Лесная графиня

Глава 2

О смерти матери Ольга Терская узнала, как только очнулась от полубредового сна, которым всегда сопровождалась любая её болезнь, связанная с вирусами или простудой. Девушка температурила два-три дня, пребывая в бессознательном состоянии, а потом резко приходила в себя, была слаба еще пару дней и выздоравливала.

Почему так происходило, врачи не знали, списывая все на особенности организма. Лекарства Оля не принимала по той же причине: тело отторгало искусственные препараты, так что спасались от жара и прочего влажными обтираниями, обильным питьем и сном.

При чем, сны Оле в болезни снились невероятные: всегда, с самого детства, в бреду она ходила и бегала сама, пусть медленно, как сквозь воду, но сама, своими ногами! Так что простуд она не боялась, иногда даже жаждала, потому что могла ходить там, в мире сна, самостоятельно и уверенно, и это было счастьем.

Двадцатичетырехлетняя Ольга Терская чувствовала себя гораздо старше реального возраста. Болезнь вкупе с инвалидностью заставляет повзрослеть ребенка сама по себе, а высокий интеллект в этом «помогает». А с последним у неё все было более чем хорошо.

То сотрясение мозга, которое обеспечил ей родной отец и которое стало причиной развода родителей, наградило девочку чем-то вроде синдрома Саванта – состоянием, при котором люди обладают выдающимися способностями в одной или нескольких областях знаний на фоне прочей умственно-социальной неполноценности. Вот только младшая Терская была нормальной в плане интеллектуального развития, да и вообще. Просто память и способности её, по сравнению со сверстниками, выросли в несколько раз.

Девушка могла считаться гением: она запоминала текст с одного прочтения, помнила все, что читала, могла воспроизвести любую схему или чертеж, виденный однажды, знала несколько языков и говорила на них свободно, а на еще нескольких – читала и писала. Точные науки также не представляли проблемы, но тяготела Оля к гуманитарным.

Были ли такие способности результатом савантизма или генетической предрасположенностью, усугубленной воспитанием, ни она, ни мать глубоко не задумывались, просто принимали как факт, как и то, что по статистике благоприобретенные качества подобного рода чаще доставались мужчинам. Ольга была уникумом – и что теперь, стреляться?

Её с детства окружали музыка, книги и аудиокниги, интернет и разговоры с мамой и Ташей. Пусть она не вращалась в кругу сверстников, предпочитая домочадцев и собак, недостатка в общении у неё не было. Благодаря интернет - сообществам, Оля водила знакомства со многими пользователями, была в курсе происходящего во внешнем мире, а позже стала зарабатывать на видео-уроках языков и рукоделия, к чему пристрастилась по наводке матери.

Для того, чтобы ребенок развивался нормально, Екатерина Леонидовна не жалела ни сил, ни времени, ни денег. У Ольги не переводились разные конструкторы, игры, инструменты для развития мелкой моторики, внимания, усидчивости и творчества. Девочка любила собирать лего под музыку, играть в шахматы под сериалы или спектакли, повторять мастер-классы по вязанию, лепке и всему, что щедро предлагал интернет.

Сначала вместе с матерью, потом, когда повзрослела, а Екатерина Терская устроилась в местную школу учителем иностранных языков, самостоятельно, Оля осваивала вязание спицами и крючком, на коклюшках и челноком, плетение макраме и из бумажной лозы, оригами и вырезание теневых портретов, нравилось ей и шить.

Она разбирала и ремонтировал часы, бытовые приборы, экспериментировала с мылом и эпоксидной смолой, даже некоторое время занималась созданием бижутерии и рисованием. Короче, все, что попадалось на глаза в мировой паутине, должно было быть изучено и опробовано!

Особо девочке нравились ролики, выгружаемые в интернет блогерами-рукодельниками, например, Мастером Сергеичем. Она повторяла за ними и вдохновлялась сама. Когда изделия Терской стали вызывать восхищение пользователей сайтов хенд-мэйн, на которые она была подписана, Оля решила принимать заказы на изготовление вещей и поделок через «Ярмарку мастеров» –площадку, предназначенную для реализации результатов творчества подобных ей любителей (и профессионалов тоже, кстати).

Единственное, чего не делала Оля – не представлялась нигде в сети настоящим именем. И не потому, что стеснялась, нет. Просто не хотела стать мишенью «праздношатающихся» хейтеров или им подобных адептов «свободы слова».

Все эти досужие комментаторы, прячущиеся за экранами и любящие совать свои носы в чужие жизни, умеющие только писать глупые, пустые или злобные заметки, безмерно раздражали. И никакие высказывания типа «Не нравится – не читай» или «ИМХО» в её глазах этих «любителей есть дыни» не оправдывали. Поэтому – да, скрывалась за аватаркой.

Особенные способности по обработке информации позволили Ольге закончить экстерном школу в пятнадцать лет (могла и раньше, но зачем дразнить гусей?), языковой институт – в восемнадцать, параллельно получить сертификаты переводчика с нескольких языков и профессионального бухгалтера, что давало возможность работать, не выходя из дома.

Это Терская и делала, обеспечивая себя и свои потребности полностью. На пенсию по инвалидности покупался корм для собак и интернет, содержание от родителя шло на оплату коммуналки, поддержание дома, сада и прочего, часть Оля вкладывала в акции и депозиты.

Екатерина Леонидовна занималась в школе и с учениками на дому до тех пор, пока однажды знакомые не предложили сделать перевод популярного в сети романа. Вместе с дочкой они справились с заданием за неделю, чем поразили заказчика в самое сердце, и с тех пор переводы художественных и технических текстов стали основным источником дохода пары Терских.