Лекарь Его Высочества

Глава 4

Зрение возвращалось постепенно, как и слух. Сначала перед глазами в кромешной тьме заплясали разноцветные кляксы, будто осколки разбитого калейдоскопа, и вот, спустя несколько минут, я смогла рассмотреть среди них яркие пышные юбки, изумрудную листву и бледно-голубое безоблачное небо. А потом хлынули звуки. Встревоженные женские голоса, переходящие в надрывный крик. Где-то, на задворках сознания, еще звучал чей-то жалобный визг и надсадное хрюканье.

Мысли стали вязкими. Растеклись патокой. Меня словно огрели обухом по голове. Мозг отчаянно хотел снова провалиться в забытье, избавившись тем самым от раздражающих ярких красок, оглушающих громких звуков и боли, что сдавила виски, словно стальной обруч.

— Луиза, — раздался над головой знакомый голос, а после появилось искаженное гримасой боли лицо его обладателя, которое закрыло от моего взора небесную лазурь. — Вы как?

— Я умерла? — прошептала пересохшими губами.

Рауль улыбнулся одними уголками губ.

— Нет, — ответил он. — Мистер Фаргхольмм, помогите юной мисс подняться, — небрежно бросил Рауль куда-то в сторону.

— Простите, ваша милость, но по протоколу, — протянул незнакомый мужской гнусавый голос, — в первую очередь я должен оказать помощь вам. Идемте, — добавил он. — Не беспокойтесь, я уже распорядился, чтобы о девушке позаботились.

— Мистер Фаргхольмм, — в голосе Рауля послышались угрожающие рычащие нотки, — согласно протоколу вы должны подчиняться мне. И я настаиваю…

— Я подчиняюсь только Его Высочеству принцу, — перебил мужчину гнусавый голос. — А протокол — глас его уст.

Пелена, застилающая взор, постепенно начала отступать. Увлеченная разговором, я приподняла все еще тяжелую голову, чтобы получше рассмотреть собеседника виконта. Ничего не вышло. Лишь слева мелькнул темно-фиолетовый балахон, словно тень пронеслась мимо. В глазах потемнело, к горлу подступила тошнота, и я, застонав, вновь опустила голову на твердую поверхность. Как же мне сейчас не хватало мягкой подушки!

— Таурус, быстрее! — прогремело совсем рядом. — Поднимите ее!

Чьи-то руки осторожно подхватили меня, словно хрупкую фарфоровую куклу. Чувство полета лишь усилило тошноту, поэтому, когда тело вновь положили, я облегченно вздохнула. Кажется, мой вздох сочли дурным предзнаменованием, ибо Рауль тут же велел тому самому Таурусу поторопиться.

— В Королевское крыло, — припечатал виконт, чем не на шутку разозлил своего собеседника.

— При всем моем уважении, ваша милость, но это недопустимо! Этой девице там не место! Это создаст угрозу Его Высочеству! И напомню еще раз, что согласно протоколу….

Как бы я не старалась ухватиться за обрывки чужого разговора, мое истерзанное тело все равно предпочло забытье. Вязкая темнота окутала мой разум, и я провалилась в сон.

***

— Ох уж эти мужчины! Ущерб от их деяний соразмерен тому, что приносит с собой разбушевавшаяся стихия или армия Гнилостной ночи. — — ворковала надо мной розовощекая круглолицая женщина с копной огненно-рыжих волос, собранных в замысловатую прическу на макушке. — Ты в порядке, дитя? — Ее горячая ладонь коснулась моей щеки, и я поспешила кивнуть.

Головная боль отступила, сознание вновь стало ясным, но в теле поселилась изматывающая усталость.

— Что произошло? — прошептала я, приподнимаясь на мягких подушках, которых на широкой кровати было в избытке.

— Этот ирод, — небрежно фыркнула она, словно выпустила пар из кипящего чайника, но тут же, спохватившись, добавила, — виконт Рауль де Морье, тебя едва не убил! — От подступившего гнева щеки женщины вспыхнули пурпурно-алым пламенем. Высокий ворот ее пышного темно-зеленого платья, подпирающий подбородок, впился в кожу, образовав складку. — Ему протокол не писан. Знаешь, дитя, есть люди, которых власть развращает. Так вот, знай, виконт де Морье как раз из таких! Держись от него подальше! Бойся, словно чумы!

Я нахмурила светлые брови. У меня сложилось иное мнение о Рауле.

— Красота обманчива, — бросила женщина. Кажется, я произнесла эти слова вслух. — А его красота еще и погубить может. Он словно цветок, прекрасный снаружи, но смертельно ядовитый внутри.

Впрочем, случившееся меня интересовало сейчас куда больше, чем сам виконт.

— Где я? — задала вопрос, который уже давно вертелся на языке.

Комната, куда меня принесли, была светлой и просторной. Два больших панорамных окна были распахнуты настежь, впуская свежий воздух и солнечный свет. Легкие воздушные занавески из газа взмывали в воздух от легкого дуновения ветра, заглядывающего в помещение. Солнечные блики плясали на мраморном полу, в котором при желании можно было рассмотреть собственное отражение, словно в зеркале. Впрочем в этом не было нужды. Напротив кровати возвышалось зеркало в человеческий рост в резной позолоченной раме, в котором отражалась кровать и пространство за ней. Я успела рассмотреть высокий платяной шкаф, комод на причудливых изогнутых ножках и даже пушистый ковер.

— Это, — женщина обвела комнату пухлой рукой, — самые лучшие покои в Королевском крыле, — не без гордости заявила она. — Разве что сам принц может похвастаться более выдающимися. Тебе, милочка, очень повезло, — назидательным тоном заключила она. — А нам и подавно!