Легенда о Ельякше. Книга 1 - Закат над астраханью

Закат над Астраханью

ЛЕГЕНДА О ЕЛЬЯКШЕ

Книга I. Закат над Астраханью

Глава 1. Последний выбор Дервиша-Али

Астраханский дворец. Закат над Волгой.

Величественный ханский дворец возвышался над низкими глинобитными домами Астрахани, словно жемчужина в оправе из песка. Его стены, выложенные плиткой в узоре «ислими» – бесконечных переплетающихся ветвей – выглядели на закате мистически манящими. Орнамент ислими прославляет красоту земли, напоминает о райских садах, выражает идею символического духовного роста. Владельцу дворца этот узор виделся, как райский сад, в котором он проводил жизнь. Это еще более возвеличивало хана в собственных глазах и давало представление о себе, как о самом главном человеке на Земле.

Бирюзовые купола дворца, украшенные золотыми полумесяцами, пылали в последних лучах заходящего Солнца. Высокие минареты, увитые резными арабесками, состоящими из причудливого переплетения линий, завитков, растительных побегов и стилизованных цветов, бросали длинные тени во внутренний двор, где журчали фонтаны с розовой водой.

Сквозь ажурные оконные решетки панджара в покои проникал мягкий свет, играя бликами на персидских коврах и золоченых стенах, покрытых арабской вязью. Поскольку никаких стекол в окнах не было, решетки исполняли роль форточек, то есть, попросту говоря, решетки служили для проветривания помещений.

Этот дворец был последним отблеском былой славы Золотой Орды. Его стены, напоминали о временах, когда Астрахань была богатым торговым узлом. Сюда съезжались караваны из разных стран. Иноземные купцы привозили меха, выделанную кожу животных, древесину, оружие и рабов, а увозили благовония, пряности, соль и, конечно же, осетров и осетровую икру.

Залы дворца, пропитанные густым ароматом восточных благовоний – амбры, розовой воды – и сафьяновой кожи создавали атмосферу уюта и комфорта.

Внутри, в прохладной тени ханских покоев, воздух был пропитан ароматами сандала и сушеных лепестков граната, что успокаивало метущиеся мысли хана. Легкие шелковые занавеси с золотой вышивкой колыхались от ветерка, доносившегося с Волги. На персидских коврах, столь мягких, что в них тонула нога, лежали груды шелковых подушек, расшитых серебряными и золотыми нитями.

Здесь, внутри прохладной обители, в своих покоях на ложе из черного дерева, инкрустированного перламутром, на шелковых подушках возлежал Дервиш-Али – последний хан Астрахани. Он был уже не молод, можно даже сказать – стар, умудрен опытом политических и военных баталий.

Где-то в другом крыле дворца слышался смех жен его гарема – их голоса, как ручьи, еще более, чем запахи, успокаивали тревожный ум хана. Но сегодня даже этот смех не мог заглушить шелест рокового пергамента в его руках.

Перед ним на серебряном подносе дымился ароматный кофе с кардамоном, а на красивом блюде тонкого китайского фарфора лежала свежеиспеченная пахлава, но хан не притрагивался ни к напитку, ни к еде.

Его смуглые пальцы нервно перебирали янтарные четки. А темные глаза, подернутые дымкой тревоги, то и дело скользили по низкому столику из черного дерева, на котором лежала московская грамота с печатью цвета запекшейся крови.

Это был ультиматум из Москвы:

- Признай власть Белого Царя, разорви союз с Крымом... или Астрахань падет.

Губы хана дрогнули и искривились в горькой усмешке. Всего год назад он сам просил у московского царя Ивана помощи против своего врага – легитимного хана Ямгурчи. Царь тогда помог войсками и деньгами. Дервиш-Али одержал победу, изгнав предыдущего хана Астрахани.

Однако едва окрепнув, Дервиш-Али тайно поклялся в верности крымскому хану Девлет-Гирею. Теперь он был всего лишь вассалом, марионеткой в руках далекого северного правителя. Теперь за эту измену придется платить. Теперь все достанется русским.

Ханский гарем

В глубине дворца за массивными дверьми из черного дерева, среди ароматных клумб роз и жасмина, существовал особый мир – гарем, в котором жили сорок две женщины разного возраста и статуса, каждая из которых была драгоценным цветком в саду Дервиша-Али.

Среди всех выделялись четыре знатные царицы, словно четыре луны среди звезд.

Тевкель-бике – старшая жена и царица, дочь могущественного ногайского мурзы Кель-Махамета – высокая, статная и властная, с лицом, словно высеченным из слоновой кости. Ее черные косы, перевитые золотыми нитями, приходили в движение при каждом шаге. Ее высокий парчовый тюрбан, усыпанный бирюзой и рубинами, свидетельствовал о высоком статусе. Выражение лица было строгим, как утренний ветер над степью, в глазах таилась мудрость.

Ханзада, дочь дагестанского правителя Крым-Шевкала – высокая, гордая, с пронзительным взглядом темных, как ночь над Каспием, глаз цвета густого тминового меда. Ее волосы рыжеватые, как медь, были увязаны в тяжелый пучок на затылке. Орлиный профиль и тяжелое золотое ожерелье на лебединой шее выдавали в ней гордую дочь Кавказа. Она носила платья из алой парчи, расшитые золотыми нитями, а ее голос звучал, как журчание горного ручья. Ханзада была молчалива и загадочна. Ее руки украшены тончайшими узорами хны. Глаза с длинными ресницами, будто подведенными сурьмой, и румянец на щеках говорили о хорошем здоровье.