Легенда о слезах двух Лун

***

-Как бы ты не угождал окружающим, один твой промах затмит тысячи попаданий. Ты никогда не полюбишь всех, и все никогда не полюбят тебя. Человеческая природа навсегда останется в нас. Будь мы на ступень выше или на ступень ниже. Тебя назовут хорошим человеком только у твоей могильной плиты, когда тебе уже ничего не будет важно. Поэтому в жизни необходимо найти тех людей, которые всегда будут ЗА тебя, какую бы глупость ты не сотворил. Чтобы за твоей спиной они говорили только о лучших твоих качествах, а тебе в глаза - правду. Но не для того, чтобы уколоть тебя резким словом, а чтобы тебе стало лучше. Найди этих людей, и ты никогда не будешь несчастен. Они скрасят твой самый ужасный день в тёплые цвета. И ты давай им всего себя. Без скупости на чувства.

В темноте, окутанной жаром, разносился знакомый мужской голос. Альвиан не видел его собственными глазами, но сознание само вырисовывало образ кареглазого мужчины с бородой в виде капли. Если бы он здесь стоял, то держал бы свой фиолетовый плащ на левой руке, рассматривая портрет своей матери. Волнистые волосы старого знакомого торчали бы в разные стороны после внезапного пробуждения. Хоть он и знал, что скоро к нему явятся гости, мужчина не смог побороть дремоту. Слушать его голос Императору было также приятно, как и очутиться в таком спокойном тёмном месте. Что было до этого времени он не знал. Да и какая разница, когда душа внутри поёт песни, разливая по невесомому телу высшего приятные импульсы спокойствия? Он никогда не был так расслаблен. Исключением, конечно, были те моменты, которые он проводил с Мари.

Мари…

Император распахнул глаза, словно просыпаясь от кошмара. Он стоял посреди картинной галереи. За окном сияла Луна, прикасаясь своими молочными лучами, как пальцами, ко всему и каждому. Беловолосый мужчина тоже чувствовал эти прикосновения на своих плечах. Они, как хорошая массажистка, разминали уставшие напряжённые мышцы. Даже воздух здесь был другим. Таким лёгким и беззаботным.

Перед ним стоял тот самый мужчина, которому принадлежал монолог. Как и представлял Альвиан, Отакар держал в левой руке фиолетовый плащ. На стене висел портрет Ютты Тюрингской с розой в руке, как олицетворение стойкости и твёрдости характера. Пржемысл унаследовал от матери эти черты, несмотря о мнении общества об обратном. Все считали, что Владислав, отец Отакара, одарил своего сына такими чертами характера.

Всё внутри вздрогнуло при виде погибшего короля Чехии. Альвиан до сих пор винил себя в том, что не смог помочь ему. Как жаль, что он наложил на себя руки до того, как вторая высшая увидела это. Зато он может увидеть его сейчас.

-И я надеюсь, что в последний раз, - шепнул сам себе Император.

-Хороший правитель не может обойтись без жестокости.

Отакар Пржемысл повернулся к своему последнему советнику. Молочный свет мягко обрисовал уставшие черты лица старого короля. Даже сейчас, когда они находились где-то в сознании высшего, он выглядел замученным и постаревшим. Как при их первой встрече. Альвиан не мог спокойно смотреть на своего правителя, благодаря которому сам смог стать Императором и королём. Ведь он мог также, как и Йиржи Унде, агрессивно отреагировать на появление незнакомца с неизвестной силой. Но вместо этого чешский король поставил высшего рядом с собой, как брата. Пусть та ссора из-за Вацлава посеяла сомнение в Отакаре, он всё равно поддержал беловолосого на собрании в Риме. Возможно, жил бы он дольше, всё было бы иначе. Абсолютно всё.

-Если что-то делаешь, не сомневайся в этом, - продолжал озвучивать мысли Пржемысл Отакар, - Даже если это «что-то» вредит другим. Чтобы держаться на вершине горы, приходиться сталкивать других.

-Я не этого хотел, - взгляд высшего погас и устремился в пол, - Я думал, что была бы у меня сила, я бы изменил весь мир. Сделал его лучше. Но вместо этого, мир изменил меня. Из Ангела Чехии в Кровавые Императоры.

-У тебя есть шанс всё изменить, Альвиан.

-Нет больше никакого шанса! Я убил больше тысячи людей! И убью ещё столько же, если они вновь пойдут против меня! – вдруг начал кричать Альвиан, взмахивая руками в сторону короля.

Отакар искренне улыбнулся на такой внезапный эмоциональный взрыв своего настоящего престолонаследника, о котором ничего не осталось в истории.

-Альвиан, Альвиан, - смеялся он, - Несмотря на твои полные семьдесят шесть лет, ты всё такой же юный с юношеским максимализмом и горячей кровью в венах. Прекрасно, что ты смог сохранить это в себе.

Высший успокоился сразу после слов короля. Рядом с ним он действительно чувствовал себя мальчишкой, у которого из опыта только самостоятельное поглощение пищи и умение бегать с палкой в руке. За это было даже в какой-то степени стыдно. Ведь ему действительно уже был восьмой десяток, если считать только те года, когда он жил, а не находился в капсуле.

-Что ты хочешь? – спросил Отакар, после долгой паузы.

-Хочу, чтобы меня перестали считать зверем. Чтобы люди оставили нас с Мари в покое.

-Почему тогда ты не послушал её, когда она предложила сбежать от всех?

-Сбегать, как крыса с тонущего корабля? У нас не то положение, чтобы бежать, поджав хвосты! Чешский замок по праву принадлежит нам! Мы ничего не делали людям до тех пор, пока они не сделали шаг к нам.

-Тебе пора определиться со своей целью. Чего ты хочешь больше: поставить людей на место или быть всегда с Мари и забыть про всех остальных? – Отакар держал две этих цели на ладонях, как на весах, - Ты не сможешь добиться всего сразу. Люди никогда не оставят тебя в покое, пока ты сам про них не забудешь. А если станешь продолжать истреблять людей, как тараканов, вряд ли Мари сможет долго это терпеть.

-Ты сам размышлял о том, что рядом должны быть люди, которые будут за тебя даже с твоими промахами, - хмыкнул высший, понимая к чему клонит Отакар, - Мари именно такая и не оставит меня.

-Также я говорил о том, что ТЫ должен отдавать всего себя. А так, получается, что ты вновь полностью отдаёшься соблазну править всем и вся, а не быть с Мари.