Легенды Сактарона

Глава 9 - Основание Сёгуната, падение драконов, и легенда о Сайне Бледном

Когда Ямашита вернулся на родину, то узнал, что Ешигато, правивший страной несколько столетий (говорят, что он прожил так долго потому, что был одним из первых людей) скончался, а престол должен унаследовать его внук Маюри, но он ещё слишком юн.

Отец Маюри, было, хотел занять место регента при малолетнем сыне, но погиб по неизвестным причинам.

Тогда пришла очередь многочисленных сёгунов и даймё бороться за власть (Сёгуны- военачальники, а даймё- землевладельцы. Иногда Сёгуном и Даймё может быть один и тот же человек.) Ямашита исключением не стал.

Каждый считал себя самым достойным правителем при малолетнем императоре, но такое соперничество могло привести к кровавой междоусобной феодальной войне, и были те, кто это понимал.

По итогу, когда, казалось, вот-вот начнётся кровопролитие, один из старейших Сёгунов, а также Даймё острова Юкиямы, по имени Имигами, предложил всем сёгунам править единым советом при юном императоре.

Так начался период Сёгуната, при котором семь Сёгунов и Даймё исполняли обязанности правящего совета. В народе этот период назвали правлением Семи Мечей.

Тем временем, пока эльфы разбирались с Эмиритом, а на дрожащих островах менялась власть, орки набирали силы.

Силес был недоволен тем, что орки потерпели поражение в войне, и решил, что для скорейшего порабощение мира им нужна помощь «свыше».

Назначив одного из сыновей орочьего короля своим избранником, он основательно подошёл к обучению его основам демонической магии, плетению заклинаний и подчинению демонических энергий. Он стал первым чернокнижником.

Позже этот орк научит и других своих сородичей искусству чернокнижия, и возведёт в столице Гримбатара огромный «Храм Чёрных Врат», где будет призывать демонов. (внутри этого храма демоны не страшились света солнца, хотя и немного слабели)

(Орки и до этого применяли демоническую магию, но она была очень примитивной и недостаточно эффективной. На подобии той магии, что применяли эльфы и люди, до того, как магия стала более массовой. Или на подобии магии рун, что использовали Гномы для зачарования и сотворения големов)

Сам же Силес решил разработать новое проклятье, на этот раз оно должно было поразить лишь драконов, и убрать их с его пути.

Оно распространилось по всем Энийским горам, лишая драконов разума и превращая в диких зверей. (даже несмотря на такую умственную деградацию, драконы сохранили способность использовать сложную магию. Похоже, умение плести высокосложные заклинания остались у них на уровне инстинктов).

Остались немногие уцелевшие драконы. Кто-то отчаялся и остался уже на руинах когда величественной цивилизации, оплакивать одичавших сородичей, кто-то покончил с собой, но были несколько, которые скрылись в королевствах смертных. А некоторые решили передать смертным свои знания.

Так среди смертных появились те, кто смог подчинять себе изначальную магическую материю, и творить заклинания разного рода полезности. Так появились известные ныне маги.

Маги стали распространять своё ремесло среди смертных, основывая школы и университеты.

Так же ходят легенды о том, что были среди драконов и те, кто обратился за спасением именно к демонам, а не к богам. Точнее, он был один. Сайн Бледный.

Никто не знал, что случилось с яйцом Сайна до его рождения, но он родился на свет с дефектом. Его чешуя больше напоминала кожу саламандры, сам он был меньше и слабее своих сородичей. Кроме того, его чешуя была лишена цвета. Она была ни то белой, ни то серой. Но все остальные драконы имели куда более яркий и насыщенный цвет чешуи. Так у большинства из них на теле присутствовали врождённые узоры. Сайн был лишён и этого, за что его и прозвали Бледным.

Но это он мог бы пережить, и даже спокойно взаимодействовать с другими драконами, если бы не одно «но».

Драконы обладали знанием сложной магии, недоступной другим смертным на примарном уровне. Сайн же был лишён и этого божественного дара.

Некоторые драконьи мудрецы считали, что он единственный дракон, которого поразила волна «Проклятья Плоти».

Сайн ненавидел себя за это. Он ненавидел своих сородичей, презирающих его в своей вечной гордыне, ненавидел богов, которые допустили его врождённое увечье. Ненавидел смертных, которых боги спасли.

И он обратился к иным силам. Он смог освоить заклятье, которое позволяло ему взывать к демонам за завесу Преисподней. И демоны сделали ему весьма щедрое предложение…

Кто-то считает, что именно он и был тем, кто помог Силесу распространить проклятье по горам Энии.

И вот, грянуло проклятье. Его сородичи сходили с ума, превращаясь в диких зверей. Флот орков вторгся в Энийское государство, уводя его безумных сородичей в вечное рабство, чтобы потом использовать как ездовых животных.

Он ликовал. Но, несмотря на это, он всё ещё завидовал даже одичавшим собратьям. Даже в таком состоянии они использовали магию, пока он довольствовался простыми заклинаниями и теми заклятьями, которым его научили демоны.

За тем, произошло то, чего Сайн не мог ожидать. Часть драконов, укрывшихся в божественном храме, смогли создать защиту от проклятья. Их было немного, но все они могли встать у него на пути, и он мог лишиться того, чего желал. Силы и власти.

Он, пользуясь своим увечьем, втёрся к ним в доверие, обманул, и предал. Те драконы хотели сплести могущественное заклятье, которое если не спасёт всех драконов, то, хотя-бы, остановить дальнейшее его распространение.

И Сайн, в самый последний момент, признался им. Что изучал демоническую магию. Но и тут у него был интерес.

Он солгал, что нашёл одно заклятье в древнем свитке, и, оно могло рассеять любое другое демоническое колдовство. Будучи в отчаянии, несчастные поверили ему, и, даже не осудили за изучение запретных таинств.

И вот, настал час. Драконы плели заклятье, и Сайну была отведена роль того, кто применит тёмное заклятье для исполнения их плана по спасению драконьего рода, в надежде, что пелена с разума их сородичей, всё же, спадёт.