Леночка, или Анна Каренина наших дней

Пролог (2х)В /Р 02 26 /

Друзья,

Не раздумывая погружайтесь в эту книгу. Я, как автор, высоко оцениваю ее. Она дебютная, но очень сильная. Я вам немного завидую: вы будете читать этот роман в первый раз. Если понравится, то понравятся и другие мои книги. Комментируйте и не стесняйтесь. - Ваша Ирина Июльская.

Пролог

«Что за выверт человеческого сердца — презирать человека за то, что он тебя любит.»

С. Моэм «Узорный покров»

Это уже пятая свадьба, на которой она «гуляет» и с каждым разом ей все грустнее и грустнее… Петля одиночества стягивается вокруг нее тугой удавкой. Ей двадцать один год, она заканчивает институт, а Принца на Белом коне все нет и на Алых Парусах тоже.

Свадьба собрала много родни из деревни с их застольными песнями и озорными частушками. Нет ни одного приличного парня, с которым можно было бы составить пару хоть на этот вечер. Жених Серега говорил о каком-то друге, но тот неожиданно уехал и не пришел на свадьбу.

И вдруг появился он — «Принц на белом коне», чей-то родственник, то ли Наташкин, то ли Сережкин. Уже хорошо подвыпивший дядька в выцветшем старомодном пиджаке,

— Наверное, в папином выходном, как из послевоенной хроники — с усмешкой подумалось Леночке. Дядька занимал за свадебным столом ответственный пост главного разливателя «огненной воды». Рядом с ним стояла огромная бутыль с мутно-белым самогоном, из которой он постоянно подливал гостям. Дядька отлично справлялся со своей обязанностью и строго следил, чтобы у всех стопки были наполненными.

«Принц», зацепив пьяным взглядом Леночку, тоненькую и бледную, одиноко сидящую в углу комнаты, встал с твердым намерением пробраться к ней через ряд гостей, плотно сидящих за столом. Он раза два чуть не опрокинул свадебный стол, пока добирался до Леночки, чем вызвал недовольные окрики родни. Кто-то даже захотел увести его спать в соседнюю комнату, на что дядька так гаркнул, что все сразу притихли.

На столе много угощений: квашенная капуста, соленья, посреди стола - огромное блюдо с деревенской жаренной птицей и миска с салатом, горка румяных пирогов, испеченных мамой невесты, тетей Машей.

Дядька или «Принц», однако без коня, все же добрался до Леночки и растолкав рядом сидящих, подсел вплотную к ней.

— Ты че грустная такая? Не пьешь совсем! — спросил дядька, вперив в лицо Леночки свои хмельные, налитые кровью глаза. От него несло самогонкой так, что казалось, если поднести горящую спичку, то выдыхаемые им пары вспыхнут, подобно пламени из пасти огнедышащего Дракона.

— За молодых! — мужик повернул голову в сторону гигантской бутыли, около которой только что сидел, тут только до него дошло, что он оставил свой драгоценный пост и в глазах появился тревожный огонек.

— Подать сюда! — жестом руки дядька указал на бутыль с самогонкой, затем внимательно приглядевшись к Леночке, смекнул, что подобные барышни самогон не употребляют и потребовал для нее вина. Бутылка через множество рук гостей перекочевала к дядьке, которого, как оказалось, зовут дядя Миша или просто Миша. Он налил Леночке в рюмку из желтого стекла дешевый портвейн. В нос ударил резкий запах прокисшего зелья. Однако, на этикетке был изображен отличнейший виноград в корзине, рядом с которой улыбалась молдаванская пара с счастливым выражением загорелых под южным солнцем лиц.

Кто-то из присутствующих выразил желание составить девушке компанию с распитием портвейна. Миша налил и передал гостю, наполненную рюмку. Едва тот поднес ее ко рту, как сразу скривился:

- Это, что за мудеж?! На картинке хороший виноград… Кругом один обман! – возмутился праведным гневом, уже крепко поддатый гость.

- Так, в эту бутыль все опитки сливали в прошлый раз, когда сваты были… - раздался чей-то голос за столом.

На шум подошла деревенская тетка невесты. Она отпила на пробу из бутылки и, сочтя, что не пропадать же добру, опрокинула все ее содержимое в себя. Не поморщилась, лишь указала пальцем, чтобы ей подали соленый огурец. Закусив, шмыгнула носом:

- Нормальное вино… хорошо пошло!

Лена, едва пересилив себя, послушно выпила с Мишей на пару. Он — самогон, она — вино. От непривычки быстро опьянела и стала воспринимать происходящее вокруг весело, будто участвовала в КВН или карнавале, а точнее, в балагане. Грусть ушла и Леночке стало смешно, она впервые попала на такую свадьбу.

Дядька, совсем захмелев, стал упорно звать Леночку на танец, но она не могла, просто не умела танцевать, как на деревенских свадьбах. Однако Миша и не думал сдаваться. Он резко встал, от чего его повело в сторону так, что он чуть было не упал на сидящих за столом. Деревенские гости зашикали на него, а он, развернувшись к ним, на всю комнату гаркнул:

— Не видите, девушке скучно, я хочу ее на танец вызвать!

Пришлось деревенской родне потесниться, давая Мише проход.

И Лена решилась: — «Эх, была, не была!»

Они вышли на середину комнаты, где происходили танцы под аккомпанимент баяниста. Тот уже хорошо набрался, но все же завел, пусть и сбивчиво, "Плясовую". Все внимание гостей перешло на Мишу с Леной, они стали прихлопывать в такт. Но тут Миша внезапно потерял свою молодецкую удаль и уткнувшись в плечо Леночки, с грустью в голосе и слезами в глазах, произнес: — Моя-то померла недавно, один я остался… — Затем, заглянув в лицо Леночки, с робкой надеждой сказал: — Пойдешь за меня?