Лекарство от иллюзий

Глава 2.4

Я больше не виделась с Русланом до самой выписки Ники. Зашла в его кабинет за бумагами и попрощалась. Всё. А сердце больно ныло. Просто не верило, что это конец. Оно не могло поверить в это снова, едва получив хрупкую надежду. Но надежда без реального шанса не имеет никакой почвы для претворения в жизнь.

Мы с дочкой вернулись домой, жизнь возвращалась в привычное русло, но теперь ежедневные нудные и привычные занятия давались тяжело, через силу. К Вадиму я не чувствовала ничего, и это в лучшем случае, а иногда и отвращение, хотя прекрасно понимала, муж ни в чём не виноват. Он видел произошедшую во мне перемену, но даже догадаться не мог, чем она вызвана.

Через неделю Вадим уехал в командировку, и мы с дочкой остались вдвоём. Стало легче. И мне было стыдно за саму себя, за свои чувства, которые, увы, невозможно контролировать.

Я не знаю, в какой момент всё это произошло. Видимо, я слишком увлеклась своими мыслями, потому что «очнулась», только когда дочка закричала.

- Ника! – я побежала на крик в соседнюю комнату и едва не упала в обморок от увиденного. Моя дочурка истекала кровью, рядом валялись осколки, рана была прямо около виска.

- Ника!!!

Дальше – череда смутных кадров: знакомая больница, только отделение другое – хирургическое, врачи… Нам снова повезло, если можно так сказать в этом нелепом случае. Нике наложили несколько швов и оставили нас в больнице на ночь. Оказалось, дочка хотела достать книжку, на которой стояла ваза, и этот хрустальный сосуд упал ей на голову.

-Что ж мы такие невезучие? – улыбаясь, приговаривала я, лёжа рядом с Никой.

Дочка пожала плечами и тихим голосом пролепетала:

- Прости меня, мамочка… Тебе очень жалко ту вазу? Я тебе ещё куплю. У меня есть двадцать рублей, мне бабушка давала.

Я засмеялась. Внезапно Ника вскочила и радостно закричала:

- Руслан Алексаныч! – так она могла называть только…

Он улыбнулся своей пациентке, потом перевёл взгляд на меня.

- Здравствуйте! Случайно узнал о том, что произошло с Вероникой, не мог не зайти. Я сегодня на дежурстве.

Мы проговорили всю ночь. Сначала нас развлекала Ника, потом разговаривали сами, избегая болезненной темы прошлого, которую я всё же не смогла не затронуть.

- Скажи, а Артём… где? Он не женился?

Руслан вздохнул. Ему явно была неприятна эта тема, а ещё ранило то, что я спрашиваю о его брате - я видела это по лицу.

- Нет, не женился. Мы не общаемся с тех пор как я уехал в Москву.

- Из-за меня?

- У нас и до этого были размолвки, - уклончиво ответил он.

- Но ты же наверняка знаешь что-то о нём? Ты не думай, я просто из любопытства спрашиваю.

 - Да мне всё равно. Он живёт там же, никуда не уезжал, по-прежнему любвеобилен и, по-моему, жизнью своей доволен и менять ничего не собирается.

- Ты тогда всё неправильно понял… - грустно оборвала его я, не глядя в глаза.

Но всеми фибрами и жабрами чувствовала, что он-то как раз на меня смотрит.

- Ведь всё могло быть иначе…

- Значит, суждено было так, - подвёл философскую черту Руслан.

- Мы ведь ещё молоды. Мы ещё можем всё изменить и сделать, как нам надо, как хочется, - на этот раз я заглянула ему в глаза и прочла там такую невыносимую боль и муку, которую испытывала сама. Значит, он любит меня! Он всё ещё любит!

- Скажи, - прошептала я. - Скажи, что я тебе не безразлична. Или соври…

Он отрицательно помотал головой и прошептал:

- Не безразлична.

Всё случилось само собой. Его губы нашли мои, и это был, пожалуй, самый лучший, самый романтичный, самый долгожданный, ВЫСТРАДАННЫЙ поцелуй.

- Я никуда тебе не отпущу! – прошептала я, обнимая его и прижимая к себе.

Мы так и сидели, обнявшись, понимая, что для счастья больше ничего не нужно.

Рассвет наступил, как всегда, неожиданно. Ника проснулась и попросила пить. Руслан улыбнулся мне и ушёл, а я занялась дочкой. Теперь я знала, что делать. Самым важным и трудным моментом было – сказать обо всём Вадиму. И Нике, конечно, но это позже.