Легенда о Двуликом

Глава 18. Капитан Тули.

Как следует отжав воду с носков, Иви шлёпнула их рядом с разложенными на крыше рубашками. Было удобно, что жители Плавающей деревни построили своим домам скатные крыши, на которые можно легко залезть и высушить вещи. Как и обещал Чак, днём уже светило солнце, и ночная прохлада исчезла вместе с дождем.

Сейди вызвалась проследить за приготовлением пищи, пока Николас и Яков отправились вслед за Чаком к судну, чтобы оценить его пригодность.

Зевнув, Иви вытянула ноги и хрустнула пальцами. Луч солнца подсветил её смуглую кожу, схиадка прищурилась и искоса взглянула на сидящих рядом Элис и Кейда. Элис всё ещё чувствовала неловкость за несвоевременный сон на плече бывшего гвардейца, и с самого начала дня старалась поменьше смотреть в его сторону.

— Надеюсь, что судном Чака окажется не гнилая посудина, — пробормотала Иви. — Иначе я не знаю, как мы переплывем реку и доставим на берег мустангов.

— Он служил на корабле, — сказал Кейд. — Чак может нелестно отзываться о занимаемом посту, но его гвардейская гордость не позволит ему выходить в плавание на дырявой плотине.

— Обнадёживает, — хмыкнула Иви, вновь широко зевнув. Она придвинула колени к груди и спрятала в них лицо. — Ну и ночка. Мне этот гром почти до самого утра спать не давал. Я думала, что крыша вот-вот обвалится прямо нам на головы.

— Нужно было просто лечь раньше, — прикинул Кейд. — Много времени потратили на болтовню.

Иви резко посмотрела на него.

— Нет уж, — сказала она. — Ничего не имею против болтовни. К тому же, ваш вчерашний разговор было довольно приятно слушать.

— Отчего же ты тогда в нём не поучаствовала? — поинтересовался Кейд.

Криво улыбнувшись, Иви поджала пухлые губы и отвернулась.

— У нас с Ником изначально было кое-что общее, — протянула она. — Нам обоим не повезло с семьями. Моей матери было около шестнадцати, когда она родила меня от пятидесятилетнего полевого надзирателя, который над ней надругался. Думаю, вы и сами понимаете, что я далеко не плод любви, — поведала им Иви. Нахмуривались, она опустила взгляд на свои ноги. — Не буду лукавить. Мне жаль девушку, которая меня родила. Возможно, в детстве, когда это ещё имело смысл, я её и любила, но, оглядываясь назад, понимаю, что она бы никогда не смогла ответить мне взаимностью. Ник стал первым человеком, который меня полюбил. Как и я — его.

Элис трогала горячая искренность в голосе подруги. Она знала, что Иви и Николас никогда друг друга не оставят. Они доказывали, как люди умеют любить, принимать и доверять.

— Вы с Ником давно знакомы? — осведомился Кейд.

— Три года как он всегда рядом.

— Он не сильно разговорчивый, — заметил бывший гвардеец. Это ещё мягко сказано.

Иви фыркнула.

— Не суди его за это, колдун. Ник пережил очень много отвратительных вещей. И всё-таки он добряк, но большинство его не понимают. У него свой особенный язык — поступки, поэтому он не болтает.

— Даже с тобой?

— Я привыкла к тому, какой он. Знаете, ведь именно он и научил меня зреть в корень и видеть дальше слов. Я никогда не потребую от него меняться.

— Вы молодцы, — сказал Кейд. — На самом деле здорово, что вы нашли друг друга. Это дорогого стоит.

Иви тихо усмехнулась.

— Когда мы встретились, я не могла предложить ему ничего, кроме побега, и он пошел за мной, хотя совершенно меня не знал. Мне пришлось довериться ему в ответ. Лучшее решение, которое я принимала. — Вздохнув, Иви привстала на корточки. — Спущусь вниз. Хочу убедиться, что мы сегодня наконец пообедаем.

Элис показалось, что Кейд на мгновение перестал дышать. Она почувствовала легкое смятение, перерастающее в желание уйти следом за Иви , но это наверняка будет выглядеть глупо. Словно она хочет убежать. Потому что сейчас, в обращенном на неё взгляде Кейда, сквозила отстраненность. Он напустил на себя бесстрастный вид, однако при этом выглядел тоскующим.

Кейд посмотрел перед собой, блаженно прикрыв глаза. Она наблюдала, как он наслаждается солнцем, и как теплые лучи переливаются на его бледном лице. Элис наблюдала за ним, пытаясь понять, что же изменилось, но так ничего и не увидела.

— В чём дело, красавица? — вдруг поинтересовался он, моргнув одним глазом. — Выглядишь уставшей.

Элис выдохнула с неожиданным облегчением.

— ...да, — тихо, очень тихо отозвалась она.

Устала.

Она просто немного устала. В этом и дело.

***

Когда Чак и запропастившиеся с ним Ник и Яков наконец вернулись, остальным было впору идти и разыскивать их по всей деревне. Собравшись, они вывели отдохнувших жеребцов из сарая, позволив им немного порезвиться перед плаванием.

Атаман и Спарки щипали траву, в то время как Кавалер вовсю пытался удрать от своего всадника, вынуждая Кейда бегать за ним вдоль и поперек улицы. Остановившись возле большой лужи, Кавалер топнул копытами, и брызги грязной воды беспорядочно окатили Кейда. Особенно прыткие капли попали точно в глаза взбешенному бывшему гвардейцу.

— Скотина, — проворчал он, вытирая лицо чистой стороной рукава.

Позади раздался заливистый скрипучий смех. Чак запирал дверь, держа в руке длинную отесанную палку со свой рост.

— Своенравный. — Старик мимолетно взглянул на жеребца и жестом поманил команду в путь. — Но это нестрашно. Главное, чтоб надежный был. Плохой конь — как дырявый корабль. Вы когда-нибудь ходили в море на дырявом корабле?

Чак рассекал палкой высокую густую траву, делая тропу свободнее. Неудивительно, что с такими дождями она разрастается подобно кустарникам. Они прошли через лесополосу, не встретив ни одного местного жителя. Элис заметила пару-тройку женщин, развешивающих мокрое белье. Выглядели они не слишком доброжелательно, и не здоровались даже с мистером Тули.