Легенды Талмирии: Пепел лжи.

Глава 20. Ночь на заброшенной мельнице.

Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая осенний лес в золотистые тона. Четверо лесных эльфов залегли в густой траве за кустарником боярышника и наблюдали за старой водяной мельницей, расположенной не более чем в трехстах шагах от них.

Между окраиной леса, где они прятались, и мельницей простирался широкий луг, поросший травой. Луг тянулся полосой между рекой и лесом. Ширина луга в разных местах достигала двухсот - трёхсот шагов.

Ветер доносил до эльфов запах речной сырости и прелой травы. Финдал Шестипалый осторожно раздвинул ветви и повёл взглядом вдоль луга: высокая трава время от времени стелилась волнами, когда по ней пробегал ветер. Справа от мельницы Гарета неподвижно стояла покосившаяся пристань. На воде, покрытой ряской, плавали утки.

Между пристанью и старой мельницей располагался когда-то жилой дом мельника, с обвалившейся крышей, и опутанная диким виноградом конюшня. С другой стороны, стояли, почти полностью разрушенные хозяйственные постройки.

— Тихо, как в могиле, — прошептал командир эльфов. — Никого не видно.

Всматриваясь в потемневшие от времени стены построек, он пытался обнаружить там хоть какие-то следы разыскиваемых ими людей. Здания казались мертвыми, их окна зияли черными провалами, крыши провалились, а водяное колесо развалилось надвое.

С другой стороны кустов, из-за которых Финдал рассматривал мельницу, ЛинДир сын ГилДора внимательно изучал пристань. Когда-то к этой пристани причаливали баржи с зерном, а теперь старые доски накренились и частично ушли под воду.

— Смотрите, — радостно воскликнул ЛинДир. — Лодка здесь, значит и те, кого мы ищем тоже здесь.

И действительно, к одной из старых свай пристани была привязана лодка, которую кто-то умело спрятал, от лишних глаз со стороны реки, за разросшимся камышом. Хотя, со стороны леса и мельницы, внимательно присмотревшись, суденышко можно было заметить.

— Так, так, так… Это хорошо. Значит оборотни не обманули. Подождем до темноты, — ответил ему Шестипалый.

До захода солнца оставалось менее часа. Все ждали, когда дневное светило скроется за горизонтом. Где-то вдали, за рекой, раздался вой волка. Лаэрог достал из сумки небольшой свёрток с едой. ЛинДир молча что-то жевал. Глорион Торопыга, которому было просто не чем заняться, негромко произнес:

— Помните, что старики рассказывают про мельницу Гарета?

Лаэрог оживился. — Про ночного гостя мельника? О, я эту историю знаю с детства.

— Пока есть время, расскажите, что знаете об этом месте, — негромко предложил ЛинДир. — Легенды и слухи помогают скоротать время.

— Гарет был крепкий мужик, добрый, честно работал, — начал Торопыга. — Но умер странно. Нашли его в камышах у затоки, лицо застыло от ужаса, а на спине обожженный отпечаток ладони.

— Слышал эту историю, — кивнул Лаэрог. — Говорили, будто к нему ночью приходил некто в темном плаще. Просил смолоть не зерно, а кости. А когда Гарет отказался, незнакомец откинул капюшон и под капюшоном старый мельник увидел лицо одного из тёмных Демиургов.

ЛинДир скептически хмыкнул:

— Байки для детей. А вот что знаю точно —. Родители Гарета умерли от лихорадки за одну неделю. Похоронили их на пригорке, тут, не далеко от мельницы. Гарет на этом месте прожил почти полсотни лет и при этом он неплохо ладил с оборотнями. После смерти Гарета его семья не захотела жить по соседству со зверообращенцами. Кроме того, начались рассказы про призраков на кладбище. Жена Гарета с детьми перебрались в город. С тех пор рыбаки рассказывают, что в лунные ночи видят тут призраков, идущих от могил к реке.

— Есть и другая легенда, — вмешался Лаэрог, понизив голос до шепота. — Говорят, что раньше тут было старое кладбище зверообращенцев. На том кладбище закопаны не только семья мельника, но и оборотни, убитые много лет назад. Их похоронили без обрядов, и теперь неупокоенные духи бродят, ища себе новые тела.

Финдал, до сих пор молчавший, тихо произнёс:

— Хватит пугать друг друга. Мертвые пусть лежат спокойно, а мы займемся живыми.

Постепенно сумерки сгущались, и первые звезды замерцали на потемневшем небе. Река Серебрянка превратилась в темное зеркало, отражающее бледно желтую Сильмару, всходящую на небосвод. Старая мельница теперь выглядела еще более зловеще — черный силуэт на фоне грязно-жёлтого неба.

Внезапно Лаэрог встрепенулся, приложил ладонь к уху и напряг слух. Со стороны старой мельницы доносился приглушённый гул голосов. Человеческая речь. Он различал не слова, а интонацию — короткие фразы, хриплый смех, ворчание. Сердце эльфа забилось чаще.

— Тише, — еле слышно прошептал он. — Там кто-то есть.

Остальные эльфы замерли, прислушиваясь. Для них в ночной тишине слышались лишь обычные звуки — плеск воды у колеса, шорох камышей, далекий крик совы. Но Лаэрог, обладал самым острым слухом в патруле, и все знали, что он в таких случаях никогда не ошибается.

— Слышу голоса, — прошептал он. — Человеческие. Двое, не больше. Со стороны мельницы.

Затем ветер сменил направление и доносившиеся голоса так же внезапно смолкли.

Финдал, продолжая вглядываться в темные очертания старой мельницы, спросил:

— Торопыга, сколько времени потребуется, чтобы сбегать за подмогой?

Глорион быстро прикинул в уме:

— До города через лес — четыре часа быстрого бега. Собрать отряд — еще час. Обратно — пять часов, ночью медленнее. Итого — назад вернусь только к полудню.

— Слишком долго, — покачал головой Финдал. — За это время наши птички могут улететь. Будем действовать сами, но сначала надо разведать обстановку. Пойдут двое, — продолжил Финдал. — Лаэрог, подберешься к мельнице и надо заглянуть внутрь каждой постройки. Определишь, где именно прячутся люди. Постарайся разведать, кто там и сколько их. Только осторожно. Затем вернёшься назад к нам сюда и расскажешь, что обнаружил.

Молодой следопыт кивнул, проверяя крепление ножа на поясе.

— ЛинДир, — продолжал Финдал. — Ты пойдешь к пристани. Уведи их лодку подальше вниз по течению и где-нибудь спрячь. Без лодки им труднее будет сбежать. А потом поднимись на чердак конюшни, амбара или сарая — выбери место, откуда видно все постройки, и займи там позицию, будешь прикрывать нас из лука. Когда все сделаешь, то подай нам сигнал.