Легенда о короле Артуре. Альтернативная версия.

Глава 51

-Нет, Моргана — это талант, за который надо выпить! — разглагольствовал сэр Монтессори, расхаживая с кубком среди рыцарей, — надо же было оскорбить человека так, чтобы он пошёл и спас другого человека?! Поразительно!

-Молчи, — попросила Моргана, потирая виски руками, — молчи, казначей.

Ланселот оповестил всех о произошедшем после того, как привел в чувство нахлебавшуюся воды Марди. Кея в чувство никто не пытался привести — он, словно бы ничего и не было, сидел сейчас в пиршественной зале, поглощал варенье и сласти грязными руками и рассказывал восхищенным и перепуганным дамам о подвиге, словно о какой-то сказке, а не о том, что с ним реально произошло. Если бы Кей был бы более разумным, если бы в его мозгу сохранился просвет рассудка, и он взглянул на произошедшее со стороны, бесконечное удивление отразилось бы на его перепачканном сладостями лице. Он доплыл почти до середины ледяного озера, схватил девушку и доплыл с нею обратно, сквозь холодную воду, из последних сил. Решиться на такое не каждый и рыцарь бы смог, а Кей, не раздумывая, бросился, потому что раздумывать ему особенно было и нечем.

Марди занимался Мерлин. Девушка пришла в чувство, но друид погрузил ее в целебный сон, чтобы снять испуг и восстановить утраченные силы, но сомнений среди членов совета не было: Марди пыталась покончить с собой. Это прошло бы рядовым, возможно, происшествием, оставшись лишь на устах придворных дам да ленивых обитателей, но в деле участвовал молочный брат короля, и спасал он не абы кого, а служанку Морганы, или, как стали говорить жены членов совета: «самой Морганы». А это значило, что король должен был разобраться в произошедшем.

-Утро, она пошла одна, в одежде, босиком в озеро, — Артур пытался собрать воедино факты, — что это может значить, кроме попытки покончить с собой?

-Ничего, — отозвался сэр Грегори, — она хотела умереть.

Разумеется, был среди присутствующих и герцог Кармелид. Моргана успела уже рассказать совету, что за Марди не замечала ничего нового, кроме того, что застала ее в постели спящей в объятиях герцога Кармелида. Герцог не отрицал и заявил, что собирается жениться на девушке, на что король кивнул:

-Это, правда, Леодоган собирается жениться.

-На ней? — уточнила Моргана, со смешком глядя на герцога, — Леодоган, а ты не староват? Сколько ей? Семнадцать? Восемнадцать?

-Девятнадцать, — отозвался Гавейн мрачно, — она одна из тех, кому покровительствовала моя жена. Я хорошо ее знаю — умелая, расторопная девушка.

-К ней вопросов нет, — согласилась Моргана, — у меня вопрос к этому старому козлу, который, очевидно, и довел бедняжку! Она мне жаловалась на его приставания!

-Женщины! — Леодоган пустил слезу, — она говорила, что любит меня. Вчера же, когда я пришел вечером, чтобы объяснить ей, что не подобает приличной девушке так себя вести, она набросилась на меня с поцелуями, и я не устоял, каюсь, я слаб и грешен.

-Любовь — злая вещь, — прокомментировал Монтессори, — полюбишь и Кармелида…

-А что вы удивляетесь? — обозлился уязвленный герцог, — я на ней женюсь! И вообще, кто-то же любит и Моргану, а вы молчите? Почему не пошутите и на этот счет? Любовь зла — полюбишь и Моргану? Что я вам сделал? Я такой же, как вы!

-Шутки про Моргану вне закона, — объявил Артур, мельком взглянув на нее, — она женщина.

-И из тех, кто за шутки может слегка так…отравить, — словно бы себе под нос, но чтобы слышали все, добавил Монтегю.

-Нет, если честно, — Монтессори потянулся с нарочитой леностью, — если бы…ох, если бы я проснулся и увидел рядом с собою Кармелида, я бы тоже с собою покончил!

-Да хватит! Люблю я ее, — Кармелид мгновенно пришел в бешенство.

-Прекратите, — предостерег Артур, — я не хочу слышать ваших обвинений друг к другу. Я хочу отметить два момента. Первый — это героическая реакция моего молочного брата Кея и верная реакция Ланселота уже после спасения.

«Наконец-то, Кей хоть немного оправдывает свое положение при моем дворе», — подумалось Артуру, и он остановился на мгновение, чтобы обдумать это, но под внимательными взглядами присутствующих решил, что нужно продолжать:

-И то, что я обязан выяснить причину этого поступка. Кто-то виновен в том, что юная девушка едва не покончила с собою, едва не утопилась. Я желаю, чтобы провелось следствие.

-Ваше величество, — заметил герцог Кармелид, — если бы у бедняжки Марди было бы иное место службы… я не хочу никого обвинять, но…

-А что не так? — вступился неожиданно за Моргану Монтессори, — да, мы все знаем, что такое Моргана, но я что-то не заметил, чтобы я, или ты, Кармелид или тот же Ланселот пытался повеситься или утопиться!

-Но Марди женщина, — укорил мягко Кармелид и тепло улыбнулся, — юная. Она не привыкла к обхождению, которое…

-Так, если это я ее довела каким-то словом или действием, — Моргана поднялась с кресла, глядя в упор на Артура, ожидая от него какой-то реакции (любой!), — я понесу наказание.

-Это…лишнее, — выдавил из себя Артур. — Я не стану судить тебя, если ты довела ее.

-А если я? — спросил герцог, и что-то было в его тоне такое, что заставило Моргану обернуться на его голос и снизойти до взгляда к нему.

— тебя…не стану, — признался Артур, и только сейчас фея увидела тяжесть, залегшую в лице его.

-Тогда, в чем смысл выяснять «кто?» — не понял Монтессори, — судить никого не будут, да и за что? Ну, служанка. Ну, едва не утопилась, не утопилась же!

-Как ты, Монтессори, и ты, Моргана, — пали в моих глазах! — Гавейн, крепившийся до сих пор, все же не выдержал, поднялся во весь свой рост, и взглянул на них по очереди с презрением, — вы… ты, Моргана, легко оскорбила юродивого человека! Он не виноват, что он такой! Ты — злая, жестокая и…

-Гавейн! — Артур прикрикнул на своего любимца, не собираясь сносить такие слова в адрес Морганы.

-Ваше величество, — Гавейн обернулся к королю, — я сожалею о своих словах, но есть вещи, которые не прощаются даже королевской семье. Оскорбление тех, кто слабее, кто не может противостоять… Моргана, я пытался относиться к тебе с уважением, но это невозможно, ты не помогаешь в этом.