Лекарство от любви

Глава 2

Мысли вертелись и перемешивались в голове, как в миксере, желудок сжался от страха, а руки… мои руки двигались самостоятельно, будто обладая отдельным разумом.

Переведя взгляд на ногу, увидела, что кости уже составлены. Это что? Я сделала?!

Тем временем разгулявшиеся пальцы разглаживают места стыка костей, как будто замазывая щели. Хорошо хоть ногти срезала под корень, а то как в ужастике – кроваво-красные, длинные ногти скребут по голой кости! Жуть!

Сквозь бедлам в моей голове пробился тихий взволнованный голос:

– Аля, ты уверена, что всё делаешь правильно, инфекцию не занесёшь? – беспокоится Егор Дмитриевич.

Что тут скажешь…. Инфекция – о ней я даже не думала! Мысли заметались в панике. Что делать? Вылить остатки коньяка в рану? Поможет? А если будет ещё хуже?

Господи, помоги, подскажи!

Сейчас! Поможет он тебе, неверующей-то! И не мечтай!

Когда, наконец, я открыла рот, чтобы выдавить что-нибудь вразумительное, мой взгляд скользнул по ноге… и застыл. Я вся застыла, не в силах поверить в увиденное. Нога была целая: ни тебе торчащей кости, ни даже шрама на коже, и даже крови не очень много.

«Этого не может быть! – кричала моя разумная часть. – Не может! Не может!»

А неразумная, глупо хихикнув, поздравила со сдвигом.

К реальности меня вернул Егор Дмитриевич.

– Скорая приехала, – вздохнул он с облегчением. – Пойдём, Алечка, пусть врачи поработают.

Надо же, Алечка, здесь все меня называли Аля или Альбина, когда за что-то отчитывали, а тут Алечка! Ноги не подчинялись – наверное, отсидела. Егор Дмитриевич помог мне подняться и чуть ли не волоком потащил к своей машине. Открыв дверцу, засунул на заднее сиденье.

– Посиди, скоро вернусь.

Тишина в машине оглушила. Я бездумно уставилась через лобовое стекло на пляж – там, как на экране немого кино, суетливо и почему-то очень быстро двигались люди. Увязая в песке, пронесли носилки с Игорем, с ним кто-то сел в скорую. Члены съёмочной группы разбрелись кто куда, а Егор Дмитриевич развил бешеную деятельность: носился от одного к другому, что-то выкрикивал, судя по перекошенному рту, размахивал руками. В сердцах пнув пластиковый стул, направился к машине.

За его спиной съёмочная группа быстро сворачивалась. Исчезли пластиковые столы и стулья, один за другим закрывались пляжные зонты. Это же моя работа! Меня что, уже уволили? Открылась дверца и режиссёр протиснулся за руль.

– Как ты, Аля, пить хочешь? – протянул мне бутылку минералки.

– Нормально, – осторожно ответила я, принимая воду.

Почему он так смотрит на меня? Насторожено и растерянно. Покопавшись в бардачке, режиссёр извлёк пачку влажных салфеток.

– На, протри руки.

Боже, у меня же обе кисти в крови – как только не испачкала светло-серые велюровые сиденья роскошной машины?.. Хорошо хоть вцепилась в свои голубые, обрезанные по колено джинсы, которые украсились кровавыми разводами. Оттирая руки, я осторожно спросила:

– Егор Дмитриевич, вы меня уволили?

– С чего это?

– Ну, там люди делают мою работу… – промямлила я.

– Хватит с тебя на сегодня. Посмотри на себя! – сказал он, разворачивая на меня зеркало заднего вида.

Да, ну и видок – выбившиеся из высокого хвоста волосы свисали спутанными прядями, дрожащие губы посинели, зеленоватое, покрытое потом лицо и горящие глаза. Плохо, очень плохо! Надо срочно привести себя в порядок. Открыв дверь, я попыталась выйти из машины. Мне нужна моя сумка, пока не увезли вагончики.

– Ты куда? – остановил хозяин машины.

– Там моя сумка.

– Где? Сиди, сам принесу.

– В жёлтом вагончике, справа, прямо у двери, синяя, – попросила я.

Тяжело вздохнув, Егор Дмитриевич выбрался из машины. Открывая бутылку с минералкой, я размышляла, как доберусь до города. С пляжа вроде бы ходит автобус, потом – городским или на трамвае домой. Городок у нас небольшой, из конца в конец можно проехать за час. Несколько предприятий, четыре высших учебных заведения, порт, ну и ещё, конечно, море и пляж, привлекающие туристов. Хорошо, что есть институты. В один из них я и поступила, хотя выбирать было особо не из чего. Не хотелось уезжать, страшно оставить бабушку с дедом одних: немолодые они уже

Как же я покажусь дома? В таких-то шортах! Что бабушка подумает? Меня изнасиловал маньяк? Придётся где-то по дороге замыть. Высохнут быстро – вот и жара на пользу. Размышляя, незаметно выпила пол-литра минералки – очень кстати. Оказывается, я умирала от жажды.

Мысли прервал Егор Дмитриевич. Сел за руль, бросил мне сумку и завёл двигатель.

– Сначала заедем в больницу, узнать как там Игорь, затем отвезу тебя домой. На сегодня съёмки закончены. Да, впрочем, для тебя вообще закончены.

Моё сердце сжалось от ужаса. Меня действительно уволили, и это за четыре дня до окончания трудового договора! Могут вообще не заплатить – сейчас это запросто. Придерутся к чему-нибудь в договоре, и всё. Зачем полезла не в своё дело, ведь я так рассчитывала на эти деньги?.. Хотела сделать подарки деду и бабушке и впервые в жизни тратить заработанные самой деньги. Конечно, мне выдавали на карманные расходы, но транжирить свои средства гораздо интереснее.