Легенды Голосеевского леса

Легенда 28. ЛЕСНОЕ ЧУДОВИЩЕ

Местность:Развилка между Обсерваторией и тропой на Китаево, к Чаше первоцветов.

Объект:граб европейский (Caprinus betulus)

Хотите знать, как рождаются легенды?

Что вначале? Событие или странный объект, а потом он обрастает рассказами? Или кто-то придумал историю, а она воплотилась в жизнь?

Бывает и так, и так.

Чаще первое. Но случается и второе.

Шел однажды по лесу после дождя маленький мальчик и вел за руку своего папу.

Мальчику всё в лесу интересно, он совсем не огорчился, что на прогулке их застал дождь и пришлось прятаться в беседке. Это ведь настоящее приключение!

Вот заметил он на развилке двух тропинок большой граб удивительной формы. Весь корявый с покрученными ветвями. Мальчик много видел таких, но все были не такие красивые.

Остальные странные грабы казались испуганными и крутились, словно хотели вырвать корни и убежать, а этот раскинулся величественно и широко. Стоял один на открытом месте.  Его ветки загибались вверх, как клыки. Выглядел граб воинственно.

Что еще отличало его от других деревьев, то что после дождя на гладкой серой коре проступили зеленые мокрые полосы, точно шрамы.

— Папа, папа! Смотри, какое чудовище! — восхищенно закричал мальчик и побежал к грабу. — Смотри, какой полосатый! Настоящий тигр!!

Внутри граба волна детского восторга разбудила удивление: "Я — чудовище?"

— Хорош, — согласился папа мальчика более сдержано. — Дальше не пойдем. Нам пора возвращаться. Мама волнуется, что ты промок и простудишься. Уже трижды звонила. Надо скорее домой и выпить горячего чаю. Прощайся со своим другом!

— Пока, тигр! Еще увидимся!

Мальчик весело побежал по дорожке прочь от граба. А лесной обитатель удивился ещё больше, и теперь в нем шевелилось сомнение:

"Это я — друг? Я же чудовище! Кто я?!..."

И готово дело. Прожил граб на свете почти сто лет, пережил великую войну, видел многих людей и зверей, и даже изобретения техники, но его так озадачил мальчик, которому едва исполнилось пять, что в дереве проснулось сознание. Кроме соков под его корой двигались от корней в крону сомнения и вопросы…

Граб задумчиво шевелил ветками.

"Кто же я?

Если я чудовище, значит, меня должны все бояться. Но даже малый ребенок меня не боялся. Гладил по коре и называл тигром. Может быть, я зверь? Хищник?

Нет. У меня есть полосы на шкуре… то есть, на коре, но загрызть кого-нибудь мне не хочется. Надо попробовать напугать!.."

Граб потряс ветвями и попробовал зарычать. Дерево отчаянно заскрипело. Недовольная ворона, которая сушилась на ветке после дождя, с криком взлетела, обругала дерево на вороньем языке и улетела прочь.

"Ага! Получается! — обрадовался граб. — В самом деле, есть во мне что-то от тигра! Я — чудовище, — самодовольно повторил он. — Лесное чудовище. Но я могу быть кому-то другом. У меня сила!.."

Он рычал и стонал и стучал ветками, словно скреб когтями, весь вечер, воображая себя тигром, властелином леса, пока солнце не высушило полосы на его коре.

С того случая, граб придирчиво слушал, что о нем говорят птицы, звери и люди. И решал, кого защитить своей новой силой, а кого прогнать. Видимо потому, что разбудил его сознание маленький мальчик, граб особенно привечал мелюзгу. Мухоловки и малиновки звонко пели в его густой кроне, безбоязненно вили гнезда в развилках его ветвей. Поползни выводили детей в его дуплах. Белки лакомились грабовыми семенами, зайцы отдыхали в тени граба-тигра, даже дети, когда приходили в лес, могли лазать по его веткам и не падали, потому что граб надежно держал их.

Но когда случались дожди, и на коре проступали зеленые тигровые полосы, просыпалось внутри граба желание показать свою силу, чтобы все не забывали, что он — чудовище. Он тогда угрожающе тряс ветвями, ревел и стонал, и бугры под его полосатой корой перекатывались, как мышцы.

Если полосы на нем проступали под вечер или ночью, концерт лесного чудовища получался особенно впечатляющим. Нескольких запоздалых грибников граб-тигр  напугал так, что они долго боялись возвращаться в Голосеево и вообще ходить по лесам.

А на пьяных граб действовал сильнее всего!

Хмельным гулякам мерещились горящие глаза, клыки, щупальца… Всё это не стояло на месте, а гналось за ними, пока чуть живыми люди не выбегали из леса. И с тех пор, если не бросали пить вовсе, употребляли спиртное очень-очень умеренно, чтобы избежать жутких видений. Ведь каждый раз им с похмелья снилось жуткое лесное чудовище.

Граб гордился своей силой и раскинулся ещё шире, а ветки его торчали ещё воинственнее. Но по-настоящему "чудовище" пробуждалось в нем только после дождя…