Лекарь Жестокого Генерала, или Скандальный Отбор

Глава 26. Ты женщина!

— Шутить изволите? — прищурившись, спросила я у Игоря.

Он лишь хмыкнул и, склонив голову, посмотрел на меня так, как смотрят на сдобную булку.

— Ничуть. Ты мне нравишься, — довольно протянул он.

Неожиданно. И пугающе. И чертовски неудобно. Особенно если учесть, что я только что едва не была прирезана его боевым товарищем, а теперь внезапно превратилась в предмет романтического интереса.

А у меня, между прочим, были совсем другие планы. Например — выжить. Без женихов-драконов и прочих экзотических зверей.

Торен, тем временем, без лишних слов развернулся и покинул общую палату, оставив за собой ощущение зимней бури.

И я… ну да, я тоже за ним.

— Ну вот! Вечно все девочки за тобой бегают! — рявкнул мне вслед Игорь с обиженным видом дворового мальчишки, которому не дали подергать девочку за косички.

Я едва удержалась от смеха. Даже скосила глаза назад. Он и правда стоял с таким выражением, будто сейчас топнет ногой и позовет маму.

Забавно. Почти мило. Но некстати.

Я выскочила в коридор и помчалась вслед за Тореном. Князь шел быстро. Даже не просто быстро — генеральским шагом, как будто собирался вести дружину на штурм.

— Подождите, Ваша Светлость! — крикнула я ему в спину, задыхаясь.

Ноги ныли. А платье цеплялось за все, что торчало из стен. Я даже споткнулась несколько раз!

— Да подождите вы! — почти взвыла я, когда он свернул за угол.

И тут он остановился. Внезапно. Без предупреждения. А я, не рассчитав тормозной путь, врезалась в него с размаху, как слепая курица в забор. Со всей дури — и, конечно, благополучно шлепнулась на пятую точку.

— Мать моя сухая калина… — прошипела я сквозь зубы, потирая бедро.

Подняла голову — и тут же встретилась с надменным, недовольным, ледяным взглядом. Торен смотрел на меня так, будто я только что осквернила алтарь предков.

— Уходи с Игорем, — произнес он.

Ровно. Без тени сочувствия. Хоть бы руку протянул, варвар необтесанный!

— С чего бы?!

— Тебе здесь не место.

— Это несправедливо! — вскинулась я, вставая. — Я же прошла ваше задание! Вылечила вашего товарища!

Князь слегка склонил голову. В глазах — ни капли эмоций. Только холодная решимость и тяжесть.

— Я прикажу, чтобы тебе дали выспаться, поесть и вещей. Сколько золота хочешь?

— Спасибо, конечно… — начала я. А потом глубоко вдохнула. И упрямо выпрямилась. — Но я… я не хочу золото! Я хочу быть вашим личным лекарем!

Торен застыл.

— Ты не подходишь, девка, — отрезал он, глядя на меня как на надоедливую муху.

— Почему? — не унималась я. — Я спасла жизнь вашему другу. Я справилась там, где ваши лучшие лекари сдались. Я…

— Ты не подходишь.

— Так вы меня даже не попробовали, — пробормотала я.

— Не смей предлагать себя, девка, — зарычал он, и в голосе было столько стали, что я невольно отступила на шаг.

— Я предлагаю свой труд! — вспыхнула я. — Свои знания. Свои руки, в конце концов!

Он приблизился. Медленно. До того близко, что я могла рассмотреть тень на щеке и морщинку между бровями. Его глаза — все такие же оранжевые, хищные, нечеловеческие — впились в мои.

— Ты — женщина, — отрезал Торен.

Вот зараза… Словно обвинение выдал. Прямо как будто я внезапно призналась в том, что умею колдовать, ворую кур у соседей и по ночам танцую с лешими.

— Но… в первую очередь я лекарь! — вскинулась я, чувствуя, как в груди бурлит гнев, а щеки начинают пылать от возмущения.

И, правда, звучало это… ну, как извинение. Или как слабая попытка отмыться. Боги, ну почему я иногда сначала говорю, а потом думаю?!

— Не имеет значения, — сухо сказал он и резко отвернулся. — Уходи с Игорем.

Вот так просто. Без объяснений. Без разговоров. Без права голоса. А я, между прочим, только что его другу жизнь спасла!

Он пошел по коридору, его шаги раздавались, как удары сердца — быстрые, тяжелые, безжалостные.

А у меня в голове вдруг вспыхнуло.

— А, так вы переживаете, что я в вас влюблюсь? — насмешливо бросила я ему в спину, скрестив руки на груди.

Он замер.

О, да. Попала. Князь застыл, как вкопанный, и повернул голову в сторону. Медленно. Угрюмо.

— Не переживайте, — добавила я, выдерживая паузу, — вы не в моем вкусе.

Он чуть приподнял бровь.

— Неужели?

— Да, — отчеканила я, вызывающе глядя прямо в его огненные глаза.

— И в койку к чужому мужчине, конечно же, никогда не прыгала? — он медленно изогнул бровь.

Да как он… да как он посмел вспомнить тот случай! Я его даже не с первого раза узнала от стресса.

— Это была крайняя необходимость! И вообще, я не знала, что вы там! А если бы знала, то лучше бы прыгнула в окно! — вспыхнула я, чувствуя, как пылают уши и щеки.

— Вот как? — удивился он, а потом…

Потом он оказался рядом. Не просто рядом — слишком рядом. Так, что воздух между нами загустел, как добротный мед.

Я и пикнуть не успела, как он взял меня за лицо — крепко, но не больно, почти бережно, как будто… как будто я не лекарь, не ведьма, а… женщина. Та самая, которую он только что объявил негодной.

— Что вы… — прошептала я.

Но договорить не успела. Он наклонился и… коснулся губами моих.

Все.

Время остановилось.

По коже пробежал жар, как будто кто-то выплеснул на меня целый котел горячего настоя на зверобое. Меня будто ударило током — мощно, сильно, до самой макушки. Сердце дернулось, дыхание сбилось, разум впал в ступор, а колени начали сдаваться.

Внутри что-то зазвенело, как от прикосновения к чему-то запретному.

И тут… я влепила ему пощечину.