Легенда о золотой антилопе

Глава 5

Той ночью Джон почти не ложился, нечистая совесть не давала покоя.

Неужели он, в самом деле, хоть на секунду решил, что сможет принудить незнакомую женщину к браку?! И если бы просто принудить – похитить ее и насильно вести к алтарю, как ведут на убой какую-нибудь скотину.

Джон и сам тогда хуже скотины, если под мухой решил, что на такое способен!

Так он мысленно обзывал себя самыми ругательными словами, пока в один прекрасный момент не пришло осознание: нужно предупредить госпожу о составленном против нее заговоре. Может, он потому и спешил к ее дому в ночи, что хотел именно это и сделать...

Думать так о себе оказалось приятней, чем о Джоне-мерзавце-бессовестном типе, и он кое-как дотянул до утра, уверенный, что, едва леди Морна появится во дворе, он все ей расскажет.

Однако, не рассказал...

Решимости не хватило.

Она появилась под черной вуалью с маленьким саквояжем в руке и сразу направилась к экипажу, который Джон, следуя указанию экономки, заранее вывел во двор. Подавая ей руку и помогая взобраться в него, он все надеялся, что миледи обратится к нему, или хотя бы посмотрит в глаза, но она ничего такого не сделала.

И Джон покатил со двора, твердо решив, что уж после церкви он точно расскажет ей правду.

Но и тут не срослось: из церкви миледи появилась какой-то другой – никак ее сгорбили горе и пролитые там слезы! – она показалась ему ниже ростом и будто истаявшей как свеча. А ведь говорили, она не любила супруга... Опять набрехали.

Джон не посмел отвлекать женщину в ее горе – так и выехал из Аргайля, коря себя на чем свет, но разом забыл обо всем, едва заметил засаду: в вереске у дороги бликовало оружие притаившихся там людей.

… Так он и оказался бегущим с девушкой на плече к способным укрыть их холмам. Те были уже совсем рядом, буквально рукой дотянуться, но его капризная ноша брыкалась и все норовила сползти, чем лишь усложняла Джону задачу. Будь это Макки, его непоседа-племянник, он бы хлопнул его пониже спины, и ребенок бы враз присмирел, но вряд ли к миледи он мог применить тот же метод...

– Я сама... я сама побегу... – просипела в какой-то момент леди Морна, пристукнув его по спине кулачком. – Отпусти меня!

Джон был уверен, она не только бежать, но стоять вряд ли сможет, но все равно опустил ее на ноги. Должен был передохнуть... Сердце так и лупило по ребрам, силясь выскочить вон.

– В-вы... вы как? – прохрипел он, упершись руками в колени. – Н-не сильно я вас?..

– Мои ребра в порядке, – вскинула девушка подбородок, – а вот гордость... разодрана в клочья.

Джон поглядел на нее и подумал, что для богатой вдовы она как-то чересчур молода и, наверное, даже смешлива, что не вязалось с образом леди, сложившимся у него в голове. Даже сейчас, заявляя о попранной гордости, она чуточку улыбалась... в душе... Джон догадался об этом каким-то неведомым шестым чувством, прежде к таким откровениям не способным.

– Не бойтесь, об этом никто кроме вас и меня не узнает, главное, скрыться от ваших преследователей, – успокоил он, относительно отдышавшись. – Вон там за кизиловыми кустами я вижу небольшую нору, можете спрятаться в ней, – указал он рукой, и девушка, проследив его жест, затрясла головой.

– Нет, ни за что, она совсем крохотная, я туда не полезу.

Что за ребячество, право слово!

Джон против воли вспылил:

– Хотите замуж за одного из этих молодчиков, – он указал рукой себе за спину, – можете и не лезть, мне-то что с этого… в противном же случае выбирать не приходится.

Леди Морна стиснула зубы и размазала нервной рукой кровь от ссадины на щеке по лицу. Стала похожа на одного из воинов Роберта Брюса при Баннокберне...

Джон отвернулся, скрывая улыбку.

– Так что вы решили? – осведомился секундой спустя.

– Я не могу, – упрямо заявила девица. – Правда, не могу... Давай попытаемся убежать. У нас получится; ты так быстро бежал, что эти люди нас потеряли...

Джон покачал головой.

– Не обольщайтесь, они не сдадутся так просто, а вы едва держитесь на ногах, – сказал он. – Я, конечно, могу вас нести, но надолго меня тоже не хватит... А всё, к слову сказать, потому, что вы выпрыгнули из экипажа на полном ходу. Чудо, что живы остались!

Девушка опустила глаза, неожиданно даже не разозлившись на Джонов попрек.

– Откуда мне было знать, что ты не такой же, как все? – спросила она. – Пусть бы тогда и шею сломала – так даже лучше.

Джон удивленно воззрился на странную эту особу. Неужели настолько горюет по мужу, что даже готова уйти вслед за ним?

– Так, хватит, – он вдруг схватил ее за руку и тут же, будто обжегшись, отдернул ладонь. – Простите, мэм, это вышло случайно, – покаялся он, – просто... не время сейчас препираться... Немедленно лезьте в нору, а я уведу преследователей в другом направлении.

Леди Морна с опаской глянула на кусты, прикрывавшие вход в не иначе как лисью нору, и опять затрясла головой.

– Вы просто не понимаете, – прошептала она, – я боюсь... замкнутого пространства... и темноты...

Джон еще понимал, когда страшились болезней, голода или смерти, но бояться таких нелепых вещей, как замкнутое пространство и темнота... Вот уж воистину у богатых свои причуды!

– Тогда просто закройте глаза и представьте, что вы... например, в своем доме в Аргайле, или... в долине Гленко собираете дикий вереск для свадебного букета...

– Букет из вереска?

– Да. Вы, разве такие не собирали, когда были младше?

Она отрицательно дернула головой.

– Мне запрещали покидать стены дома, – призналась чуть слышно, и сердце Джона запнулось на миг от удушающей жалости. Вот ведь бедняжка!

– Тогда закройте глаза и представьте что-то другое хорошее, – сказал он. Леди Морна неожиданно подчинилась, зажмурив глаза, и Джон, не решившись коснуться ладони, обхватил тоненькое запястье и потянул ее за собой. – Не открывайте глаза, – предупредил он, раздвигая кизиловые кусты перед входом в укрытие. – Лезьте... ну же... не бойтесь... Вы справитесь! Главное, не открывайте глаза.