Легенда о короле Артуре. Альтернативная версия.

Глава 47

-Еще раз, — Мелеагант понадеялся на то, что все-таки спятил, — чего он хочет? Прочти-ка.

Уриен, с абсолютно мрачным и зловещим видом, в третий раз развернул полученное письмо, и, выдерживая паузы и театральные эффекты, прочел с выражением:

-Принц Мелеагант, наш союз начался с ошибки…

-Я надеюсь, что он про себя, — не выдержал Мелеагант, но Уриен никак не отреагировал и продолжил читать дальше, ничуть не смущенный реакцией друга.

-Однако я даю вам шанс все исправить…

-Ох, ты, благодетель! — снова вклинился взбешенный, а потому предельно спокойный Мелеагант только взгляд выдавал его истинные чувства и Лилиан понимала, что лучше бы этим чувствам остаться где-то внутри, не то — всему, что встанет на пути, придется с этого же пути исчезнуть навсегда.

-И приглашаю вас явиться на королевский прием в Камелот, который состоится через неделю. В случае неповиновения моей воле, вы объявите себя моим личным врагом, и всякая надежда на создание нового союза будет для вас потеряна. Его величество, король Камелота — Артур Пендрагон, — закончил с приступом драматизма граф Мори и расхохотался, складывая письмо. Мелеагант поддержал его веселье. Лилиан воздержалась. Она понимала, что Мелеагант явно не позволит себе стерпеть такой выходки Артура, но ей было интересно другое: если Артур такое написал, то…как? Кто ему позволил? Моргана, допустим, женщина бедная, находящаяся сейчас в не самой лучшей форме, но неужели у Артура нет нормальных и разумных советников? Куда они все смотрят? Почему допустили такое издевательство над принцем? Над принцем, который, на минуточку, только в этом месяце дважды отправлял караваны с зерном и хлебом на выручку люду, и люд, кстати, его за это полюбил еще сильнее. С Мелеагантом поступили так, как не поступают и с меньшими благородными домами и даже с простыми крестьянами. Как Артур думает налаживать отношения, если с самого начала он смеет задавать принцу такой тон?! И, какого же, позвольте, черта, Пендрагон думает получить в ответ? Заискивающее: «о да, мы явимся»? так это Мелеагант — правитель таких земель, где заискивающий тон вырван из составляющей души на много поколений вперед.

-Нет, Лилиан, он ждет гнева, — Мелеагант, оказывается, уже почти минуту смотрел на Лилиан, изучая ее реакцию. — Он ждет того, что я сорвусь, напишу ему, кто он и что ему следует сделать со своими подачками-приглашениями! И, не стану скрывать, друзья, что для меня эта идея кажется очень соблазнительной…

-Но? — спросил напрямик Уриен. — У тебя всегда есть какое-то «но». Я бы рассказал вам все о себе, «но». Вы мне дороги, «но…». Так какое «но» ты приготовил нам на этот раз?

-Уриен, мне не нравится то, что ты портишься, — Мелеагант погрозил ему пальцем, полушутливо-полусерьезно. — Что можно сделать? Отказаться я не могу — сорвусь, не ровен час, а ругаться с каждым ублюдком — это как же надо себя не любить?

-Так, неужели поедешь? — Лилиан испугалась, — Мелеагант, это на тебя не похоже.

-Нет, поехать я тоже не могу, — весело улыбнулся ей принц. — Это не в моем стиле — терпеть такие оскорбления.

-Не ответишь? — предположил Уриен, который понял, что все равно не угадает реакции Мелеаганта, но он честно пытается — уже за это надо дать ему поощрение…

-Отвечу, — Мелеагант переводил взгляд с одного на другого, радуясь их непониманию, как ребенок, — ну вы что? Все же просто!

-Мелеагант, я не знаю, из какого мира выбросили тебя, — устало ответил Уриен, поняв, что поощрение он должен налить себе сам, — но в нашей компании с Лилиан, это совсем не просто. Пожалуйста, просто скажи…

-Ну, хорошо, — сдался Мелеагант, которого так и подмывало поскорее получить реакцию на свои действия. — Уриен, нет…лучше пей. Лилиан, радость моя, запиши за мною. В точности, как я прошу запиши…

***

Кей вбежал в зал заседаний с таким восторгом и таким топотом, что становилось понятно — этот юродивый всерьез радуется тому, что Артур его, кажется, простил. Но Моргана, сидевшая с самым мрачным видом по правую руку от Артура, понимала, что Артур не только не простит… он еще и отомстит. Она поняла — неожиданно легко и интуитивно, что Артуру очень понравилось управлять, он вошел во вкус, чувствуя, как легко проворачивать человеческие души в руках своих, каково это — держать жизнь и ловить на себе восхищенно-пугливый взгляд, видеть, как пресмыкаются, как льстят… лишь бы не было гнева его, лишь бы не было…

Так пресмыкаются перед богом и перед королем. Артуру это чертовски нравилось, хоть он и не осознал этого в полной мере, это осознала Моргана. Она уже видела Утера, она приходила к нему во снах, терзала — по мелочи уже, но терзала. Она наблюдала за ним, прячась под личинами служанок и кухарок, однажды даже еле-еле вывернулась из слишком жарких объятий Утера, которому в лике Морганы привиделась сама герцогиня Корнуэл. Моргана бежала из Камелота снова. Ланселот не сразу нашел ее, но когда нашел, страшно и смешно ругался, грозился утопить, если она выкинет нечто подобное вновь…

Но суть не менялась. Моргана видела Утера и сейчас без труда узнавала его возникающие черты в Артуре.

-Письмо! — Кей так яростно рванулся с письмом в руках, что запнулся о собственную ногу и растянулся у ног Гавейна. Тот бросился его поднимать, торопливо, судорожно и как-то стыдливо.

-Растяпа! — гаркнул Артур и Кей затрясся. Гавейн протянул королю письмо, скрепленное печатью Мелеаганта, и Артур демонстративно небрежно взял его, повертел в руках…

-Надо вскрыть, — подсказала едкая Моргана. Она не выносила Кея и косвенно винила его про себя в том, что внутри нее теперь странная безжизненная пустота, но все же ей было немножко жаль юродивого, который сидел на скамье и сосал большой палец.

-Конечно, — Артур ласково улыбнулся ей, протянул письмо, расчетливо вкладывая прямо в ладонь, — прочти, пожалуйста, нам, Моргана.

Моргана хотела бы прокомментировать, что королю неплохо бы не доверять чтение письма от Мелеаганта вслух при всех ей, но ей было интересно, что он написал и она, избежав конфликта, торопливо разодрала конверт длинными ногтями, сломала печать и прочла: