Леший в разноцветных кедах

2

Сцепив пальцы, Мирослав вытянул руки и хрустнул пальцами, будто собирался музицировать или что-то вроде того. Прищурившись, словно хитрый лис своими яркими глазами, он медленно обошел вокруг меня, не переставая таращиться. Было чувство, словно он смотрит не на меня, а куда-то… глубже. Тут же стало не по себе, и я скрестила руки на груди в защитной позе.

— Что?

— Так что за Кирилл? — вместо ответа спросил парень, остановившись передо мной и небрежно спрятав руки в карманы. — Не тот ли, который твой одноклассник?

— Откуда ты… — начала было я, но тут же осеклась. Ну да, он ведь волшебный. Все видит, наверное. — Тот.

Мирослав хмыкнул, переведя взгляд куда-то через мое плечо.

— Все могу понять, но этого не понимаю.

Шагнув прямо на меня, он неспеша прошел мимо. Я обернулась ему вслед и тут же замерла от неожиданности. Это же… я. Прямо у него за спиной. Будто бы забилась в угол под одним из деревьев, смотрю куда-то в сторону, неловко переминаясь с ноги на ногу. И будто бы не замечаю, как вокруг меня стоят мои одноклассники — совсем еще дети — и смеются, тыкая пальцами на мои ноги. А вместе с ними и Кирилл. Я помнила этот день. Тогда я так увлеченно думала о чем-то утром, что не заметила, как обула разную обувь. На одной ноге белый кроссовок, на второй голубая кеда. Да, ничего криминального, но дети в этом возрасте бывают ужасно жестокими. Им только дай повод над кем-то посмеяться.

— Может хватит рыться у меня в голове?

Ничуть не смущаясь своего вторжения в частную жизнь, Мирослав прошелся сквозь проекцию моих воспоминаний и остановился прямо передо мной, еще совсем ребенком. И присел на корточки, рассматривая «меня» почти в упор.

— Ничего они не понимают, — обернувшись, он кивком обратил мое внимание на свои собственные ноги в кедах разного цвета. — Это же не стиль, это состояние души. Эх, люди-человеки.

— Мы были детьми, — тяжело вздохнула я. — Я даже не помнила об этом.

Ложь.

Вдруг парень резко поднялся на ноги и одним рывком приблизился ко мне, нависнув сверху.

— Я же сказал — никакого вранья.

— Прости, — испуганно пискнула я. Додумалась — злить лешего, настоящего! Заколдует ведь еще! Доброго лесного духа лешим бы не назвали.

Но, к моему облегчению, Мирослав вдруг снова криво усмехнулся и в его взгляде вновь промелькнула насмешливость и наглеца. Вот ведь…

— Он мог подойти к тебе после этого и поддержать, но он этого не сделал. Я почти не вижу его в твоих воспоминания, но ты почему-то просишь за него желание. Должен же я знать, почему и для кого колдую, а?

— Все поменялось, — уязвленно буркнула я, тут же вспоминая тот волшебный поцелуй под звездами на мосту. Такой долгожданный, я словно спала и видела сон!

Мои щеки вспыхнули пожаром, когда прямо перед моим лицом вдруг возникла проекция того самого момента. Мирослав даже не взглянул в ту сторону. Он смотрел на меня. Нагло, беззастенчиво, его явно веселила моя реакция. И я тут же заставила себя вздернуть подбородок. Не позволю ему смутить меня этим!

— Вот именно, сам же видишь. Мы поцеловались. И, между прочим, на Поцелуевом мосту!

Леший на это лишь фыркнула, а после и вовсе расхохотался.

— Да что смешного-то?

— Да мост так не из-за поцелуев даже назвали, темнота, — отсмеявшись, он развернулся и протаранил собой смущающую меня проекцию. Та тут же растворилась, словно дым. Когда он снова обернулся на меня, расслабленно спрятав руки в карманы рваных штанов, он больше не смеялся. — Хорошо. А что, если я скажу тебе, что желание у тебя всего одно. И тебе нужно выбрать, какую из его частей я исполню. Что тогда выберешь? Сама поступить в свой медицинский или, чтобы поступил он?

Я так и застыла, загнанная в тупик. С одной стороны, это ведь мое желание, верно? А с другой, имеет ли смысл первая часть желания без второй?..

Стоп, конечно же имеет! Я ведь хочу поступить в медицинский! Мои родители только об этом и грезили всю мою жизнь!

Но не успела я ответить, как Мирослав уже растянул губы в победоносной улыбке, будто бы раскусил. Да что он вообще знает? Чертов наглец, как же он меня раздражает! Копается в моей голове и думает, будто бы все на свете знает?

Скрестив руки на груди, я пошла в наступление, бегло воскрешая в своей памяти все, что знала об этих леших.

— Ладно, умник, теперь моя очередь задавать вопросы.

— О, как интересно, — у лешего даже глаза загорелись любопытством. — И что же ты хочешь знать, человек?

— Интересно, что вообще леший, которому положено жить в лесу, делает в Питере? Не слишком ли далеко ты забрел от естественной среды обитания?

Мирославу как-то удалось с высоты своего роста взглянуть на меня исподлобья. И снова этот наглый насмешливый взгляд!

— Серьезно? Ты могла попросить, чтобы я заглянул в твое будущее, но тебя интересует это?

— А ты так можешь?

— Так что, уже не интересно тебе, что я тут забыл? — хитро прищурился Мирослав. Мне осталось только тяжело вздохнуть.