Легенды Пяти Королевств

Глава 5 или Волеслав

- Он вам наверняка понравится! Ероним настоящий гений! - Дарина, которая вела путников по небольшой лесной тропинке, поправила плащ. 

Гроза началась сразу после того как они приехали в Волеслав, но это не помешало девушке взять сумку с продуктами и отправиться в лес рядом с деревней. Ероним, о котором она говорила без остановки, был тесмоорским бардом. Жил он в небольшой избушке, к деревенским выходил не часто, но, по словам девушки, был настоящим богом музыки. 

- А в какой школе искусств он учился? - Давид, самолюбие которого такие фразы немного задевали, посмотрел на девушку. 

- Какой школе? Он все сам сделал! Вот кстати его дом. 

Они вышли к крошечному домику с цветником: казалось, что там живет скорее какая-то старушка-травница, но никак не тесмоорский музыкант. 

- А он какой вообще? - произнес Иван, аккуратно ступая по каменной дорожке, - Ну, прямо бард? 

- Ну как сказать? Он скорее поэт. - Дарина постучала в дубовую дверь, - Ероним! Мы в гости! 

Человека, открывшего им дверь, можно было назвать как угодно, но только не бардом: длинные темные волосы, подвязанные лентой, неряшливая борода, свободная одежда. Он был скорее ворожеем, а не музыкантом. 

- Дарина! Какими судьбами вы снова в Волеславе? - Голос мужчины был немного грубоватым, - А это ваши друзья? 

- Да, мы с ними теперь по всем королевствам ездим! - Девушка улыбнулась, - Леонард у старосты остался, решает какие-то вопросы. А я ребятам решила показать самого лучшего тесмоорского музыканта. 

Ероним улыбнулся и жестом пригласил друзей войти в дом. 

Жилище его оказалось очень чистым и аккуратным, хоть и немного скудноватым: грубо сколоченный стол, пара лавок, выбеленная печь и тканый ковер, устилавший пол. На небольших полках лежали тесмоорские музыкальные инструменты: тесмоорская лютня (от обычной она отличалась формой и количеством струн - если на классической лютне их было десять, то тесмоорцам хватало и шести), какие-то дудочки и барабан. 

- Ну, давайте знакомиться. - Он помог Маше с Алисой повесить плащи на небольшой крючок у входа. 

- Это Маша и Алиса, они художницы. - Дарина перебила девушек, решив что их настоящие социальные статусы говорить не обязательно, - А это Иван, торговец. 

- Очень приятно. А я вот музыкант, играю иногда. - Мужчина подошел к столу и принялся убирать с него пустые тарелки. 

- О, у нас тоже музыкант имеется. - Иван указал на Давида, - Вот, выпускник гесконской школы искусств. 

Давид гордо поднял голову и протянул Ерониму руку. 

- Неплохо. И чему учат в гесконских школах? Чай кстати будете?   

- А вы самоучка? - Давид насмешливо посмотрел на мужчину, - Прямо в лучших традициях Тесмоора. 

- Да, я после Битвы Вольности решил что мне войны надоели. И вот потихоньку выучился кое-чему. 

- А сыграете нам? - Маша с искренним интересом посмотрела на Еронима. Для нее, выросшей в богатом районе Мангоны, такое было в новинку: отшельник, тем более бывший военный, который занимается исключительно музыкой. 

- Ладно уж, раз вы просите, - Музыкант взял тесмоорскую лютню и сел на лавку, - Про что спеть хотя бы? 

- Про сырую землю! - Выпалила Дарина, - Ну вот которая еще про... 

- Понял, не дурак. - Ероним улыбнулся и, настроив лютню, принялся петь. 

Песня его кардинально отличалась от всех бардовских баллад, существовавших на территории всех пяти королевств: он произносил абсолютно не рифмующиеся фразы, которые, на удивление, сочетались между собой. Он создавал образ разрушенного войной государства, говоря от лица человека, потерявшего из-за битвы все: пел про то что правители из-за своей политики "положили немало жизней", про то как "по указке своих всевышних уничтожили пол-Тесмоора". 

- Сильно. - Иван не лгал. Песня действительно была сильной, не похожей на привычные бардовское воспевание всего существующего. 

- Спасибо. - Мужчина смутился. - Я могу еще сыграть, если хотите.

- Издеваетесь? - Давид подскочил с лавки, на которой сидел, - И это вы называете музыкой? Случайные вскрики и хрипы, отсутствие рифмы! Да это дилетантство! 

- Простите если оскорбил вашу бардовскую профессию, но я же говорю что я просто ищу людей, которые хотят меня услышать. - Ероним отложил лютню. 

- Да любой пастух... 

- Слушай, заткнись уже. - Дарина встала со своего места, - А то я тебе покажу пастуха, ты... 

- Дарина! - Ероним оборвал угрозы девушки, - Ведите себя культурно! Я не претендую на звание великого барда, я просто хочу чтобы люди посмотрели на эту войну с моей точки зрения. 

- А какая ваша точка зрения? - Спросила Алиса, решив разрядить обстановку, - Вы же участвовали в битвах? 

Ероним действительно участвовал в битвах. Даже больше - он командовал кавалерией в Битве Вольности, защищал границу своего королевства от армии Аклеадора. И именно тогда, смотря на обыкновенных мальчишек, идущих под флагами северного королевства, нынешней отшельник понял что единственные виноватые в этой войне - это не солдаты. Это те люди, что отдают команды, те люди, что набирают детей и отправляют их на верную смерть. Не существует ни одного солдата: им нельзя родиться, им невозможно стать - им можно только умереть. 

- Моя точка зрения проста. - Ероним отложил гитару и глубоко вздохнул, - Есть такие вещи в жизни, постигая которые, понимаешь, что после такого очень трудно продолжать жить, оставаться человеком. Война для меня - одна из таких вещей. Я прошел нее и никогда не стану прежним. 

- То есть вы пишете музыку чтобы другие тоже считали войну страшной? - Ивану действительно было интересно: он впервые слышал что бард отказывается прославлять военные победы. 

- О нет, совсем не для этого.  - Ероним спокойно улыбнулся, будто они обсуждали погоду, - Я не хочу чтобы другие как-то думали: я просто хочу чтобы меня услышали, а не просто слушали. 

*** 

Когда они покинули избушку отшельника, Давид задумался: возможно он действительно вспылил? Ведь он понятия не имел о том что творилось на материке когда два крупнейших государства сражались на территории третьего. Все свое детство и молодость бард провел в центре Арагона: сначала в большом особняке, а затем в богатой академии искусств. Для него война была чем-то заоблачным, чем-то, в чем Гескон победил и, следовательно, может считаться лучшим королевством.