Лепестки светло-розовой Вишни. Танец под Луной.

21 глава «День, когда после тебя осталась лишь дорожка из лепестков бледно-розовой вишни»

***

Ясмирин, применив «Дыхание Бездны», покинула не только мир живых, надеясь забрать врага с собой, но и свою команду, с которой ее связывали несколько лет дружбы и верной службы на корону и короля. Ведьма была не просто частью команды, знатоком ядов и противоядий, напарником. Для каждого из отряда охотников она была другом, сестрой по соображениям. И теперь Эдмунд и Хаттан, особенно дроу, как ее напарник во многих поисковых операциях, будут мстить. На бой с ними рыцарь и дроу настроены серьезно. Никакой игры и развлечения. Только смерть Генералов от их рук облегчит терзающие горе души.

- Сир Эдмунд, а вы стали сентиментальнее с нашей последней встречи, - параллельно лязгу клинков и скрежета металла о металл, бросил наг багровому от злости рыцарю, явно перешагнувшему пределы своих возможностей.

От слов четвертого Генерала, сказанных с улыбкой, пусть и уважительной к мастерству противника, сир Эдмунд только усилил скорость атак и давление на оппонента. Связки взмахов клинком становились непредсказуемыми. Они не приносили нагу неприятностей или ран, но ввели своего рода в прострацию. Ненадолго, всего на пару мгновений, когда сталь рыцарского клинка задела-таки щеку Маэля по касательной.

- Хм! – и улыбка, победная и предвкушающая скорую смерть генерала, окрасила злое лицо рыцаря. Маэль же, не придав этому никакого значения, просто стер кровь со щеки и показал чистую, без намека на рану кожу. – Регенерация! – зло выплюнул рыцарь и напал с новой силой и упорством.

Наг, все это время по большей части защищавшийся, не нападал в полную силу. Просто наблюдал за противником. Хотел увидеть все то, на что рыцарь был способен. Рассчитать возможности элитного отряда, частью которого Эдмунд был до того, как стать охотником на Генералов Бури. Увидев все, что надо, Маэль вдохнул-выдохнул и ступил на следующую ступень своего мастерства.

- Как это?

Не понял стоящий под наблюдением фамильяра Норманн, когда, в какой момент времени меч Нимаэля отделил верхнюю часть туловища от нижней. Услышал только лязг стали о металл доспеха и увидел последствия: брызги крови с характерным запахом каленого железа. Тело бравого рыцаря все еще подрагивало судорогами, а кровь вытекала из разрубленного тела. Какое-то время он еще проживет, но недолго. Всего пару минут. А пока что он жадно ловил ртом воздух, моргал глазами и не мог понять, как это он проиграл.

- Эд-се!

Крикнул в запале сражения Хаттан, принимая на изогнутые лезвия парные клинки драконьего народа. Прямые мечи, заточенные только с одной стороны, но крайне опасные и невероятно острые, способные разрубить даже Бога, уже оставили на теле дроу немало ран, глубоких, средних и поверхностных. Как и его хопеши, успевшие задеть пару раз дракона, украсив его кимоно несколькими алыми линиями.

- Не отвлекайтесь, Хаттан-доно, - и клинок Такэхико, на невероятной скорости пролетел перед лицом дроу, рассекая тому кожу мощным воздушным потоком. Дроу даже глазом не повел, лишь стер алые капли, падающие на глаза, и перехватив свои мечи режущей дугой к противнику, явно желая вспороть тому живот, продолжил атаковать бледно-розового дракона.

Норманн было дернулся, хотел проститься с доживающим последние мгновения рыцарем, но змей Маэля, стягивающий кольца на его теле, шипящий и демонстрирующий раздвоенный язык, заставил остаться на месте и смотреть за всем со стороны, как и привык глава наемников.

Такэ, как и Маэль несколько минут назад, увидев все, что хотел, убедившись, что стань он врагом роду дроу, сможет или с ними договориться, или ото всех отбиться, повторил действия нага и оставил на земле располосованный крест накрест труп. Ускорив шаг и движения, растворившись лепестками вишни, оказался за спиной дроу. Первый удар, снизу вверх, длинный клинком – катаной, рассек живот, грудную клетку и плечо. Последовал дикий вой и резвый брызг крови. Второй удар сверху вниз, коротким клинком – кадати, прошел тело в обратном порядке, окрашивая багровым не только брусчатку, но и одежду Генерала Дайотори.

- Вы их убили, - голос главы наемников дрожит, но не от печали и боли, а от гнева и ненависти. Если бы не змея, то он непременно справился с этими тварями. Не знает как, что бы использовал, но дать ему свободу и…

- Вот она, свобода… - сказал наг, отзывая своего фамильяра. Змей вернулся на прежнее место, к Маэлю на плечо. Генерал же спросил у главного наемника: - что дальше, Норманн-сан? Сразитесь с нами обоими? Признаете поражение и покинете квартал? Или же…

У наемника, смотрящего на тела покойных друзей, пока что истекающих кровью и остывающих, были мысли одна бредовей другой, но в них он был уверен. Ведь примени он то самое, на крайний случай, пусть и умрет сам, но заберет с собой этих двоих. Поэтому, дернув механизм в рукаве, отпустил на свободу шарики с газообразным ядом, которыми их снабдила Ясмирин перед атакой на нага. Только…

- Не поможет! – сказал наг, касающийся кончиками пальцев макушки своей питомицы, довольно устроившейся на плече.