Легенда о том, как все пошло не по плану

Глава 1

Жили-были..а нет, не так…

Рассвет в приграничной деревне Солнечная Падь начинался не с птичьего пения, а с предчувствия чего-то необычного. Особенно когда рыжеволосая Лира отправлялась на утреннюю охоту за целебными травами. Мир в это время пробуждался неспешно, лениво, когда золотистые лучи солнца касались соломенных крыш домиков, заставляя росу на луговых цветах сиять, как крошечные алмазы из старинных легенд.

Лира, одетая в простое льняное платье с закатанными рукавами, в этот волшебный момент была в движении, словно в погоне за чем-то необычным, и в предвкушении перепрыгивала через кочки. В её руках находилась плетёная корзинка, уже наполненная пучками зверобоя и мелиссы и конечно же ромашек. За ней следовал Крендель, ее вечный спутник- козёл с наглым выражением морды и одним забавно загнутым ухом. Он считал себя хозяином этих земель и не понимал, почему Лира не может просто наслаждаться его компанией и не собирать эти травы. Но она была неумолима - каждый пучок мог спасти жизнь.

Его копыта глухо постукивали по утоптанной тропинке, ведущей к самой границе, где туман из Подземного царства порой перетекал через невидимую черту, принося с собой запах холодного серебра и древней магии.

– Крендель, ну-ка не смей жевать мою корзинку! – прикрикнула Лира, не оборачиваясь.

– Мэээ! – отозвался козёл, демонстративно вытянув из корзинки хвост подсыхающей ромашки и с хрустом его проглотив.

Лира лишь вздохнула, поправляя выбившийся огненный локон, который упрямо лез в глаза, мешая сосредоточиться на поисках редкого «лунного корня». Она знала каждый камень в этой округе, каждую ложбинку и каждый куст, ведь для травницы знание местности было вопросом выживания и процветания её маленькой лавки. Её веснушчатое лицо светилось решимостью, а в голове уже роились рецепты новых отваров, способных поднять на ноги даже самого унылого мельника, страдающего от весенней хандры.

Она была душой этой тихой деревни.

Несмотря на близость к таинственному Подземному царству, жизнь в Солнечной Пади текла по заведенному веками распорядку: пахота, сбор урожая, вечерние посиделки у костра и бесконечные обсуждения того, насколько опасна магия. Жители деревни были людьми простыми и основательными, они предпочитали твёрдую землю под ногами любым призрачным обещаниям чудес. Лира же была для них неким исключением — живой искрой, которая умудрялась находить радость даже в самых строгих запретах, которыми их щедро осыпал местный староста.

– Опять ты у самой кромки тумана бродишь, дочка? – раздался мягкий, тёплый голос.

Лира обернулась и увидела Элену, свою мать, которая стояла у порога их небольшого уютного домика, вытирая руки об расшитый передник. Воздух вокруг неё всегда пах свежим хлебом и сушеной лавандой, создавая невидимый кокон уюта, который притягивал к себе каждого, кто хоть раз переступал их порог. Элена смотрела на дочь с легкой тревогой, но в её глазах светилась та самая мудрость, которую Лира только училась постигать в своих бесконечных экспериментах с настоями.

– Мама, ты же знаешь, что самые сильные травы растут там, где магия встречается с землёй! – весело воскликнула Лира, подбегая к матери.

– Магия не игрушка, Лира, – Элена ласково коснулась щеки дочери, убирая прилипший лепесток, – Она как огонь в печи: может согреть, а может и дом спалить, если за ней не приглядывать.

– Я осторожна, честно! – Лира заглянула в корзинку, демонстрируя свои находки. – Посмотри, какой зверобой. Из него получится отличная настойка для деда Горвина, а то он совсем ворчливым стал со своей подагрой. Может, хоть на пару дней перестанет читать лекции о том, как опасно дышать воздухом, пришедшим с гор.

Элена грустно улыбнулась, понимая, что дочь вряд ли удастся удержать в рамках деревенской осторожности.

– Горвин как раз идет сюда, – шепнула мать.

Действительно, по главной улице, тяжело опираясь на массивный дубовый посох, шествовал Горвин — старейшина Солнечной Пади, человек, чья серьёзность могла посоперничать с весом гранитной скалы. Его кафтан был застегнут на все пуговицы, несмотря на утреннюю теплынь, а брови сдвинуты в вечном неодобрении ко всему, что выходило за рамки «приличного и традиционного». Он остановился у калитки Лиры, подозрительно оглядывая Кренделя, который в этот момент пытался почесать спину о декоративный забор.

– Опять твоё животное портит общественное имущество, Лира! – прогудел он своим низким, дребезжащим голосом.

– Доброе утро, почтенный Горвин! Крендель просто проверяет забор на прочность, это ведь тоже важная часть деревенского уклада, – Лира сделала шутливый реверанс.

– Шуточки всё шутишь? – Горвин нахмурился ещё сильнее, отчего его лицо стало похоже на печёное яблоко. – Сегодня день Великого Сопряжения. В Подземном царстве будут проводить свои обряды, а ты бегаешь по полям, как девчонка, которой нечем заняться. Традиции велят сидеть дома и молиться, чтобы порталы оставались закрытыми, а серебряный туман не проник в наши колодцы.

Лира подавила желание закатить глаза и вместо этого вытащила из корзинки пучок сушеной мяты.

– А традиции ничего не говорят о том, что отвар мяты помогает при излишней тревожности? – невинно поинтересовалась она, протягивая траву старику. – Возьмите, это подарок. Если порталы и откроются, то лучше встречать их с ясной головой и спокойным сердцем, вам не кажется?

Горвин недоверчиво фыркнул, но мяту взял, спрятав её в глубокий карман своего кафтана.

– Ты слишком легкомысленна, – пробормотал он, разворачиваясь, – Магия Подземного мира не терпит хаоса. Там всё подчинено строгому порядку, а ты... ты — само воплощение беспорядка. Смотри, как бы твоё любопытство не завело тебя туда, откуда нет возврата.

Он ушел, постукивая посохом по камням, оставляя после себя шлейф важности и лёгкой меланхолии.

– Опять ты его задираешь, – вздохнула Элена, увлекая дочь в дом.

– Я не задираю, я просвещаю! – Лира поставила корзинку на массивный деревянный стол, заставленный склянками, весами и пучками трав.