Легенда о короле Артуре. Альтернативная версия.

Глава 79

-Это была война без славной битвы! – ворчали воины, поворачивая к своему дому. Даже те, кто следовал за принцем де Горром не первый раз, не имели особенного восторга на этот счет. Каждый солдат хотел вернуться домой, но возвращаться без славы, без победы, без добычи, было так неприятно, так странно и так неправильно. Зачем они шли туда, если изначально (теперь это было понятно всем), не надо было драться? Да, возвращались почти все, но каждого точило сомнение противным скользким червем, что все можно было повернуть иначе, и сдался бы Камелот! Пал бы Артур Пендрагон! А в итоге? Не было битвы, не было крови – лишь выезд одного отряда карателей для разгона и затем странные переговоры, и вот – армия Пендрагона уходит на запад, армия принца Мелеаганта – к востоку и…это все?

Более того – сам принц хранит странное молчание, он не обращается с речью к своим солдатам, не говорит со своими советниками и те только пожимают плечами и шепчутся между собою. Единственный, с кем говорит принц – граф Уриен, который бледен, расстроен и явно пребывает мыслями не здесь. К чему все эти тайны и все эти странные взгляды, вздохи солдат? К чему же бледность графа? К чему война?

-Это была война?- тут же злословят некоторые языки, осмелев от задумчивости и молчания принца. Советники хихикают, посмеиваются, усмехаются – они не понимают этого «мальчишку», как они величают Мелеаганта. Боятся и не понимают. Они думают, что он испугался, был обманут – все, кроме того, что это всё было спланировано.

Мелеагант, словно бы угадывает, наконец, мысли толпы, мысли опасные и скользкие, готовые обернуться заговором, он останавливает своего коня, разворачивает его, и армия тоже останавливается, растерянно переглядывается, дрожат под порывами ветра знамена – красные, черные, золотые, желтые, синие… плетут свое дивное полотно-ковер плащи из чудовищного разноцветья.

Армия замирает послойно, по рядам, доходя до своей точки, образует единый организм. Мелеагант выжидает еще немного, обводя взором свою силу, он не боится этой силы, он знает, как управлять армией и народом.

-Солдаты! – его голос хорошо поставлен, он оттачивал ораторское красноречие по работам греков, и готов к любым пылким речам, к тому же – здесь несложно.

-Солдаты, мои друзья, мои советники! – Мелеагант прикладывает левую руку к тому месту в груди, где у нормального человека должно биться сердце, а у него, как ему кажется сейчас, зияет дыра, прикрытая серебром доспеха, - вам кажется, что ваш принц предал вас, не позволив отведать крови врагов?

Он не ждет ответа, усиливает громкость своей речи так, чтобы никто не успел ответить:

-Но это кровь наших братьев! У нас один народ и одна земля! Нам не нужна война! Она не нужна никому. Их ждут дома так, как ждут нас наши сестры, жены и матери, мы не позволим затевать войну и не оставим наших домов, если можем избежать этого. Мы, каждый из вас, - Мелеагант медленно обводит всю армию взглядом, его слова тонут к задним рядам, но это и неважно, важно не то, что ты говоришь, а как, кому и что звучит в твоем тоне, - каждый из вас, показал, что нам нельзя навязывать волю Камелота, что мы…

Побольше воздуха в грудь:

-Свободны! Мы сильны! Мы едины! Мы не позволим себе покориться перед сыном Пендрагона! Мы показали наше единство, нашу мощь без битвы, и Артур понял…

«Понял он, как же!»

-Понял, наконец, что мы непобедимы в своем убеждении! Мы отстоим наши земли и наше право на независимость от Камелота! Артур отступил, он не посягнет на это наше право… мы же теперь прогоним саксонцев с нашей земли, не позволим им лить кровь наших людей!

Рано или поздно Мелеагант сам пошел бы против саксонцев. Нужно ведь отвлечь свои армии от истинных дел, а саксонцы так удачно шли на эту роль! Вот, против кого он обернет свои армии, чтобы они не обернулись против него! Да, саксонские племена поступали по-разному, некоторые жгли по его, Мелеаганта, приказу, урожай, или убивали на Тракте – но теперь пора очистить земли от этих псов! Без разбора, не деля бывших союзников и нынешних врагов – всех, всех смести, прочь, прогнать, сжечь!

-Славься принц де Горр! Славься, Мелеагант! Славься, славься!

Громовые выкрики. Вот и все. Они снова его. Все! Советники снова верят ему хотя бы для вида, надо будет их заменить – надоели со своим одномерным умом, не могут никак видеть его глубинные планы. Армия тоже его. Она любит крошить саксонцев, в их крови будут славные мечи, не в крови братьев. Речь проста, коротка, но он смог это сделать – перетянул все внимание на свою победу, облек несостоявшиеся битвы в свои заслуги, в дипломатию, в свой ум, а не в поражение или трусость.

Кто-то снова шепчет какое-то злое слово про непройденные битвы и пытается насмешничать. Не успев уловить, как изменилась ситуация меньше, чем за четверть часа, и тотчас, чья-то солдатская рука, не успевает Мелеагант обернуться, прокалывает шутника насквозь. Убийцу поддерживают одобрениями, Мелеагант делает вид, что не видел – они точно его. Все… теперь уж точно.

***

Гавейна решили хоронить в Камелоте. Моргана вообще ничего на этот счет решать не собиралась, она сразу поймала Ланселота, отвела его, чуть ли не за руку, в сторону, и потребовала рассказать, что вообще тут было, про битву, про Артура, про мятеж…

-Знаешь, ты аккуратно, - предостерег Ланселот, - некоторые итак полагают, что мы любовники, а ты еще так…

-Я женщина свободная, что хочу, то и ворочу, - обозлилась фея, - рассказывай!

-У Артура спроси, - предложил Ланселот, - к слову, как он поступит с Гвиневрой? Он ведь сказал, что будет разбираться после возвращения с войны…

Моргана дернула плечом в раздражении:

-А никак! Ни развода, ни ссылки не будет. Просто будет уделять ей еще меньше времени и внимания, чем прежде, и больше внимания мне. Он же… он не сможет, надеется, что оно само все исчезнет. Конечно, я ему пока не сказала, что так это не работает, скажу, если он где-нибудь ошибется или обидит меня…