Легенды Таэрена. Таней двух лун. Книга 1

Глава 5. Ил и Рэни

Пришедшая за болью тьма рассеялась. Парение в невесомости исчезло, и парни осторожно осмотрелись.

– Что за хрень? – Ил постучал каблуком по черному мрамору. – Брат, ты прозрачный! Мы что, в чертогах создателя? Да ну нафиг, не хочу умира- а-а-ать!

Рагнар не ответил. Он с интересом изучал загадочный зал. В полумраке мерцали символы, словно живые звезды мирно поблескивали на огромном куполообразном своде.

– Гляди, Рэни. – Ил наконец замолчал и указал в середину зала, где громоздились тяжелые рычажные весы. Одна чаша уверенно стояла на полу, другая, вроде пустая, безуспешно качалась на цепи, будто пытаясь уравновесить прикованную к граниту. – Интересно, что на них взвешивают? Грехи и добрые поступки? Э-э, тут ловить нечего. Где выход обратно?

– Почти угадал, Иллариан Торнбери. – Раздался из полумрака приятный мужской голос. – Но не совсем. Былой опыт прожитых тобою дней здесь не станут мерить.

На свет мерцающих звезд могучей тенью шагнул исполин. Коренастую фигуру незнакомца скрывал походный плащ. Таинственный великан не вызывал ощущения страха. Рагнар замолчал, даже болтливый Ил, казалось, перестал дышать.

– Вы находитесь в Зале героев по одной причине. Ваш жизненный путь переписал носитель амулета. – Приблизившись, исполин слегка склонился над замершими друзьями. – Каждая звезда на этом небосводе – живое сердце тех, кто побывал здесь. Героев, чьи действия и поступки легли на ту или иную чашу, противостояния двух сил, что бьются за господство в мире.

– Сказки прямо какие-то. Мы что, в театре?

– Заткнись, Ил. Не перебивай. – Рэни слегка пихнул друга локтем.

– Вся жизнь как театр, Иллариан Торнбери. И каждому отведена своя роль. Советую запомнить мои слова. – Невозмутимо продолжил незнакомец. – Чаша, что застыла у пола, наполнена энергией тьмы, хаоса и разрушения. А та, что пока безрезультатно пытается перевесить, хранит огонь чистых сердец, стремящихся к истинному свету.

– М-да, весьма негусто у вас с истинным светом. Понимаете, времена такие…

– Да помолчи же ты! – Рагнар снова пихнул друга, уже сильнее. – Простите Ила, слегка не воспитан. Зачем мы попали в Зал героев? Куда делись смертельные раны?

– Я хранитель зала. Наблюдатель, не имеющий имени. И кстати, я не договорил. Когда чаши весов вашего мира уравновесятся, вольется свет истинных миров.

– Вашего мира? – Заметил аристократ. – Так вы у нас проездом?

– Совершенно верно, Торнбери. – Не выходя из тени, хранитель плавно направился к весам. – Вы явились сюда, чтобы стать частью Великого Узора. Я дарую выбор – шанс вернуться к жизни или отправиться в чертоги Создателя.

– Конечно вернуться! Что нужно делать? – Услышав о втором шансе, друзья воодушевились.

– Помните, любые действия влияют на обе чаши. Как при жизни, так и после смерти. Примите напоследок дар. – На шеях друзей замерцали оранжевые кристаллы в сложных золотистых оправах. – Амулеты помогут совершить верный выбор и защитят в крайней нужде. Пора возвращаться. Придет час, мы снова встретимся. К тому времени у вас появятся правильные вопросы. И я дам ответы. Удачи, герои….

***

Зал и исполин исчезли, на смену пришли слабость и боль. Рагнар застонал и с трудом открыл глаза. Он лежал на белоснежной госпитальной койке. В воздухе обитал сладковатый запах настоек и лекарственных трав. На краю постели сидела уставшая мать. Крепко сжимая ладонь единственного сына, она безмолвно шевелила губами, видно читая молитву.

– Милый, скорее сюда. – Заметив, что Рагнар приходит в себя, женщина вскочила. – Рэни очнулся! Слава Творцу, ты жив, мое солнышко.

– Где Иллариан? – Рагнар попытался встать, но резкая боль напомнила о распоротом животе.

– Не вставай, сынок. Он на соседней койке.

Оглядевшись, в двухместной палате Рэни увидел друга. Лежащий в бинтах словно мумия, Ил пошевелился и застонал.

– Лекаря! – Звонко позвала мать, не отпуская ладонь сына.

Сморщившись от боли, Иллариан нащупал на груди амулет. Энергия кристалла словно окутывала тело, даря ощущение тепла и покоя. Аристократ огляделся, и нахмурившись, опустил разбитую голову обратно на подушку. Не поднялся даже, когда призванный лекарь направился в его сторону.

Следом за лекарем в прохладу комнаты зашел отец Рагнара. На уставшем лице новыми морщинами отражалась бессонная ночь, наполненная переживаниями.

– Кто посмел сотворить такое с тобой, сын? – Устало спросил он.

– Не знаю. В парке было темно. Я шел домой, как ты и велел. – Рагнар говорил с трудом, каждое слово отдавало острой болью.

– Как выглядел убийца? Говори тихо, я услышу.

– Кажется, преклонных лет. Из-за капюшона не видно было лица, лишь старческий подбородок. Уверен, это Даркс.

– Виновный будет найден, обещаю. Лежи и отдыхай. Как поправишься, уедешь на службу. А я разберусь с теми, кто это сделал. Мелисса, пойдем домой. Сын жив и находится в руках профессионалов.

– Скажите, меня кто-нибудь посещал? – Спросил Ил у лекаря, когда родители Рэни скрылись в коридоре госпиталя.