Лекарство для зверя

Глава 8. Невеста, микробы и незапланированный визит

Леди Изольда вплыла в комнату, как галеон под всеми парусами. Напряженное молчание, повисшее в зале, стало таким плотным, что его, казалось, можно намазывать на хлеб вместо масла. Она остановилась, окинула сцену ледяным взглядом, и я почти физически ощутила, как температура в помещении упала на несколько градусов.

Она проигнорировала меня с таким мастерством, будто я была предметом мебели. Причем не очень дорогим. Ее взгляд был прикован к Кассиану.

— Кассиан, дорогой, — ее голос был чистым медом, но я чувствовала в нем привкус мышьяка. — Прости, что без предупреждения, но дело было срочное. Надеюсь, я не прервала что-то… важное?

Она произнесла это, изящно склонив голову, но ее глаза многозначительно скользнули по расстегнутой рубашке Кассиана, потом по моим пальцам, измазанным в мутной жиже, и вернулись к его лицу.

Кассиан, не моргнув глазом, застегнул последнюю пуговицу.

— Изольда. Твой визит всегда важен, — его голос был ровным, но я уловила в нем недовольные нотки. — Позволь представить. Это Элиана, мой новый личный лекарь.

Только после этого Изольда наконец удостоила меня взглядом. Она смотрела на меня сверху вниз, как энтомолог на особенно неприятное насекомое.

— Ах, лекарь, — протянула она. — Как мило. Я слышала, ты подобрал какую-то сиротку из приюта. Надеюсь, она не слишком тебя утомляет своими… обязанностями?

Слово «обязанностями» она произнесла с таким нажимом, что стало абсолютно ясно, какие именно обязанности она имеет в виду. Мой внутренний диагност мгновенно поставил диагноз: «Нарциссическое расстройство личности с истероидными проявлениями. Классический случай. Интересно, она всегда такая приятная или только по четным числам?»

Я заставила себя улыбнуться самой вежливой и профессиональной улыбкой, какую только могла изобразить.

— О, что вы, леди Изольда, нисколько, — ответила я, глядя ей прямо в глаза. — Обязанности у меня действительно непростые, но очень важные. Ведь от здоровья его светлости зависит благополучие всего герцогства. А я отношусь к своей работе очень серьезно. Надеюсь, вы тоже цените здоровье вашего жениха?

На долю секунды ее маска идеальной аристократки треснула. В ее прекрасных глазах полыхнула чистая, незамутненная злость. Но она тут же взяла себя в руки.

— Конечно, ценю, девица, — процедила она. — Именно поэтому я и здесь.

Кассиан, почувствовав, что атмосфера накалилась до предела, решил прервать нашу дуэль взглядов.

— Элиана, на сегодня достаточно. Можете быть свободны. Завтра продолжим.

Я коротко кивнула и направилась к выходу. Но уходить далеко не собиралась. Выскользнув за дверь, я прижалась к холодной стене рядом с косяком, превратившись в слух.

— Кассиан, я приехала не просто так! — голос Изольды изменился, из него исчезла вся сладость, остался только напор. — Мой отец передал мне весть. Король снова недоволен своими советниками. Говорят, он совсем ослаб и ищет наследника. Наследника из старого, честного рода, далекого от столичных интриг. Ты понимаешь, что это твой шанс?

— Я понимаю, Изольда, — устало ответил Кассиан.

— Именно! Поэтому мы должны быть готовы! Он может нагрянуть сюда в любой день, чтобы посмотреть на тебя, на твои земли! И что он увидит? Мрачный замок и какую-то оборванку, которая рисует у тебя на груди?!

— Она спасла половину моего гарнизона, — холодно бросил Кассиан.

— Это не имеет значения! Важно, как…

Я услышала приближающиеся шаги по коридору и, чертыхнувшись, была вынуждена ретироваться, не дослушав самый интересный момент.

Информация к размышлению была более чем серьезной. Если Король действительно может нагрянуть, то замок должен быть в идеальном порядке. А с этим, как я уже успела заметить, были большие проблемы. Ставки были слишком высоки, чтобы сидеть сложа руки.

Моя инспекция началась с кухни. То, что я там увидела, заставило бы любого санитарного врача в моем мире сначала упасть в обморок, а потом сжечь это место дотла.

Главный повар, дородный мужчина с усами, которые видели больше супа, чем любая ложка в этом замке, резал сырое мясо на той же доске, где только что кромсал хлеб.

— Стоп! — скомандовала я так, что он подпрыгнул. — Что вы делаете?

— Как что? Обед готовлю, госпожа лекарь, — пробасил он.

— Вы этим ножом и мясо сырое режете, и хлеб?! А доски у вас для разных продуктов есть?

— А зачем? Доска одна, большая, на все хватает.

— А руки вы перед готовкой моете?

— Иногда, — честно признался он.

— Так, — я взяла себя в руки. — С этой минуты все по-новому. Воду для питья — кипятить. Руки мыть с мылом. Нет мыла? Будем делать щёлок, я покажу как. Для мяса — одна доска и один нож. Для овощей и хлеба — другие. Понятно?

Повар смотрел на меня, как на сумасшедшую, но в моем голосе было что-то, что заставило его неуверенно кивнуть.

Битва за гигиену продолжилась в лазарете, который я спешно организовывала в одной из пустующих комнат. Я заставила Тильду и еще пару девушек кипятить все бинты, постоянно проветривать помещение и мыть полы дважды в день.

В разгар моей бурной деятельности в дверях появился Мастер Альбин.

— Девица, — начал он своим скрипучим голосом, — вы вносите смуту в заведенный десятилетиями порядок! Повар жалуется, что вы мешаете ему готовить! Слуги тратят лишние дрова на кипячение воды! Это недопустимое расточительство!

Я повернулась к нему.

— Мастер Альбин, расточительство — это когда половина гарнизона умирает от заражения крови, а вторая половина — от дизентерии. Хотите, чтобы перед визитом Короля, о котором так печется леди Изольда, у нас тут эпидемия холеры началась? Уверяю вас, Его Величеству это не понравится гораздо больше, чем перерасход дров.

Он открыл рот, чтобы возразить, но я его опередила.

— Так что либо вы мне помогаете и распоряжаетесь, чтобы мои приказы выполнялись, либо я лично буду проверять, как вы моете руки перед едой. И поверьте, я буду очень, очень придирчива.