Лекарь Жестокого Генерала, или Скандальный Отбор

Глава 12. Я теперь служка!

Замок у Торена был… что надо.

Даже я, успевшая повидать в этой жизни и хижины, и амбары, и один трактир с крышей из капустных листьев, приуныла от вида величественных садов.

Каждая травинка стояла по линейке, а воздух пах так, будто сам Перун вдохнул — и выдохнул аромат чистоты, яблоневых листьев и только что скошенной травы.

Судя по виду — газон только-только постригли, и его прелестный, свежий запах витал в воздухе, щекотал ноздри и коварно подсказывал желудку, что неплохо бы поесть.

Очнись, Мира! Потом пожрешь. Уверена, что обед тут у них не по расписанию и не для всех.

Аллеи были широкие, мощеные, и вели к фонтанам, от которых веяло благородной прохладой.

Вокруг — собственный сад князя: яблони, черешни, абрикосы, сливы, как на добротной ярмарке, только с охраной. Видимо, чтоб никто не украл.

Тут же росли кусты роз, чьи сладкие ароматы вплетались в травяную ноту, и от этого всюду стоял дух... нет, не романтики.

Дороговизны. Розы, вообще-то, это вам не ежик пукнул.

Под ногами — черепица, да такая чистая, что в ней отражались и небо, и мое не до конца отмытое лицо.

По ней явно кто-то проходился с щеткой, щедро выливая трудовой пот и, возможно, проклятия.

Представляете, если выдраить все это надо ручками?! Я бы с ума сошла.

Я любовалась этим великолепием, как деревенская курица, попавшая в тронный зал, и настолько зазевалась, что не заметила, как мы оказались внутри.

Маруся шла уверенно, а я плелась следом, оборачиваясь каждые два шага и пытаясь не отстать и не упасть в обморок от красоты.

Внутри замка было не менее оживленно.

Служки мелькали, как шустрые мышки, с подносами, ведрами, бумагами и озадаченными лицами.

На них были те же платья, что и у Маруси, только бежевого цвета — видимо, чтобы не смущать глаз слишком яркими красками и сразу было понятно: это не госпожа, а человек, который натрет вам пол до зеркального блеска.

Они поглядывали на меня с интересом. Мельком, но многозначительно.

Так смотрят кошки на новую собаку в доме. Или сотрудницы бухгалтерии на новенькую, которую взяли «без опыта, но по знакомству».

И я отвечала им тем же.

Потому что в любом коллективе женщина понимает: ты не просто человек, ты — участница невидимого, вечного соревнования за право не быть последней.

Коридоры менялись один за другим.

Просторные, чистые, с утонченной резьбой по дереву, которую, по ощущениям, кто-то каждую неделю протирал полотенцем, пропитанным настоем для блеска.

Окна были большие, что, честно говоря, слегка удивляло — для этого времени такие архитектурные решения выглядели из разряда «богато, но опасно».

Но, видимо, вкусовщина у князя была соответствующая: любит простор, свет и, вполне возможно, эффектные драматические проходы в лучах солнца.

Не зря же дракон.

Жестокий дракон.

Убийца.

Атмосфера внутри замка была напряженной.

Воздух буквально вибрировал — как перед бурей. Или экзаменом. Или, когда ты случайно уронил за пазуху змею и стараешься сделать вид, что все хорошо.

Маруся наконец свернула в боковой проход, провела меня еще по одному коридору — и мы оказались в комнате для персонала.

— Значит так… как тебя там? — спросила она, разворачиваясь ко мне.

В ее глазах сверкнуло что-то, от чего я инстинктивно выпрямилась, втянула живот и приготовилась к моральной порке.

— Мира, — четко ответила я, с достоинством домовой девы.

— Да-да, Мира, — пробурчала она, махнув рукой в сторону аккуратно сложенной формы бежевого цвета.

Платье с длинными рукавами, простое, но добротное. Косынка — серая, строгая, аккуратно выглаженная, с вышитой по краю завитушкой.

Видно, что форма стандартная, но с уважением к дисциплине.

— Переоденься, — сказала Маруся. — Как переоденешься — дам указания. Не сможешь выполнить — выгоню. А, и… спального места я тебе пока не выделяю. Покажи, на что способна.

— Поняла, — коротко ответила я.

И Маруся вышла за дверь.

Через пять минут я уже была в бежевой форме, с косынкой, затянутой так туго, что глаза почти щурились сами собой. Одежду от Глаши свернула в простынь и завязала на узел. Положила под скамью. Надеюсь, никто не стащит.

Честно?

Чувствовала себя как репа в корзине: вроде ничего плохого, но в любой момент — под нож.

Маруся, увидев мою новообретенную скромность и аккуратно завязанные рукава, одобрительно кивнула.

Но без лишних эмоций.

Это не тот человек, который будет умиляться. И хвалить тебя за каждую мелочь.

— Так, новенькая, — строго произнесла она. — Раз ты у нас такая смышленая, отправляю тебя в лечебное крыло. Справишься там – пойдешь прислуживать при отборе.

Ух ты! В лечебное крыло?! Лечить кого-то?! Я даже не надеялась! Сейчас, как зайду, как покажу свои знания, как…

— Помыть стены, — спокойно закончила Маруся, раздавив мою радость размером со слона.

— Стены? — уточнила я, на всякий случай.

— Стены, полы, лавки, подоконники. Все, кроме самих больных. Их трогать нельзя. Ты туда зашла — дело сделала и вышла.

И на что я надеялась, дурная.

Она выдала мне деревянное ведро, тряпку с подозрительным вонючим прошлым и щетку, похожую на колючий куст с ручкой.

Я все это в охапку и пошла, бубня под нос молитву и немного проклятие по памяти на случай, если вдруг в коридоре встретится один из тех лекарей-камнекидателей.

Лечебное крыло оказалось в боковом крыле замка, за массивной деревянной дверью с металлическими шишками по краям — видимо, чтобы неприличные гости не совались.

Внутри было удивительно тихо.

Свет из высоких окон ложился на гладкий пол, играя бликами на беленых стенах. Вдоль прохода — деревянные ложа, покрытые выстиранным, но грубым бельем. У некоторых — занавески. Воздух был густой, пахло зверобоем, ладаном и еще чем-то кислым.

Я принялась за дело.

Терла, как будто от этого зависела судьба княжества. Стены блестели, тряпка хрипела от усилий, щетка, кажется, начала подвывать.