Легенда о короле Артуре. Альтернативная версия.

Глава 31

«Мелеагант, я не писал тебе уже два дня, но на то была не моя вина! впрочем, обо всём я должен рассказать тебе по порядку. Мерлин настаивал на том, чтобы Артур закрепил свой успех перед народом и придумал раздать голодающим хлеб. Сам Артур не хотел в это влезать, но Мерлин…ты знаешь этого проклятого друида, он умеет говорить убедительно и сказал, что король должен быть со своим народом, должен присутствовать на раздаче. Это были…тяжелые дни переговоров. Артур раза два или три пытался все бросить и отказаться от раздачи, все порывался на охоту, но Мерлин! К слову, его и Моргана поддержала.  

Я взял на себя смелость… помню, как ты говорил, что шаг Артура к успеху, твой шаг к поражению, и да, я каюсь в том, что проявил своеволие и не посоветовался, у меня не было времени решать!  

Я взял у Морганы одно из зелий, что приготовила моя целительница, а ныне просто твоя Лилиан. Одно из них вызывает симптомы отравления, помнишь? Должен признать, что Моргана не была рада моему плану, но я…мне пришлось настоять. Она сдалась и отдала. А дальше — я подкупил одного из пекарей… не стану утомлять, скажу лишь, что вся порция хлебов, что должна была быть выдана, оказалась испорчена.  

О, какой стоял плач! Какой стоял крик и ругань! Мерлин в ярости, Артур растерян, Моргана молчит… не выдаст, конечно, но и не поддерживает моей деятельности. Толпа считает, что это заговор против короля, против народа, требует кого-то казнить (вопрос лишь — кого? ). пекарей едва-едва не порвали в клочья, они забаррикадировались, но на утро разбежались. Артур пообещал разобраться, но у него опускаются руки, он совершенно (подчеркиваю тебе — совершенно) — не способен справляться с ситуацией!  

Должен заметить, что мне жаль голодающих. Они были обмануты, но Бог простит мне это, я знаю. Жаль видеть их…такими слабыми, обессиленными. Некоторые провинции начали помогать голодающим, но этого мало — через Тракт не проходит где-то и половины грузов, разбойники и наемники разошлись во всю свою волю.  

Королева еще! Эта королева! Бледная, потерянная, одинокая…она шатается как тень по замку, ненужная никому. Двор ее кусает и царапает словами, но, что делать? Благо, с нею Лея. А королева плачет…все время плачет…  

Твой друг граф Уриен Мори»  

«Я признаюсь, что стал уже беспокоиться за время отсутствия твоих писем и известий. Однако то, о чем ты мне написал, меня воскресило! Мерлин, конечно, плут, и в этом…нет, позже!  

То, что ты сориентировался и так умело (! ) — говорит моей совести о том, что я мог случайно испортить твой дух. Нет, ты все сделал правильно, и я ценю твою преданность, находчивость и дружбу, но посмотри за своею дорогой. Я давно продал свою душу, но ты, кажется, собрался продать ее тоже. Я беспокоюсь об этом!  

А вот Моргана меня беспокоит! То, что она неохотно сотрудничает с тобой говорит о многом. Я не виню ее — она стала бояться меня, моего прихода, ведь она носит наследника престола, и имеет свои опасения. Но она связалась со мною, она обещала мне кое-что получить, и если она посмеет уйти от своих же слов… Уриен, я знаю, как ты дорожишь ею, но даже ради тебя я не стану жалеть этой феи.  

Расскажи мне, как Лея? Ты присмотри за нею, она молода и красива, не обидел бы кто. Не оставь своей заботой.  

По поводу голодающих… я придумал. Я отправлю свои обозы по Тракту. Встреть их на границе с Камелотом. Хлебов, что я доставлю, хватит. Но каждая собака должна знать, что это хлеба Мелеаганта, из земли де Горр. Обеспечь и это.  

Еще одно — тот пекарь, которого ты подкупил должен молчать. Надеюсь, ты понимаешь об этом.  

Что до королевы… у нее есть муж. Пусть он займется ее утешением.  

Мелеагант»  

«За свою душу я не боюсь. Поздно опасаться. Я буду худшим предателем, если отрекусь от своей дружбы. Я могу не одобрять твоих действий, но против идти не стану — поддержу. Я приглядываю за Морганой, как могу, но она стала больше общаться с Мерлином и Николасом. Даже Ланселот теперь несколько в стороне…  

Лея в порядке. Она все время с Гвиневрой. Помогает ей, прикрывает. Обозы твои встречу, но Тракт… ох, ладно, я придумаю, как обезопасить хлеба.  

К слову! Чуть не забыл самое важное! Артур решает (с подачи Морганы), казнить ли тех, кого захватил на Тракте. Как будто это они виноваты. Народ требует крови и жертвы, а Моргана убеждает всех, что казнь поможет.  

Тот пекарь… Мелеагант, я профессионал.  

Твой друг граф Уриен Мори»  

***  

–Нет, Моргана! — Гавейн потерял всяческое терпение и не мог уже усидеть на месте. Он принялся ходить по зале взад-вперед и даже не замечал, что в порывах ярости своей уже расстегнул свой воротник и изрядно истрепал его. — Нет! При всем уважении! Нельзя казнить невиновных людей…  

–Невиновных? — взвилась фея и дернула плечом, от чего ее темно-синее шелковое платье скользнуло по бледной коже, под взглядом Артура, — невиновных?!  

–Прекратите, давайте разберемся по порядку! — попытался воззвать к порядку Мерлин, безуспешно стуча по столу ладонью, что еще сильнее раздражало всех близко сидящих.  

–А у меня веночек! — Кей, сидящий рядом с Артуром тыкал переплетенными веточками и травинками в руку короля, призывая на себя его внимание, но это тоже раздражало и больше, чем обычно.  

–Кей, успокойся! — рявкнул Гавейн, проходя мимо, увидев же, что глаза юродивого наполняются слезами, он сдался и вздохнул, — ну ничего-ничего. Хороший веночек, правда.  

–Я подарю его Гвиневре! — возликовал юродивый и тут же надел на голову жуткое сооружение. Гавейн едва удержался от того, чтобы не сорвать жуткие веточки с головы полубезумного молочного брата короля. Лицо же короля, будто бы омрачилось еще сильнее. Он был и так очень