Легенда о Ксан-Доре

Глава 10. Зачем читать чужие письма?

Отдав белье прачкам Глория, Эльжбета и Сильвия сговорились не обращаться ни к одной из мадам за новыми заданиями и вообще не показываться никому на глаза. Они поднялись в старую залу для занятий танцами – ее давно уже не использовали и даже не убирали – как и весь пятый этаж. Девочки взяли с собой немного еды, колоду карт и доску для игры в слова, намереваясь провести время крайне весело. 
Но сначала они решили еще раз перекусить – на этот раз за компанию с Эльжбетой, и поэтому сейчас сидели на подоконнике болтая ногами, с удовольствием уписывая снедь, которой удалось поживиться на кухне. 
На заднем дворе, видном из окон залы, копошились игрушечными человечками конюхи, готовящие легкий фаэтон Графини. 
– Куда это они собираются? – спросила Эльжбета у Глории.
– Ясное дело, – ответила та, – Барон и Графиня поедут смотреть ее новых лошадей. 
Через несколько минут Барон и Графиня действительно вышли к повозке. Барон помог ей и трем особо близким Дочерям сесть в фаэтон, сам вскочил на своего коня; тоже самое сделали несколько его слуг и вся кавалькада двинулась из замка. 
– Часа на три уехали, не меньше. И чего на этих лошадей смотреть? Злые, глупые, вонючие мешки с травой. То ли дело совушки! – и Глория приставила к голове раскрытые ладони, изображая “ушки” филина. 
– Ага, – сказала Сильвия и стала делать волнообразные движения руками – а еще всякие гремучие змеи тебе нравятся, такие же острые на язычок злюки. Ты точно не потомок оборотней-змеюк?
Эльжбета тоже включилась в шуточную перебранку:
– Глупенькая – сказала она Сильвии – ты что, оборотническую биологию плохо учила? Судя по острому язычку, у Глории в роду не змеи, а осы и наша кухарка тетушка Борбала.
Девочки рассмеялись. 
Сильвия спрыгнула с подоконника, расстелила на полу одеяло и легла. 
– Буду лежать здесь до тех пор, пока не приедет Графиня. Никакие мадам не заставят меня работать ближайшие 3 часа. 
Глория тоже спустилась и села рядом с Сильвией. Она была грустна.
– Кого, интересно, выбрали для Барона? Кого из наших сестер мы больше не увидим? 
Эльжбета принялась рисовать на пыльном стекле: ей казалось, если она прекратит это делать, то слезы польются ручьями. Уход девочек с Бароном всегда преподносился воспитанницам как счастливый билет, мол, вот, богатый знатный человек решил принять участие в судьбе сироток: даст им работу, деньги и возможность самостоятельно распоряжаться своей жизнью. Но кроме Елены, ни одна “осчастливленная” Бароном не вернулась, не прислала весточки – ничего. Как в воду все канули! 
Все трое молчали. Первой заговорила Сильвия. 
– А ведь сейчас идеальный момент, чтобы сбежать – пока все заняты и Графини нет в замке. Вы когда-нибудь думали об этом?
– И далеко ты сбежишь? – голос Глории наверное впервые прозвучал не зло и не саркастически. 
– Не знаю. Кстати, вот бы сейчас пробраться в кабинет Графини – у нее наверняка есть и деньги, и атлас, и справочники современные. 
На этих словах на подоконнике очнулась Эльжбета:
– Что ты сказала, Сильви? Что найти в кабинете Графини?
– Ооо, встрепенулась! – к Глории вернулся ее прежний тон. – Как услышит про хулиганство и опасности, так сразу оживает. 
Наконец и Эльжбета спустилась с окна. 
– Мне отлучиться надо, девочки. Я ведь забыла про одну важную вещь у мадам В узнать. А когда она мне днем попадется, если не сегодня. Я скоро вернусь – ждите!
Не дав ничего сказать подругам, Эльжбета выскочила из залы. К лестнице она побежала, боясь, что подруги пойдут за ней. Там на пару мгновений остановилась, пытаясь успокоить свое сердце, бившееся дико, впрочем, не от бега, а от сильнейшего волнения. Спустившись на третий, она наступила на кем-то оброненную тряпку и подняла ее. На всякий случай. Если встретят, всегда можно соврать, что вытирала пыль в одной из классных комнат. В голове снова и снова звучали слова Сильвии: “идеальный момент”. Графини не будет еще примерно два часа, поэтому сейчас главное незаметно пробраться в ее кабинет. 
На этаже никого не было. Эльжбета быстро дошла до двери кабинета, не веря в то, что собиралась совершить. Прежде чем войти, она постучалась и приготовила тряпку, как главное оружие. Внутри никого не было. Темно-зеленый шелк на стенах загадочно мерцал, словно подмигивая. Ей даже показалось, что стены одобряют ее поступок. Эльжбета кинулась к столу – на нем лежал открытый журнал и первым, что бросилось ей в глаза, было ее собственное имя: Эльжбета Мольнар, дата рождения и основные черты внешности и характера. Далее шли какие-то цифры и буквы – Эльжбета догадалась, что это серийный номер, но чего? Может быть ее личного дела. Только вот где его искать?
Она огляделась. В кабинете стояли шкафы с книгами, но ничего похожего на папки с документами она не видела. А вдруг все личные дела  лежат где-нибудь в архиве, который не пойми где вообще находится!? Однако внутри собиралось смутное ощущение, что искомое все-таки рядом. Эльжбета сделала так, как делала всегда, когда хотела что-нибудь найти: вещь, человека, событие. Она встала в центр комнаты, закрыла глаза, сжала кулаки, со всей дури впиваясь ногтями в ладонь, и позвала. “Зовом” этот ее самодельный ритуал нарекла Глория, вечно придумывающая названия всему на свете. Процесс зова был прост – Эльжбета представила, что читает дело о себе, покрутилась на месте и пошла, пока не уперлась в шкаф. “Книги, книги” – думала она открыв глаза – “одни книги. Что же вы хотите мне сказать?”
Повинуясь чему-то внутри нее, Эльжбета вытащила одну книгу наугад и открыла ее. Внутри оказались папки с личными делами. Эльжбета немного растерялась от неожиданности. Книг в кабинете было множество, в каждой минимум по 30 папок. Серийный номер! Эльжбета сравнила свой с серийниками на папках и прикинула, где могла быть ее анкета. 
Через несколько минут она уже листала страницы своего дела.