Легенды Талмирии: Пепел лжи.

Глава 8. Возвращение на Поляну Отшельника.

После того как дежурный офицер Найлин удалилась, оставив капитана Тарона и Торопыгу одних, тишина в кабинете командира городской стражи продлилась не долго. Вскоре раздался скрип ступеней, это по лестнице со второго этажа спускался Сержант Галион. Он шёл уверенно, с видом эльфа, который давно знает своё место в этом гарнизоне — и всех, кто в нём служит. Не спеша он вошёл в кабинет капитана Тарона и закрыл за собой дверь.

Сержант Галион был лыс, как колено, за что сослуживцы давно прозвали его «Желудем». Правда, никто не осмеливался называть его так в лицо — все знали, что Галион ненавидит это прозвище. Все знали, что однажды дерзкий новобранец всё же рискнул обратиться к нему этим прозвищем во всеуслышание — и на следующий же день у того нашлась масса срочных, крайне неприятных обязанностей по всему гарнизону, от чистки сточных канав до ночного дежурства на самой дальней башне.

С тех пор даже самые отчаянные держали язык за зубами. Офицеры и солдаты предпочитали обращаться к нему по имени или прибавляя звание. Несмотря на вспыльчивый нрав, Галион пользовался уважением среди подчинённых. Он никогда не бросал своих людей в беде. А уж когда дело доходило до настоящей угрозы, Желудь — как называли его шёпотом за спиной — становился по-настоящему страшен для врагов.

— Глорион, тебе необходимо подкрепиться, — сказал он участливо. — Сходи на кухню, позавтракай как следует. И возьми там еды для остальных лесных патрульных — они наверняка голодны после такой ночи. А затем иди на плац, мы будем ждать тебя там.

Торопыга благодарно кивнул головой, показывая, что всё понял. Действительно, желудок уже напоминал о себе — с вечера он ничего не ел. Он поднялся с кресла и направился на второй этаж, где располагались спальные помещения стражников, комната собраний, библиотека с хрониками и списками патрулей, столовая с кухней.

Капитан Тарон проводил лесного эльфа взглядом, а затем, вместе с Сержантом Галионом, вышел из помещения казарм на плац. Утреннее солнце уже достаточно поднялось, чтобы осветить весь двор, и тени от деревьев стали короче.

На плацу уже слышались голоса собирающихся стражников. Скоро им предстоит отправиться на Поляну Отшельника. Там им необходимо будет помочь лесном патрулю выяснить, что произошло с Арлиндом Отшельником и понять, какая угроза таится в лесной тишине.

А Глорион Торопыга, тем временем, поднимаясь по скрипучим, но крепким ступеням, уже предвкушал горячую еду. Столовая с кухней всегда были одним из самых оживленных мест в казармах, источником силы и доброго настроения. Здесь, обычно, царил веселый гомон, смех и дразнящие ароматы готовящихся блюд.

Большая, просторная комната на втором этаже была оборудована огромным каменным очагом, из которого всегда тянулся аромат свежего хлеба и наваристой похлебки. Дежурные повара, обычно пожилые эльфы или эльфийки, которые уже не могли нести службу в патруле, но отлично справлялись с кулинарным искусством, всегда радушно встречали голодных стражников.

Длинные, отполированные до блеска деревянные столы, к которым направился Торопыга, стояли по центру помещения. Они были готовы принять как одиночного посетителя, так и целый отряд стражников.

После завтрака в прохладной казарменной кухне, где дежурный повар накормил его густой ячменной похлебкой с лесными грибами и свежеиспеченным хлебом, Глорион почувствовал, как силы возвращаются в его уставшее тело. Торопыга аккуратно уложил в походную котомку завтрак для остальных членов лесного патруля — сверток с копченым мясом, твердый сыр, лепешки с медом и фляжку с травяным отваром. Поправив на плече ремень котомки, он вышел из здания казармы на плац.

Осеннее утро встретило его мягким золотистым светом, пробивающимся сквозь листву вековых дубов, окружавших казармы. Воздух был свежим и прохладным, с едва уловимым ароматом опавших листьев и утренней росы. На плацу уже собрались те, кого ожидал увидеть Торопыга.

Сержант Галион, сверкая лысиной, стоял в центре группы, его широкая фигура излучала привычную уверенность, а глаза внимательно оценивали выстроившихся перед ним стражников. Рядом с сержантом расположился капитан Тарон Крепкий, его мощная фигура казалась еще более внушительной в утреннем свете. Дежурный офицер Найлин ТеньНочи держалась чуть в стороне, она наблюдала за происходящим с холодным вниманием.

Плац городских казарм Ду Лотэна представлял собой просторную ровную площадку с утрамбованной землей, по краям которой были уложены серые каменные плиты. Древние эльфы считали это место священным — здесь, согласно преданиям, проводились ритуалы боевого посвящения задолго до того, как появилась организованная городская стража.

Старая легенда гласила, что глубоко под плацем казарм, где теперь чеканили шаг молодые стражники Ду Лотэна, покоился прах Хальдрана Кривого – первого командора, чьё имя стало легендой. Рассказывали, что Хальдран не был самым крепким или высоким из эльфов, но его прозвище "Кривой" дано было не из-за физического изъяна, а из-за его непредсказуемой, но всегда верной тактики. Он мог повернуть отряд так, что враг оказывался в ловушке, или вывести своих бойцов из, казалось бы, безвыходного положения одним лишь неожиданным маневром. Именно Хальдран заложил основы обороны Ду Лотэна, разработав систему лесных патрулей и обучив первых стражников искусству незаметного перемещения и бесшумного боя.

Под его началом, в те далёкие времена, когда Ду Лотэн был всего лишь небольшим эльфийским лесным поселением, он выдержал несколько осад, когда враги, казалось, могли бы разорвать городок на части. Однажды, во время нашествия людей с юга, когда стены казались тонкими, а лучники устали, Хальдран, вместо того чтобы ждать подкрепления, повел небольшой отряд в глубокий тыл противника. Ночью они устроили такой хаос, что люди в панике отступили, думая, что столкнулись с целой армией эльфов. Его мудрость и бесстрашие стали краеугольным камнем для всех последующих поколений стражников.

Память о Хальдране Кривом передавалась из уст в уста, обрастая новыми деталями и чудесами. Говорили, что на рассвете, когда первые лучи солнца, касаются плаца, его дух незримо присутствует здесь, наблюдая за тренировками и наставляя тех, кто готов слушать. Молодые стражники часто приходили сюда перед ответственным патрулем или сложным заданием, в молчании стоя у центральной плиты, веря, что мудрость и отвага Хальдрана снизойдут на них. Он был не просто частью истории Ду Лотэна, он был его живым духом, вечным стражем леса и города.