Легенды Пятиречья

Глава 1. Ведьма в клетке

Летние дожди в Лиссе редко бывают обильными. Стремительные и освежающие, они омывают цветы на клумбах, смачивают землю на грядках, остужают раскалившиеся под солнцем крыши. Но мрачная туча, принесенная ветром с моря, отчего-то решила не пролетать мимо, как обычно, а от всей души поиздеваться над городишком: водосточные желобы ревели и пошатывались, стекла вздрагивали от мощных ударов струй, а дороги превратились в подобия грязевых ванн.

Большак, тянущийся вдоль речки Тихой со стороны Лисса и соединяющий деревни с городом, тоже развезло. Дорога вспучилась грязевыми колеями, и конные путники предпочли спрятаться в ближайших селениях, пережидая напасть. Пешие тоже последовали их примеру, но не всем повезло оказаться достаточно близко к жилью.

- Стой, дуреха! Куда же ты? Мы тебя не обидим, - хохотнул мужик, пробираясь сквозь кусты за удирающей от него девицей в типично деревенском платье. Вслед за ним, глумливо гогоча, трусили еще двое парней. Догнать уставшую от долгой дороги девчонку они могли в два счета, но предпочли немного погонять жертву, прежде чем сцапать. Девчонка же оказалась на редкость упорной, и, не оглядываясь, ломилась вперед под слепящими потоками воды.

Выбравшись из кустов, она помчалась не влево, как рассчитывали преследователи, а вправо, к реке. Это было глупо, так как на реке некого было звать на помощь, но мужики рассчитывали нагнать девицу у дороги, срезав угол, и вылетели далеко слева. Фора, образовавшаяся благодаря этому маневру, давала девушке время затеряться в прибрежном кустарнике под защитой пелены дождя. И все сложилось бы замечательно, не свались она в овраг.

Ухнув на два с половиной метра вниз вместе с пластом мокрой глины, послужившим ей грязевым желобом, кувыркнувшись через голову и крепко приложившись подбородком о корневище дерева, девушка тут же ощутила удар по загривку: это по инерции пролетел вперед ее короб. Крышка открылась, и из короба прямиком в клокочащую бурую жижу вывалились цветастые вышивки.

Девица от всей души выругалась и стукнула кулаком по земле, а точнее, по жидкой грязи, взметнув коричневый фонтанчик. Поди теперь отстирай! Год работы псу под хвост. Она зарычала от злости и обиды, сгребла грязные тряпки, сунула обратно в короб и попыталась выбраться из оврага. Но не тут-то было: стены осыпались, руки скользили по размякшей глине, корни растений обрывались. И как назло именно в этот момент туче надоело поливать землю водой, и дождь начал ослабевать. С каждой секундой пришедшие с дождем сумерки растворялись, светлели. Видимость становилась все лучше, и группа охотников за легкой наживой, наконец, заприметила свою почти ускользнувшую жертву. Они подошли к оврагу и присели у обрыва на корточках, разглядывая угодившую в ловушку девицу и гогоча. Сейчас, когда света становилось все больше, она увидела, что выход из оврага перекрыт здоровенным корневищем упавшего дерева, и больше бежать ей некуда.

- Ну чисто мышонок в сливках! – сказал один. – Давай, меси лапками. Глядишь, выберешься.

- А не выберешься, так хоть масло взобьешь! - расхохотался другой.

- Танцуй-танцуй. Станцуешь – может, мы тебя и вытащим, - пообещал третий, отломил от куста ветку и попытался потыкать девушку в ухо. Та увернулась, но парням забава понравилась, и они увлеченно принялись размахивать ветками и палками, стремясь дотянуться до нее. Тем временем дождь ослаб окончательно, и солнце, пробившееся из-под полога тучи, залило светом влажные травы и листву, рассыпав повсюду золотистые искры.

- Развлекаетесь? – донесся голос с другого берега оврага. Девушка оглянулась и увидела, как к краю обрыва приближаются высокие фигуры в походных плащах. Обидчики отбросили ветки и выпрямились, с презрением и опаской поглядывая на чужаков.

- Ну, развлекаемся, - ответил заводила, чуть струхнув при виде численного превосходства противника. – Моя территория, что хочу, то и делаю. Вы-то что здесь забыли?

- Да ничего, службу несем, - звонко ответил ему невысокий паренек и тут же снял капюшон. Стоящие рядом с ним товарищи сделали то же самое, явив солнцу свои светлые макушки всех оттенков льна, золота и меда. Один из местных громил смачно сплюнул при виде этого зрелища: эльвы, чтоб их. Заводила тем временем продолжил:

-  Службу несете? Ну и несите дальше. Глядите только в грязь не уроните. Ваша территория по ту сторону реки, - он махнул рукой на посверкивающие под солнцем воды реки Тихой. – А по эту сторону я хозяин.

- Да что ты говоришь? – послышался новый голос, и из-за плеч пришельцев пробился вперед смуглый добротно одетый мужчина, темно-русый и зеленоглазый, как и трое местных разбойников. – И давно ты Вострума сместил? Али ты сынок его? Не стоит ли мне, княжескому глашатаю, объявить в столице о явлении нового князя? И как тебя звать-величать?

- Господин Велимир? – тут же попятился наглец. – Да ну что вы, не надо нас никак звать-величать. Мы тут вообще мимо проходили, да вот решили девушке помочь. А что нагрубили, так не обессудьте: не узнали вас, пошутить хотели над белобры… эээ… над уважаемыми господами из Речного отряда. Не надо нас… шуткуем мы… девушке, вот, помогаем…

- Ну и помогайте, чего стоите-то?

Троица торопливо протянула вниз руки. Девушка недоверчиво их оглядела, но все-таки ухватилась и повисла. Вес ее оказался неожиданно большим для такой тростиночки, троица покачнулась и ухнула вниз с воплями и ругательствами. Видимо, ожидая именно этого, девушка моментально прижалась к стенке оврага, и парни, пролетая мимо, не задели ее, только по коробу кто-то успел стукнуть коленом. Служивые захохотали, глядя как незадачливые «спасатели» бултыхаются в грязи.



Екатерина Бунькова

Отредактировано: 17.10.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться