд Да’Льмар! – громко провозгласил губернатор. – Заключённый. Демон в теле человека. Приговорён к смертной казни за использование тёмной магии и хранение запрещённых артефактов, насылающих болезни и гибель! – изрёк он в толпу. Милан взмахнул рукой, указав на осуждённого. – Бывший гвардеец, поступивший на Королевскую службу, он обвинён в предательстве всего человеческого рода! Кейдан Блейд Хаммонд Да’Льмар осуждён по всей строгости закона за все отвратительные действия против природы и естественного порядка!