Лекарь жестокого генерала

Глава 3. Связаны

Генерал не отвечал мне. Однако растерял свою былую уверенность. Не потому, что не понимал свои шансы. Он видел, с каким хладнокровием и знанием дела я всё излагаю, и становилось ясно: я не блефую.

А я и правда не обманывала.

Почему я должна бегать вокруг человека, который всадил себе ядовитый кинжал в руку и не хочет позволить ему помочь?

Я всего лишь лекарь, а не замена инстинкта самосохранения. Хочет лишиться руки или того хуже – взрослый мужчина. Это его выбор.

Помолчали ещё какое-то время. Я всё смотрела в огонь. Если честно, не знала, каковы шансы, что он будет до упора настаивать на своём. Просто плыла по течению.

— Чёрт с тобой, – раздался, наконец, голос Леогарда, и он сел в кресло. – Посмотрим, чего стоят твои знания и принципы.

Я не сдержала улыбку. Это была не злая усмешка триумфа. Я ощущала себя дрессировщиком, который выжидает, когда лев перестанет на него рычать и всё-таки пустит к миске. Чтобы его банально могли покормить.

Мой лев, наконец, образумился.

— Положите руку на подлокотник ладонью вверх. И замрите. Я вытащу кинжал, – начала раздавать указания, когда поднялась, продезинфицировала вновь руки и надела перчатки.

Генерал фыркнул, но сделал, как было сказано. Он выглядел… скучающе. Я не понимала, как человек, который истекает кровью, может вести себя так, будто у него в руке не лезвие, а мелкая заноза.

Это какой же у него болевой порог?

И какими ужасами он его выработал?

Леогард не поморщился, когда я вытащила кинжал. Я не боялась ошибиться. Делала подобное сотни раз. Правда, обычно монстры оставляют в воинах совсем не ножи.

Обработала рану. Однако, чтобы начать её залечивать, нужно сделать нечто важное.

— Вы знаете, что дальше? – делово спросила я.

— У меня в подчинении были десятки медиков. Конечно, знаю, – генерал ухмыльнулся. – Стоит отметить, что связывать себя с женщиной на ментальном уровне приятнее. Хоть какой-то плюс.

Я разочарованно вздохнула, но решила не вестись на его провокации в сторону моего пола.

— Я сделаю надрез.

— Зачем? – Он ядовито хохотнул. – У меня в ладони дыра.

— Потому что рана, из которой выпускают кровь для связывания, не заживает до конца, пока не разорван пакт. У вас останется шрам. И если мы возьмем кровь из этой дыры, он будет большой и уродливый.

— Очнись, дурёха, – он покрутил рукой, не обращая внимания на боль и капли крови, – у меня и без того всё до локтей в рубцах и ожогах. Мне от нового шрама хуже не станет. Так что плевать, каким по размеру он будет. Всё равно, как только ты покажешь, что проседаешь в медицине, мы разорвем связь и все заживет.

— Или когда вы перейдёте черту в этих ваших якобы искрометных оскорблениях, – коротко кивнула я. – Хорошо. Из ладони так из ладони.

Я сняла перчатки и сделала маленький надрез под своим большим пальцем чуть выше запястья. Надавила на кожу, чтобы кровь пошла лучше. После чего довольно крепко взяла Леогарда за руку, не боясь причинить ему боль. Мы должны были совершить рукопожатие.

— Связаны, – тихо шепнула я, смотря точно в карие глаза генерала.

— Связаны, – повторил он за мной, и по нашим запястьям побежала красная нить. Она тянулась прямо из смешавшейся крови. Словно чернила, которыми вырисовывали веревку. Я физически ощутила, как она натянулась, впилась в кожу, а после стала красным рисунком… и вовсе исчезла.

Ритуал был завершен.

Это была моя третья связь.

Ранее я не работала у высших чинов, но нам разрешалось связывать себя магией с пациентами, которые надолго застревали в госпитале. Обычно они были тяжело больны, им требовался уход куда более глубокий, чем простые человеческие методы.

Связывать себя с кем-то по правилам можно было лишь раз в полгода. Однако я знала, что из-за силы генерала Рэгланда его лекари менялись куда чаще. Такое мог позволить себе лишь очень сильный пациент. На здоровье остальных это отразилось большим вредом. Но… Леогард был уникумом.

Установка магической связи не до конца изучена. Некоторые говорят, что, если связываешь себя с человеком, который близок по духу, можешь ощущать его эмоции и чувства. Но всё это выдумки. И я ничего такого не ощутила. Лишь в момент, когда мы разомкнули руки, у меня на секунду потемнело в глазах. Словно я ослепла. Но через секунду всё нормализовалось.

Генерал тоже что-то ощутил. Я заметила, как дрогнули его зрачки, а после он странно облизнулся и задумчиво произнес:

— Чувство, словно я наелся медовых конфет и не могу убрать остаток с губ. Бесит. Ненавижу сладкое.

Я не придала этому значения. Лишь отложила все теперь ненужные медицинские атрибуты и замерла на секунду над раной «пациента».

— Вы знаете, как это работает, но я не могу не уточнить. Быстро, но больно или медленно, но безболезненно?

— Ты уже должна была понять, каков будет ответ, пчёлка.

Я пронзила его недовольным взглядом после очередного непрошеного «прозвища». После чего вжала подушечки пальцев в рану на ладони генерала. Тот впервые стиснул зубы.