Лекарство от любви

Глава 25

Остаток вечера прошёл неплохо. Антон, лёгкий весёлый человек оживит любую компанию. От него не удалось скрыть наши постные лица, и он весь вечер потешался, считая, что мы слегка поссорились. В их обществе я буквально оттаивала на время, задвинув свои проблемы в дальний угол.

Нотку беспокойства внёс неожиданный звонок, когда я убирала со стола, а Даша мыла посуду. На дисплее высветился незнакомый номер. Ощущая непонятное беспокойство, ответила. Невероятно, это был Николай. Вежливо поздоровался. Осведомился, как дела и сразу перешёл к причине звонка.

– Альбина, ты хотя и неожиданно, но очень удачно уехала. Известные тебе проблемы гораздо серьёзнее, чем казались поначалу. Тебе стоит задержаться дома. В ближайшие три дня мы решим проблему, и ты можешь приехать. – Помолчал пару секунд и добавил: – Если хочешь.

Его низкий вкрадчивый голос околдовал меня, как наяву увидела его неповторимый гипнотизирующий взгляд. Я понимала, что должна ответить, но в голове царила гулкая пустота. Немыслимо, но обычный звонок так ошеломительно подействовал на меня, вогнав в ступор.

– Не… я не знаю… – наконец выдавила невпопад.

– Думаю, тебе стоит закончить обучение, тебя все ждут, друзья беспокоятся, – мягко уговаривал он.

– Хорошо, – пробормотала я, все ещё не в силах справиться со ступором.

– Пока. До встречи, – попрощался Николай и отключился.

Даша дотронулась до моей руки. Оказывается, я так и стояла, не шевелясь с телефоном в руке.

– Что случилось? Ответь! – тряхнула меня посильнее.

– Н…. Николай звонил, – заикаясь, выдавила я.

– Что-то плохое? – Даша напряжённо вглядывалась в мои глаза.

– Нет, совсем нет! – успокоила я подругу. – Просто поговорили.

– Поговорили? Да ты и двух слов не сказала, а уж вид… – покачала головой Даша.

– Нет, всё хорошо, – повторила я, – просто он никогда не звонил. Я растерялась.

– Я же говорила, что он неравнодушен к тебе, потому что равнодушный человек не станет звонить и беспокоиться.

В кухню заглянул Антон, посетовал, что мы долго копаемся, а он уже соскучился. Мы быстро закончили уборку, и я стала прощаться, но Антон заявил, что не отпустит одну по темноте и отвезёт. А мне хотелось остаться одной и подумать. В итоге договорились, что он проводит меня только до остановки.

В автобусе, сидя у окна и наблюдая за мелькающими за окном городскими огнями, я незаметно для себя решила вернуться, пусть даже это будет ещё одной ошибкой. Размечтавшись, чуть не пропустила свою остановку, ведь до дома рукой подать, всего три квартала. Поднялся холодный ветер, и я торопливо застёгивала плащ, когда со спины вонючая ручища закрыла мне рот, а вторая, ухватив за шею, сильно сдавив, потащила в сторону.

Первая мысль – почему снова со мной; затем дошло, что никто не спасёт. Бандит тем временем затащил меня за угол дома, подальше от фонарей, развернул лицом к себе, прижав к стене дома. Убрал руку с шеи и сдавил горло с такой силой, что я стала задыхаться, второй рукой шарил у себя в кармане куртки. Рот оказался свободным, и я попыталась закричать, но смогла лишь слабо хрипеть. Двумя руками вцепилась в его руку у горла, но оторвать не смогла. Напавший вытащил из кармана что-то тёмное, а я вспомнила о баллончике со слезоточивым газом в кармане плаща, нашла его. Вытащив, резко подняла и нажала клапан.

Бандит, бранясь, закрыл лицо руками, а я, воспользовавшись свободой, кинулась прочь. Квартал до дома буквально пролетела, боясь оглянуться. Кодовый замок открывался ужасно медленно. Захлопнув, наконец, за собой дверь подъезда, перевела дух и взбежала на свой этаж.

Ключи вместе с сумкой исчезли. Не помню, чтобы напавший её отбирал – наверное, потеряла, пришлось звонить.

Открыла бабуля. Я, протиснувшись мимо неё, захлопнула дверь.

– Ты что?! Кто за тобой гонится!? Где твои ключи?

Услышав шум, в прихожую вышел дед. Он сразу понял, что дело неладно; затащив в гостиную, усадил на диван. Следом зашла бабуля. Разглядев меня при ярком свете, всплеснула руками:

– Господи, на кого ты похожа! – бабушка в ужасе, закрыла рот руками.

– Альбина, соберись и расскажи, что с тобой случилось, – чётко выговаривая слова, попросил дед.

Сквозь слёзы, всхлипывая и заикаясь, я рассказала о нападении. Дед пошёл вызывать полицию, но не успел взять трубку, как раздался звонок, а потом он с кем-то говорил.

Выложив всё, я немного успокоилась, но что-то крутилось в голове, мешая сосредоточиться. Что-то не давало мне покоя, что-то, что я должна вспомнить.

Бабушка помогла мне разуться и снять плащ. Мой светлый кожаный плащ безвозвратно испорчен, спина в грязи и задирах, рукав разодран по шву.

– Иди умойся, а я сварю кофе, – подтолкнула к ванной бабуля.

Умыться действительно стоило. Оттирая с мылом лицо и руки, вспомнила потную, вонючую руку, затёрла ещё старательнее. На горле багровели размытые пятна – завтра будут страшные синяки; горло побаливало.

На кухне, жадно глотая горячий кофе с молоком, пыталась разобраться, что меня беспокоит, что-то очень не находило выхода. Ускользающую мысль никак не удавалось ухватить.