Легенда поздней осени

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

«Мало кто находит выход, некоторые не видят его, даже если найдут, а многие даже не ищут».

Льюис Кэрролл

Старинные дома с коричневыми покатыми крышами постепенно сбрасывали покрывало тумана, пробуждаясь ото сна. Нависшие балконы были похожи на округлые птичьи гнезда.

Пес не спеша перебирал лапами, не обходя луж, и при этом не оставляя следов.

За ним по тротуару широким шагом следовали Юлия, Кирилл и его отец.

Первенцев, выслушав внимательно подробный рассказ сына, сказал:

- Вот что. Мы недалеко от улицы Трех Монахов. Вы идите в антикварную лавку. Нет, не возражай, ты, как настоящий мужчина должен охранять свою девушку. Пса я беру на себя. Я постараюсь встретиться с этим Эркером. И попробовать договориться с ним.

Юлия горячо возразила:

- Это нечестно! Оставить вас одного! Вы не знаете, как опасен этот человек! От него можно ждать чего угодно!

- А мне кажется это разумным. А то получается ты сама, добровольно идешь в лапы к Эркеру. Я, думаю, отец сможет с ним разобраться, - сказал Кирилл.

- Ребята, давайте без лишних дискуссий, на это у нас нет времени. Неизвестно, что он может сотворить… Сейчас будет арка и поворот к книжному… Ныряйте туда, а я пойду навстречу к псу…

Кирилл тут же потянул Юлию за собой, и они пропали в синеватом сумраке арки.

Первенцев пошел прямо на пса. Тот остановился и глухо зарычал, не сводя зрачков. Первенцев застыл на месте.

- Как надоел же ты мне! Все бродишь - колобродишь! Вот прибью тебя сейчас, - обратился Первенцев к псу.

И он угрожающе сделал шаг.

- Мне нужно поговорить с твоим хозяином. Это очень важно. Ну, давай, веди! К хозяину, к хозяину, домой! Ну, давай, живо!

***

Чем ближе подходил Первенцев к парку, тем больше нарастало волнение.

Огромная чаша уснувшего фонтана была украшена осенним узором багряно-лимонной листвы. Такая же листва дождем усеяла тротуар у скамеек.

На одной из них сидел, смахнув упавшие листья, импозантный джентльмен в черном длинном пальто и с черной тростью в руке. Пес остановился и стал облизывать его руки, демонстрируя верность хозяину.

Импозантный пожилой мужчина ласково погладил собаку и поднял свой взгляд.

Выцвевшие, бывшие когда-то голубыми, глаза вонзились в Первенцева. По спине его побежал холодок. Человек на скамейке казался призраком.

Но, собравшись с духом, преодолевая ощущение жути, Анатолий заговорил:

- Послушайте, я не знаю кто вы, но хочу, чтобы вы объяснили мне, по какому праву похитили мою жену и устроили слежку за моим сыном. Я понимаю, что у вас могут быть какие-то там личные мотивы… Но так бесцеремонно, так нагло, за счет других людей решать собственные проблемы! Кто вам позволил?!

Первенцев все говорил, чувствуя, что говорит много и все решительнее и жарче, но молчание незнакомца заставило перейти на чуть более спокойный тон.

- Я предлагаю вам все закончить миром. Освободите мою жену, и я не буду обращаться в специальные органы и преследовать вас.

Человек в пальто улыбнулся, и его улыбка заставила Первенцева сникнуть. Глуховатым голосом Эркер важно и медленно сказал:

- Как и большая часть людей, вы – чрезвычайно наглы и самолюбивы. До прошлой ночи я не знал и не трогал ни вас, ни вашу семью, пока вы не перешли мне дорогу. И вот этого я уже не потерплю….

Эркер сделал паузу, чтобы внушительно посмотреть в округлившиеся глаза Анатолия Первенцева и продолжил:

- Ваш сын избил меня. Согласитесь, сам по себе этот факт достаточно мерзкий. И только случай помешал мне достойно ответить ему и размазать его по асфальту, как ничтожного червя. Но он еще и отнял самое драгоценное, что есть у меня – мою невесту. Затем он спрятал ее. Мне пришлось силой увезти его мать и вашу жену – теперь мы квиты.

Первенцев горько усмехнулся:

- Эта девушка Юля – ваша невеста?! Помилуйте, сколько же вам лет? Кроме того, вы хотите захватить Юлию против ее воли. А это недопустимо! Что касается моего сына – то он поступил согласно обстоятельств, как настоящий мужчина…

- Да, Юлия – моя невеста! По какому праву вы лезете в мою личную жизнь?! Все это вас не должно касаться! Если вы хотите увидеть свою любимую жену живой. Иначе вам принесут ее голову!

Первенцев захлебнулся от гнева. Он схватил незнакомца за пальто и стал трясти.

- Я требую, слышишь ты, требую немедленно вернуть мне мою Оксану! Ты понимаешь меня, упырь! Верни мне мою Оксану!

Внезапно руки его похолодели, а ноги потеряли почву.

Руки его повисли, едва не оборвавшись. Земля отдалялась, уходила куда-то вниз, а потом в сторону.

Он увидел, что приподнимается над землей вместе с Эркером. У того за плечами, сквозь разорванное пальто, полоскались большие кожистые крылья.