Легенда о короле Артуре. Альтернативная версия.

Глава 63

Моргану подкосило то, что Артур вернулся раньше положенного срока. Она вообще не желала этого, более того, это было, по ее мнению, и не в интересах самого Артура, но это случилось. Моргана не смогла успеть решить проблему с Кеем и шантажом Кармелида (и точно знала, что Кармелид вот-вот заявится к ней и спросит, с ним она топит Кея, или он топит их обоих перед Артуром), не успела решить до конца проблему нехватки золота с Монтессори (они пытались высчитать приемлемый в этом году налог, с учетом голода на юге и более менее пристойной ситуации на севере это было сделать очень трудно, но Монтессори настаивал на общей цифре для всех регионов, чтобы не вводить расслоение между землями), не говоря уже о том, что опять на ее столе была куча бумаг-прошений, которые и в присутствии Артура и в его отсутствие только росли. Раньше часть этих бумаг разбирал Мерлин, и только так удавалось как-то сдерживать эту растущую бумажную массу, но сейчас… Моргане пригодился бы помощник, но вот маленькая неприятность — но с каждым она хотела бы работать, и не каждый мог бы работать с нею. Несмотря на то, что большая часть бумаг означала, мелкие жалобы и неприятности и содержала просьбу: «дайте золота и хлеба», все равно приходилось просматривать все, без исключений, иногда попадались действительно интересные и важные письма.

Но — делать нечего! Судьба научила Моргану ориентироваться и соображать быстрее, чем Кармелида. Пока он крутил головою, чтобы поговорить в решающий раз с Морганой, та ловко увела короля в его комнаты. Конечно, перед Гвиневрой некрасиво вышло, но уж прости, девочка, не всё идет так, как мы желаем. Моргана решила, что если первая сдаст все прегрешения Кармелида Артуру, то получится выиграть время и даже подкосить пронырливого герцога в глазах короля.

Артур же рассказывал Моргане о том, как прошел объезд земель, о том, как ранило Персиваля в коварном налете отступающих, о том, как Ланселот спас жизнь ему.

-Ты знаешь его лучше меня, — продолжал Артур, — как наградить Ланселота за его отвагу? Что ему нужно? Золото? Женщин? Что?

«Развод ему твой нужен», — чуть было не сорвалось с языка Морганы, но она сдержалась и призадумалась:

-Титул.

-Титул? — Артур взглянул на нее с изумлением, — ему нужен титул?

-Рыцари идут из дворян, — напомнила фея, — а он пришел, потому что я привела. Это может быть ему неприятно. К слову, о титулах! Когда ты вернешь мне титул герцогини Корнуэл? Сколько уже ждать?!

-Я забываю, — честно ответил Артур и потер виски руками, — подготовь указ сама, я подпишу, ладно? И подумай, какой титул можно дать Ланселоту?

-Отлично! — Моргана даже обиделась, — хорош братец! Любимой сестре и подарка сделать не может, сама выбери, сама подготовь… ну, раз уж заговорили, то титул герцога Кармелида ему подойдет! Все равно, Леодоган со своими кознями долго не удержится!

И она, пока Артур не успел ее остановить, как на духу выложила и про Марди, которая беременна от герцога, и про то, что он с Гвиневрой обходится так, как та явно того не заслуживает, и про его попытки постоянные вмешаться в политику, в конце, видя, что ее аргументы

неожиданно не работают, добавила, что герцог к ней пристает и открыто делает ей грязные намеки и домогается столь развязно, что она уже не знает, куда деться.

-Я никогда не поверю, что никогда прежде мужчины не приставали к тебе, — тихо ответил Артур, — и что ты не находила слов и деяний, чтобы ответить им на это. Никогда, Моргана, я не поверю этому. Герцог Кармелид — скажу откровенно, сволочь, но он сволочь, что не предаст меня. А еще он отец моей жены. И мой советник. Если же говорить совсем честно, мне сейчас не до мелких разбирательств и ваших дрязг между собой. У меня впереди война, война с принцем де Горром.

-А принц знает? — Моргана разозлилась не на шутку, ее план рушился как дурная соломенная изгородь, — Артур, с чего нам воевать с Мелеагантом, когда саксы…

-Они действуют по его воле! Я не знаю, как он это сделал, но их подчинил! — Артур в отчаянии заломил руки и без сил рухнул в кресло, так и не развязав до конца своей рубашки. Моргана проводила его действие задумчивым взглядом, затем присела к нему на подлокотник кресла, неловко приобняла его за шею, и, судя по реакции Артура, он решил, что она его будет душить, король дернулся, и она аккуратно свалилась с подлокотника в кресло.

-Идиота кусок, — прокомментировала фея, барахтаясь в кресле и пытаясь вылезти обратно на подлокотник, — ну как можно-то так?!

-Сама виновата, — отбивался король и вдруг сгреб ее в объятия, — сиди уже, не мешай. И говори.

Моргана нервно сглотнула. Ей потребовалось призвать на помощь много мужеств, чтобы заговорить так, как н в чем не бывало:

-Мелеагант, очевидно, использовал оружие массового уважения для того, чтобы получить себе в качестве сподвижной армии саксонских наемников, но… Артур, нельзя воевать с Мелеагантом!

Артур оставил Моргану в кресле и сам поднялся — резко и быстро, не оставляя ей никакого шанса на попытку в сопротивление:

-Мелеагант… думаешь, я хочу воевать с ним? Я смотрел на него, как на героя! Я хотел быть на него похожим! Наш отец, то есть, наш с Кеем отец, а не Утер, то есть, не мой отец по крови…он взял меня в город с собою, в Камелот, и я видел битвы между рыцарями, поединки. Я видел Мелеаганта, а он не взглянул даже на меня, потому что я был оруженосцем юродивого! А я смотрел на то, как его окружают красивые девушки, как рыцари смотрят на него с уважением, как он ловко орудует мечом, как злословит насчет побежденных… я хотел быть, как он! Я многое бы отдал за то, чтобы походить на него.

Артур взглянул на Моргану диковатым взглядом, в нем сейчас многое можно было прочесть, и фея даже замерла в кресле в неловкой и неудобной позе, сраженная реакцией Артура.

-Я думал, — продолжал Артур яростно, вышагивая перед креслом и перед единственным своим зрителем, — что отдал бы душу за то, чтобы быть рыцарем. Чтобы также уметь находить ответы для своих соперников, чтобы также говорили обо мне! С шепотом, с восхищением… думаешь, я хочу воевать с Мелеагантом? Но я должен! Он отравляет жизнь моим людям.