Легионы просят огня

Глава 5. Человек с серебряным лицом

Титан Прометей подарил людям огонь. И в каждом человеке есть частица этого дара – иначе бы у нас не было бессмертной души.

Так говорят.

Но одно все забывают…

Откуда Прометей взял огонь? Правильно. Позаимствовал у кузнеца Вулкана, обитающего в глубинах Эреба. В подземном мире...

В мире мертвых.

Какая ирония. В каждом из нас – без исключения! – горит огонь Преисподней. Отражаясь в черных водах болота Коцит. Да, за это надо выпить неразбавленного…

Каждый человек носит в себе частицу Ада.

* * *

«Эй, ты!» – удачное имя для домашнего раба. Никогда не забудешь.

- Господин, он здесь, - говорит Эйты.

- Хорошо.

Я откладываю в сторону стило и восковую табличку, встаю.

В атриуме палатки ждет невысокий кавалерист. При виде меня он выпрямляется. И тут я понимаю, насколько он худой. Скелет, кое-как обтянутый кожей. Болезненно бледное лицо с желтизной, глубоко запавшие глаза.

Он вскидывает руку, чтобы отдать честь – и вдруг начинает кашлять. Пытается зажать рот ладонью. Бесполезно.

Кха-кха. И словно рвется что-то внутри. И чем сильнее кавалерист пытается сдерживаться, тем хуже.

- Про… простите, легат, - говорит он наконец.

- Давно это у вас?

Кавалерист поднимает взгляд. С трудом выпрямляется.

- С похода Тиберия.

Всего два года? Великая Германия сожрала его здоровье и силу. Выпила кровь. За это время от человека остались кожа, кости да боевые награды…

Грудь кавалериста увешана фалерами – за храбрость, за взятие чего-то там, за осаду крепости и прочее.

Награды тяжелые. Это, видимо, чтобы его не унесло ветром.

Марк Скавр, декурион всадников Восемнадцатого легиона, салютует:

- Легат!

- Это ты нашел моего брата, декурион?

- Да, легат.

Я медлю, прежде чем задать следующий вопрос.

- Кто был с вами?

Я знаю ответ, но должен убедиться.

- Однорукий варвар по имени Тиуториг, - говорит Марк. - Этот гемслужил у нас проводником. Раньше он несколько раз нам помогал, и все проходило хорошо. Мы ему доверяли. Но на этот раз… Вы сами знаете, легат.

Конечно. Но я до сих пор не могу сложить воедино эту мозаику.

Итак. Однорукий привел моего брата и его охрану в маленькую германскую деревню. Там у брата была назначена встреча. С кем? Я до сих пор не выяснил. Но дело было важное и секретное, иначе бы Луций не поехал сам, лично. Причем с маленькой охраной.

А потом этот же Тиуториг нашел отряд Марка и заявил, что «римские солдаты в опасности». Всадники тотчас выдвинулись. Однорукий привел турму Марка в ту самую деревню, где они нашли тело моего брата и его мертвых легионеров. И исчез. Прежде чем Марк успел сообразить, что гему стоит задать некоторые вопросы.

По времени не совпадает, вот что меня тревожит. К моменту появления в деревне всадников Марка Скавра мой брат и его люди были уже мертвы. Тиуториг должен был сначала привести Луция в деревню, затем срочно ехать за Марком, а потом возвращаться с всадниками в деревню. Убивать моего брата у него просто не было времени. Это сделали другие.

Если бы не странное исчезновение Тиуторига, я бы решил, что Луций почувствовал опасность и сам послал варвара за подмогой… Просто помощь запоздала, но… Гем привел людей Марка в деревню и исчез. Потом однорукого видели в разных местах, достоверно известно, что Тиуториг ранил одного римского солдата. Когда я приехал в Германию, однорукий проник в дом Вара, в мою комнату – и что-то искал там (неужели глиняную птичку? Или кодекс Луция?). Тарквиний, старый раб, воспитывавший меня с детства… Он невовремя зашел в комнату – и однорукий цинично убил старика. Хотя мог просто оглушить.

Я снова чувствую горечь. За Тарквиния мне обидней всего.

В общем, у меня теперь две задачи: найти однорукого и узнать имя того, с кем встречался Луций.

Проклятье, проклятье, про…

Я стучу по столу ладонью, потом соображаю, что делаю. Поднимаю взгляд.

- Когда вы нашли убитых, кровь была свежей?

Декурион кивает:

- Прошла всего пара часов, может, даже меньше.

- И убийцы могли находиться рядом, - говорю я медленно. – Интересно. Закололи всех римлян и…

- На вашем брате не было ран.

- Нет?

Этого я не знал.

- Мы нашли Луция Ветурия в доме. Сидел с открытыми глазами, за столом. Словно уснул. Ваш брат уже не дышал, легат. Но… - декурион запинается.

- Что «но»?

- Ну, он скорее выглядел спящим, чем мертвым.

Спящим? Интересно. Яд не очень сходится с моим представлением об одноруком. Этот гем скорее убьет собственными руками… вернее, единственной рукой… чем возьмется за отраву. К тому же «яд» подразумевает знание о ядах. Что тоже не так просто. Это уже Рим. Египет. Или, скажем, Парфия и дальше на восток. Там это дело любят. А тут люди простые… Варвары.

- Яд?

Декурион пожимает плечами.

- Не знаю, легат. Я не очень в этом разбираюсь.

Я молчу. Думаю.

«Случайностей не бывает», сказал последний из атлантов. «Случай – это просто выбор того или иного варианта».

- Марк? – говорю я наконец. Поднимаю взгляд. Кавалерист переступает с ноги на ногу.

- Легат?

- Покажешь мне это место?

* * *

Небесный эфир, он же квинт эссенция — пятая стихия. Легчайший слой воздуха, в котором живут и которым дышат боги. Если задрать голову и посмотреть вверх, то его даже можно увидеть. Он голубого цвета. Он — Келест. Небесный.

Его зовут так же, как меня. И как звали моего брата. Как нашего отца.

Келест. Семейное прозвище.

Означает высоту стремлений, чистоту помыслов, полет мысли… и что-то еще.

А еще мы очень жестокие. По себе знаю.

* * *

Тит Волтумий, старший кентурион Семнадцатого легиона. За сорок, круглая голова с сединой в висках. Жесткие черты лица, крупная челюсть. Насмешливые морщины в уголках глаз. Кентурион идет, слегка прихрамывая. В какой-то момент он оступается и едва заметно морщится. Тит Волтумий был ранен в ночном бою, когда наши пути пересеклись с шестью гемами. Меня тоже задели, но то была царапина. Рана Волтумия оказалась гораздо серьезнее…