Лекарка из другого мира

Глава 11

Глава 11
Гэрх тем временем снова лизнул мое лицо, оставляя влажную горячую дорожку. Господи, прошу, не дай ему меня сожрать! Только не такая смерть, умоляю тебя!
Краем глаза заметила Евсию, подкрадывающуюся к динозаврику со спины. В руках старуха держала крупную сучковатую палку, которой, очевидно, собиралась огреть ни в чем не повинное животное. Даже несмотря на то, что мне и самой грозит опасность, допустить такую несправедливость я не могла.
Однако моего вмешательства не потребовалось. Гэрх мотнул головой, одним слитный движением вытягивая морду в сторону Евсии, и без труда выхватил палку у нее из рук. Перекусил одним щелчком и выплюнул на землю, посмотрев на меня… с укором. Почему на меня-то?
- Иди отсюда! – бесстрашно крикнула Евсия, взмахивая руками. – Уходи в лес!
Зверь тут же растерял добродушие. Оскалившись, зарычал так злобно, что я едва не описалась от страха. Евсия отшатнулась, выпучив глаза, прижимаясь спиной к дереву позади. Гэрх взревел еще раз, уже не так яростно, а после, словно потеряв к нам интерес, и сам отошел в сторону.
Только задышав в полную силу, поняла, насколько сильно задерживала дыхание.
Зверь не собирался никуда уходить, улегся на землю, вытянув морду перед собой, прикрыл глаза. И только то и дело подергивающийся хвост выдавал его взволнованное состояние.
- Идем в дом, Ирга, - дернула меня за руку первой пришедшая в себя Евсия. – Гэрхи опасны, но они не живут отдельно, только стаями. Этот тоже уйдет к своим, обязательно уйдет.
Послушно шагнула за старухой к дому, то и дело оглядываясь на зубастого звереныша. Он тоже косил на меня полуприкрытым глазом, но прежнего страха, как ни странно, уже не вызывал.
- Они хищники? Гэрхи? – мотнула головой в сторону зверя, стоя уже на пороге дома.
- Всеядные. Прирученных стараются мясом не кормить, от него они становятся буйными и плохо управляемыми. Но и совсем без мяса не могут. А те, что в лесу живут, те да, охотятся на всех, кто плохо бегает. Могут и полерку мелкую съесть, и парвана зазевавшегося, а то и нарагоса стаей загонят.
- Такие вот, - изобразила руками размер, немаленький, к слову, - и стаями живут?
- Дикие да. Переходят с места на место, надолго нигде не задерживаются. Они вообще-то не выходят к людям, избегают поселений. Этот мелкий совсем, детеныш. Отбился, видимо, во время перехода.
Мелкий? – удивленно выглянула за дверь. Звереныш ростом сильно превосходит меня и на мелкого ну вот никак не тянет. Хотя… вспомнила гэрхов, виденных во время сражения. Да, те ящеры были гораздо крупнее.
- И большими стаями живут гэрхи? Такие крупные, наверное, опасно попадаться им на пути?
- По-разному бывает. В наших местах диких гэрхов я, сколько живу, не видела. Говорю же, они и сами людей избегают. Даргаров только слушаются, лишь они укротить дикого могут. Обездвиженные, уже не опасны. Но только для даргаров, - снова повторила Евсия.
- Обездвиженные?
- Укрощенные, - пояснила Евсия. – Послушные воле даргара.
- Евсия, а что если прашек в загон к лелеркам пересадить? – через дверь посматривая на так и лежащего у дерева гэрха, спросила я. Самого зверя отсюда не видно, только шипастый хвост. И вот этот хвост нервно дергался из стороны в сторону, выдавая волнение ящера. – Легче яйца было бы собирать, и кормить всех сразу.
- Лелерки их забьют, - отмахнулась старуха. - Да и летают прашки хорошо, их загоном не удержишь. Только крылья подрезать каждой.
Гэрх никуда не собирался. Посмотрела на него еще раз, только убедившись в этом. Лежит себе преспокойненько, даже хвостом бить перестал.
- Так я… могу остаться? – спросила осторожно, переводя взгляд на Евсию.
- Оставайся пока, - кивнула старуха. - Как быть дальше – Боги подскажут. А пока учить тебя буду, как и собиралась. Для начала покажи, что умеешь, что знаешь. Травы, что висят, определить можешь? Для чего они, от какой болячки, хоть что-то знаешь?
- Чувствую, - призналась, пройдя вдоль ровный рядов развешанных под потолком ароматных пучков. – Но названий не знаю. Вот эта, синенькая травка, при кашле, кажется, должна помогать, выводить мокроту из легких. А как называется, и почему синяя, а не зеленая – не знаю.
- Кахорка это, - задумчиво кивнула Евсия. – Когда в груди хрипит сильно, завариваю ее. Кашель сильнее становится, но хрипы уходят. А синяя она только три дня в оборот, тогда-то ее и надобно собирать на просушку, в другие дни она красная, и коли в те дни сорвать – отравиться можно, причем так сильно, что не каждый целитель вытащит. - А вот это что за ягодки, можешь сказать? – указала на веточку ярко-желтых, высохших прямо на лозе плодов.
Не знаю, как я это делала, правда, не понимаю. Взгляд на ягоды, один только взгляд, и тут же мне приходит понимание, что именно передо мной.
- От дурной болезни эти ягоды, - подняла глаза на Евсию. Не знаю, что она от меня ждала, но решила сказать, как есть. – Какую только в… доме утех подцепить можно.
- Неужто дочь рода Изральи не уберегли от срамных знаний? Откуда тебе известно про дома утех, Ирга? – с вернувшимся подозрением уставилась на меня старуха.
- Просто знаю, - пожала плечами, отводя взгляд.
- Испытание мне Валрея послала перед смертью, - хмыкнула Евсия, качая головой. – Но я не подведу ее, научу тебя всему, чему успею. А там как сама стараться будешь!
Для себя же я решила, что стараться буду. Знания Евсии – то, что может мне помочь выжить. Я - врач, всегда мечтала помогать людям, спасать жизни. Ради своей мечты мне слишком многим пришлось пожертвовать. Невольно вспомнила бывшего мужа. Денис ушел, не выдержав соревнования с главной страстью в моей жизни. Он терпел больше пяти лет. Мирился. Встречал меня с работы ужином, стоически подстраивался под график, молчал, когда срывалась на срочные операции.
Денис не смирился только с одним – смертью нашего ребенка.
По моей вине, по моей глупости. Нерожденный малыш стал жертвой моего тщеславия, комплекса Бога. Я думала, что могу помочь всем, спасти каждого, невзирая на собственное состояние, и Вселенная преподала мне самый горький урок в моей жизни.
После тех событий я еще больше ушла в работу. А, став заведующей, даже ночевала в отделении, не видя смысла возвращаться в пустую холодную квартиру. Денис сам подал на развод, сам собрал свои вещи и тихо съехал, оставляя меня с самой большой любовью – работой.
Я не просила о втором шансе, но он мне дан. И как я распоряжусь им зависит только от меня.