Лепестки роз на чёрном покрывале

Глава 10

Спальня осталась такой же, как я её последний раз помнила. Широкая кровать с балдахином, на которой сидела, поджав к себе и обхватив ноги, раскачивалась из стороны в сторону. Дамский столик с зеркалом для наведения марафета. Там находились всевозможные баночки, бутылочки, флаконы с запахами на любой вкус, самый мой любимый был яблоко с корицей, как обожаемый десерт. Всегда расставленные в определённом порядке, они, практически все, были разбиты и многие валялись на полу. Создавали в углу облако невообразимого аромата.

Из гардеробной, в порыве злости, я вытащила платья, самые шикарные, и магически поиздевалась, разрезав на мелкие лоскуточки, которые украсили ковёр с длинным, бежевым ворсом. Учебники из книжного стеллажа, занимавшего всю стену, валялись с выдранными листами.

Так я провела первые часы по возвращению из академии. Отец запер меня, запретив кому-либо заходить и насильно увёл Ниянеллию за собой. Страх за судьбу сестры-близняшки подкатывал к горлу, но половина души ощущалась, значит она жива. Да, я и такого боялась. Ведь разрешил же отец клеймить меня, словно я стадное животное, пасущееся на поле.

Ненависть к тёмному безгранично росла и уже подумывала, что один из первых планов с убийством подходил как нельзя лучше.

Количество времени, проведённое в анабиозе, мне не известно. Я впала в состояние после разрушительной мощи, обрушевшейся на предметы. Висок жгло, немилосердно желала оторвать кусок кожи, но сдерживалась. Рано.

Скрип двери заставил вздрогнуть. Ниянеллия вошла осторожно. Какая-то потерянная тень, всё что осталось. Бледное лицо подчёркивало воспаленные глаза, после выплаканных слёз, сильнее проступили синяки под ними. Она пришла, одетая в простое, без намёка на украшения, платье, полностью закрытое. Голову покрывал платок, закреплённый на шее сзади и спускавшийся ниже талии.

За приближением наблюдала с нарастающей жалостью. В её положении виновата я, так глупо подставившая и убившая, хоть и чужими руками, её любимого.

- Прости! Прости меня, сестрёнка! - кинулась в ноги, хватая руками подол в мольбе - это я достойна кары, одна я - сдерживать рыдания не могла, они вырывались откуда-то из глубины, заставляя беззвучно кричать, ещё сильнее цепляться за призрачную надежду быть прощёной.

- Знаешь, Дая - отрешённым голосом, словно сознание сестры сейчас находилось в другом месте, промолвила она - я тебе всегда завидовала. Наследница, любимица отца. Всегда на первом месте. Самое важное, самое лучшее доставалось тебе. Я и в академию сбежала, зная точно, что уж там нас сравнивать не будут - она грустно усмехнулась - девчонки такие доверчивые, воспринимали каждую мою жалобу, как личное. Презирали тебя. А я впервые почувствовала себя нужной, ведь для них я была важнее, чем положение второй - откровение высказывалось за откровением, пока я стояла на коленях и беззвучно плакала.

- Прости... - прошептала онемевшими от напряжения губами, пропуская боль сестры через себя.

Ниянеллия опустила голову, глядя прямо в глаза. Я не могла рассмотрела облик присутствия той весёлой, беззаботной девчонки, которая в припрыжку бегала по полю среди цветов. Которая беззлобно разыгрывала прислугу, те не обижались, а лишь грозили пальцем на шкодившую младшую принцессу. Ту, которая пошла против отца и доказала наличие дара для поступления.

- Нет, Дая, это ты меня прости. За время твоего отсутствия я много переосмыслила и поняла, внимание отца дорого стоило. Однажды я должна была простоять двадцать часов без проявления эмоций на лице, что бы передо мной не происходило. Отец приказ разыграть сцену с изнасилованием. Умом я понимала, что драконице ничего не грозило, а сердце рвалось на части. Я ударила световыми искрами и получила наказание...

Исповедь Нии я слушала молча, немного успокоившись. Мысленно прощала за прошлое, за совершённые ошибки и мысли по отношению ко мне. Монета, известная одной стороной, повернулась на сто восемьдесят градусов, показывая свой оборот.

- Дополнительный урок по истории, где мы не сошлись взглядами на правление Девелирона Морраиса, нашего предка, так же вышли боком. Собственные взгляды мне стоили десятка ударов по рукам - она замолчала, пристально вглядываясь в моё лицо, а потом опустилась так же, как и я, на колени - это ты прости меня. Тиски, в которые тебя насильно заковали, невозможно выносить столько времени, сколько несёшь ты.

- Ния...- благодарно выпалила её имя на одном выдохе.

Я обняла сестру, прижав к телу со всей любовью, которая теплилась внутри. Она не отреагировала в ответ, но сказанные слова были дороже всего. Отстранившись, я случайно задела платок, прикрывающий голову, и тот съехал назад.

В ужасе отшатнулась, прикрыв рот ладонью, пытаясь не закричать в голос. Вместо водопада золотистых волос, голову сестры украшали торчащие обрубки, выстреженные с проплешинами. Довольно беспощадно поиздевались над внешностью, добавляя личное презрение к особе королевской крови.

- Ния...- имя сестры, произнесённое с разной интонацией, прочно поселилось на устах, просто другое вымолвить я была не в состоянии.

Причинённая боль наливалась особым презрением к тому, кто совершил это злодеяние. Ненависть, приобретала оттенки и если поначалу выглядела чёрным пятном, то сейчас проступили красные жилки с еле заметным жёлтым присутствием точек.

- Это совсем не важно - слабо улыбнулась она, впервые с появления в комнате, показала пальцем на голову - у меня мало времени. Встань, Дая - помогла подняться и мы уселись на краешке кровати.

Обозрев масштабный беспорядок, она присвистнула, на секунду вернув мне ту девочку, но это скорее автоматическое проявление эмоций. Принцесса обязана содержать личное пространство в чистоте и порядке, это отражение её мыслей в голове. А ничего, что уборкой занимается прислуга? Не я, а другие.

- Ты скоро пойдёшь готовится к свадьбе?

- Нет, душа моя - Ния ласково взяла меня за руку - меня отсылают в академию продолжить обучение, после этого отец проведёт процедуру отречения от рода - и так равнодушно сказано, словно не переживает совсем - отец прислал сюда для демонстрации своего права в отношении всех. Одно не верное действие с твоей стороны и на очереди мама.